«Ленинградское дело». Вся правда о самом тайном процессе Сталина - Владимир Дмитриевич Кузнечевский

Каким по национальной принадлежности в такой стране должно быть правительство? Поисками ответа на этот вопрос «болеем» не только мы, современные россияне.

В одной из своих прежних работ я привел слова известного русского историка, сына крепостного крестьянина, академика Русской академии Михаила Петровича Погодина (1800–1875), который в 1836 году написал: «Русский государь родился, вырос из Русской земли, он приобрел все области с русскими людьми, русским трудом и русской кровью. Курляндия, Имеретия, Алеутия и Курилия суть воскрилия его ризы, полы его одежды, а его душегрейка есть святая Русь… Видеть в Государе не Русского, а соборного человека из живущих в России национальностей, это есть такая нелепость, которой ни один настоящий русский человек слышать не может без всякого негодования»[112].

Академик Погодин в своей интенции исходил из существующей в современной ему России практики: русскими по происхождению в его время были не только цари, но и правительства. Да вот только удовлетворения у общества это обстоятельство не вызывало. Всё тут оказалось не столь однозначно, как это представлял себе академик Погодин.

Русские цари к формированию своих правительств приступили только с началом XIX века. До этого они прекрасно обходились вообще без такого органа, полагая, что управлять народом вполне адекватно может и один человек, имя которому — царь.

Впервые высший правительственный орган по управлению всеми делами России — Комитет министров — был создан только в 1802 году Александром I через год после его вступления на престол. Просуществовал этот орган национального управления чуть более 100 лет, до 1917 года.

Орган-то национального управления империей создан был, но если почитать российскую прессу тех лет, то увидишь, что авторитетом у русских царей и уважением со стороны народа ни сам этот орган управления, ни люди, возглавлявшие его, никогда не пользовались. С 1802 по 1810 год в этом органе председательствовал сам император, ас 1810 года цари на его начало почти всегда ставили государственных деятелей, не пользующихся авторитетом ни в правящем классе, ни в народе, но при этом непременно русских по происхождению. Эта характеристика относится ко всем русским премьерам. Типичной в этом плане была публично выраженная оценка всех премьеров со стороны знаменитого российского юриста, члена Государственного Совета Российской империи в 1907–1917 гг., академика Императорской Академии Анатолия Федоровича Кони (1844–1927), который о них иначе как о «представительных выездных лакеях» и не отзывался.

Всего же с 1810 по 1916 год русскими царями были назначены 23 премьер-министра. Но позитивных оценок со стороны общественности заслужили только два премьер-министра — выходец из прибалтийских немцев С.Ю. Витте и представитель древнего русского дворянского рода П.А. Столыпин. Впрочем, как раз их-то Николай II люто ненавидел и каждый день стремился избавиться от них.

При этом российское общество демонстрировало высокую степень социальной и политической стабильности, которую обеспечивали не цари и правительства, а наличие абсолютного большинства русского этноса[113].

Но в декабре 1922 года Ленин эту социальную и политическую стабильность российского общества разрушил, с колоссальной энергией и напором создав совершенно искусственное образование — Советский Союз, чем на столетие вперед заложил политическую мину замедленного действия огромной разрушительной силы под российское общество[114]. Договор об образовании СССР 1922 года, продавленный Лениным, а затем Конституция СССР 1924 года обрекли Советскую Россию на искусственную политическую этническую структуризацию с правом любой нации на выход из СССР, а фактически — на отделение от России. Обосновал эту будущую смерть СССР Ленин ещё в 1919 году на VIII съезде РКП(б)[115].

Но в январе 1923 года Ленин отходит от активной политической жизни, оставив Сталину доработку сконструированной им своей национальной политики, а фактически оставив Генсеку окончательное решение «русского вопроса» в его, ленинской, то есть антирусской, интерпретации. Суть этой интерпретации заключалась в выдвижении тезиса о «многонациональном государстве», где на первом плане было удовлетворение интересов малых наций и народов, а интересы русского народа были размещены на политической, экономической и социальной периферии.

Этот новый для России принцип опирался на подтягивании до европейского культурного (цивилизационного) уровня ранее отсталых наций и народностей за счет исторически накопленного в течение долгих веков одностороннего использования материального, культурного, интеллектуального и жизненноэнергетического (пассионарного) потенциала русского народа.

Как на деле осуществлялась в СССР означенная выше национальная политика? Для этого большевики распределили все нации по сусекам, обозначив их как нации коренные и нации титульные, а также как нации государствообразующие.

Что это за определения?

Современная справочная литература на этот вопрос отвечает так.

Нация коренная — «наименование нации или иной этнической группы, рассматривающейся в качестве исконной, обитающей на определенной территории в течение исторически обозримого периода времени до появления на ней всех прочих этнических или национальных групп. Термин вошел в научный и политический лексикон вместе с ленинской национальной политикой, провозгласившей расцвет социалистических наций и создание условия для развития коренной нации окраинных регионов бывшей Российской империи. Теория и практика поддержки коренных наций и народов способствовали консолидации многих этнических групп, возникновению национальной интеллигенции, росту национального самосознания. В то же время в массовое сознание внедрялся тезис об исключительных правах отдельных этносов на те или иные территории, способствовавший росту этнического национализма, проявлению этнократических тенденций, особенно ясно проявившихся в период после распада СССР.

Нация титульная — наименование нации или этнической группы, дающей название тому или иному автономному территориальному образованию в рамках многонациональных государств. Термин вошел в научный и политический оборот из политической публицистики, где использовался для обозначения наций, дающих название той или иной республике в составе СССР или РФ. Национальные элиты титульных наций нередко использовали (и используют) свое положение для получения особых прав в распоряжении собственностью, финансовыми и иными ресурсами, льгот во взаимоотношениях с федеральными органами власти и т. д.»[116]

На деле это выглядело так. Сразу после образования Советского Союза в конце декабря 1922 г. в новом государственном образовании был сформирован общесоюзный бюджет, а в его рамках постановлением ВЦИК от 21 августа 1923 г. был создан Союзно-республиканский дотационный фонд СССР[117], средства из которого стали направляться на экономическое и социальное развитие кавказских, среднеазиатских и других союзных республик, включая Украину. Весь этот Фонд формировался за счет поступлений из РСФСР (из союзных республик просто нечего было брать). В отличие от РСФСР, в бюджеты союзных республик полностью зачислялись сборы налога с оборота (один из основных источников бюджетных поступлений), также полностью оставался в республиках подоходный налог. И хоть российская экономика играла решающую роль в формировании упомянутого Фонда,