Трон тени - Джанго Векслер

разводили огонь. Рядом стоял большой прочный стол, насквозь пропахший рыбой; в столешницу, словно в разделочную доску, был воткнут тяжелый мясницкий нож. Упитанная золотисто–рыжая кошка, что нежилась в полосе солнечного света, встрепенулась, вскочила и зашипела на Джейн, воинственно вздыбив шерсть.

Стоявший у стола паренек также встрепенулся и неприязненно уставился на Джейн, разве что не зашипел. На вид ему было не больше шестнадцати — худой, долговязый и нескладный, с едва пробившимся пушком на месте усов и редкими жиденькими прядями будущей бородки.

— Папаша наверху? — Джейн не стала тратить времени на вступления.

Парнишка выпятил тощую грудь, однако предусмотрительно отступил, чтобы массивный стол отделял его от незваных гостей.

— А ежели и наверху, тебе–то чего?

Не дури, Младший. Я что, похожа па, мать его, жандарма? Ступай, приведи его.

Юнец слегка увял. Демонстративно помедлив с полминуты — мол, я тут не обязан тебе подчиняться, — он подбежал к ветхой лестнице в дальнем конце комнаты и с топотом преодолел примерно половину ступенек.

— Папаша!

— 3-занятый я! — отозвался голос сверху, точно пьяный в стельку святой вещал с небес. — С-скажи ему, чтобы пшел вон!

— Папаша, это Чокнутая Джейн!

«Чокнутая Джейн?» Винтер вопросительно глянула на подругу. Та ответила самой безумной из своих ухмылок и заговорщически поиграла бровями. Это мгновенное понимание даже не с полуслова — с полужеста — было настолько знакомым, что у нее от нахлынувших чувств подкосились ноги. «Ну да, точно. — Она постаралась сдержать истерический смешок. — Удивительно, отчего мы никогда не звали ее так в „Тюрьме миссис Уилмор"».

Мальчишка поспешил убраться с лестницы наверху затопали по ступенькам куда более тяжелые шаги. Судя по всему, это и был Кривой Сэл — лет сорока с лишним, со скудным венчиком жестких седых волос вокруг гладкой, блестящей на свету лысины. С первого взгляда было ясно, почему его прозвали Кривым: нос его, судя по всему, был переломан не меньше десяти раз и теперь формой напоминал прихотливо извивающийся ручей. От кожаного жилета, распахнутого на волосатой груди, крепко несло рыбой. Позади, примостившись примерно на середине лестницы, маячил мальчишка лет двенадцати–тринадцати.

— Что, пришла совать нос в мои дела? — рявкнул Кривой Сэл.

— Именно, — подтвердила Джейн.

— Зря, ой, зря! — проворчал он. — Смотри, будешь лезть, куда не следует — прищемят его, будет как мой.

— На мою красоту ни у кого рука не подымется, — заверила она. — Так что за дурацкая свара у тебя с Джорджем Пузо?

— Этот гнойный кусок дерьма надругался над моей невинной доченькой! — выпалил Сэл. — И мое законное право — зарезать его как собаку!

Джейн почесала нос сбоку.

— Иффи — славная девочка, но тут ты хватил лишку. Как я слыхала, она сама среди ночи влезла к нему в окно.

Все равно она моя дочка! — упрямился Сэл. — И нечего было ее лапать!

— Я не больно–то смыслю в дочках, — сказала Джейн, — но тебе не приходило в голову, что именно этого–то ей и надо — довести тебя до белого каления? Помнишь Лихого Тима? А Стива Моргуна? Или того хамвелтайского матроса, за которым ты гонялся по всем Докам?

Лицо Сэла исказилось. Джейн явно наступила на больное, и он опять впал в привычную ярость.

— Заткнись, сука! Пошла вон из моего дома, пока я твое смазливое рыло не расквасил!

Не уйду, пока не дашь слово, что пальцем не тронешь беднягу Джорджа.

Я тебе сейчас покажу, как я его не трону!

С этими словами Сэл ухватился за рукоять мясницкого ножа, воткнутого в стол. Прежде чем он успел выдернуть лезвие из столешницы, Джейн повторила уже знакомый Винтер трюк — и собственный нож, словно по волшебству, из ниоткуда возник в ее руке. Продолжая движение, Джейн легко, как бы играючи, приставила острие к горлу Сэла. Тот замер.

— На твоем месте я бы хорошенько подумала, — процедила Джейн. — Это и тебя касается, Младший.

Нескладный отпрыск Сэла бочком подбирался к месту стычки. Услыхав слова Джейн, он остановился, и Винтер незаметно проскользнула за его спиной. У лестницы стояла увесистая чугунная кочерга — к ней–то Винтер и направлялась на случай, если дела пойдут скверно. Оглянувшись через плечо, она заметила, что мальчик на лестнице неуклюже возится с чем–то… и тут прозвучал зловеще знакомый сухой щелчок.

Не раздумывая, Винтер схватила кочергу одной рукой, развернулась и обрушила ее на дуло пистолета, курок которого только что взвел мальчишка. Он нажал спусковой крючок за долю секунды до того, как орудие Винтер с металлическим лязгом врезалось в пистолет, и она успела заметить, как вспыхнул на полке подожженный порох. Оглушительно грянул выстрел, но удар уже развернул дуло вбок, и свинцовая пуля, разбрызгав мелкие щепки, застряла в стене.

Сэл, оторопев от неожиданности, выпустил нож и дернулся вперед, так что Джейн пришлось поспешно попятиться, чтобы он горлом не напоролся на ее лезвие. Он рывком поворотился к лестнице, где скорчился на ступенях младший сын, вцепившись в ушибленную руку.

— Джим! — взревел родитель. Ты что это творишь, стервец?

— Так она ж тебе грозилась! — проскулил мальчишка. — У нее же нож и…

— Ух, я тебя сейчас так взгрею…

Сэл шагнул было к лестнице и трясущемуся от страха сыну, но Джейн сзади схватила его за руку. Он хотел развернуться — но застыл на месте, ощутив нечто острое между лопаток.

— Ты не просто дурак, Сэл, — процедила Джейн, — ты конченый кретин! Что, задумал прихватить эту штуку на разборку с Джорджем?

Надо отдать ему должное, докер заметно смутился.

— У Джорджа три сына, — промямлил он. — Вдруг они оказались бы при оружии?

И что тогда? Ты бы кого–то из них прикончил? Чего ради?

— Я просто подумал…

— Именно подумать тебе и в голову не пришло! А теперь, Сэлмон Беллоуз, слушай, что я скажу. Больше я этой дури не потерплю, ясно? Когда Иффи вернется домой — а она вернется, как только поймет, что ты не станешь драться с Джорджем, — я хочу, чтобы ты как следует потолковал с ней. Словами, Сэл. Если только до меня дойдет слух, что Иффи ходит вся в синяках, я вернусь сюда и тогда уж сама потолкую с тобой по–свойски. Понятно? Мальца это тоже касается. Джейн кивком указала на сжавшегося в комок мальчишку. — Ты сам виноват, что бросил заряженный пистолет без присмотра. Ну как, уяснил?

— Да я… — начал Сэл, но Джейн