Органы госбезопасности в партизанском движении на территории БССР в годы Великой Отечественной войны - Наталья Анатольевна Шиманская

после чего немец был вынужден сдаться. Э. фон Файт в ходе нескольких допросов сообщил, что в 1928–1937 гг. он работал в Советском Союзе, сначала в Казахстане и Киргизии, а с 1934 г. – в Московской области, перевод в которую ему устроил сотрудник посольства Германии в Москве Мюллер. По предложению последнего фон Файт собирал сведения о дислокации военных объектов, в 1937 г. был арестован и выслан из СССР за шпионаж. При этом ему удалось вывезти в каблуке сапога чертежи орудийного завода, располагавшегося в Ленинградской области. Возвратившись в Германию, Файт передал их в гестапо. В 1942 г. он был направлен в Советский Союз «для организации лесного дела». После предъявления немцу доказательств его разведывательной деятельности, он пошел на сотрудничество с чекистами и дал подробную информацию о расположенных на территории Белоруссии германских разведорганах и разведшколах, а также о внедренных в партизанские отряды и заброшенных в советский тыл агентах[485].

Разведчиком из отряда П. Г. Лопатина А. Бинкисом был захвачен и доставлен в партизанский отряд шеф деревообрабатывающего комбината г. Борисова Гольдман, от которого была получена информация об обстановке в городе. Кроме того с его помощью был разработан план освобождения военнопленных работающих в городе, в результате реализации которого партизанами было освобождено 180 человек[486].

Захвачен и направлен в Москву начальник «Абвергруппы 310» Г. Рааб, передавший чекистам около 50 документов с грифом «секретно», в том числе инструкции по режиму секретности в абвере. Кроме того, от него были получены ценные сведения об агентах абвера и иная информации разведывательного характера. От сотрудника СД г. Слонима Н. Уншпика были получены данные об агентурной сети слонимского филиала СД и о планируемых мероприятиях по борьбе с партизанами[487].

Несмотря на участившиеся в 1943 г. случаи перехода на сторону партизан лиц, по различным причинам оказавшихся на службе у немцев, операции по захвату «языка» не теряли своей актуальности на протяжении всей войны, а получаемая от них информация была востребована не только руководством партизанских формирований, но и верховным командованием.

9 октября 1943 г. агентом Н. П. Федоровым (резидентура Г. А. Носова (псевдоним «Белый»)) спецгруппы Золотаря в г. Борисове был взят в плен офицер СС А. Н. Невенгловский, от которого были получены сведения о заброшенных в советский тыл германских агентах[488].

Спецгруппой НКГБ «За Родину» совместно со спецгруппой «Стремительные» и особым отделом партизанской бригады им. 1 Мая была разработана и осуществлена операция против СД г. Новогрудка. В ночь с 24 на 25 апреля 1944 г. группа партизан во главе с чекистами в сопровождении агента органов госбезопасности, внедренного в СД и хорошо владевшего обстановкой, ворвалась в здание СД, уничтожив внешнюю охрану и захватив в плен трех охранников, находившихся в караульном помещении. В ходе операции были добыты секретные документы СД, а также оружие: один станковый и три ручных пулемета, 18 винтовок, около 2000 патронов. Операция прошла без единого выстрела, и участники вместе с пленными, захваченными документами и оружием возвратились к местам дислокации. Важнейшим результатом данной операции стали сведения, полученные от пленных, которые показали, что в СД работает 60 человек: немцы из Германии и Поволжья, поляки, русские, белорусы. Шеф СД – обер-лейтенант Шмикер, 29 лет, слабо владеет русским языком. Следователь – немец Ханс, 35 лет, русским не владеет. Переводчик – немец Поволжья по имени Жорж. СД работает с агентурой в небольшом отдельно стоящем здании. Чекистами были получены подробные сведения обо всем офицерском составе СД и других сотрудниках: места их проживания, привычки, увлечения и др. Развединформация была использована спецгруппой «За Родину» для дальнейших мероприятий по проникновению в СД[489].

18 мая 1944 г. оперативной группой «Мстители» была проведена операция по захвату начальника центрального бюро «Белорусских производственных профсоюзов», члена «Белорусского Комитета доверия» при Генеральном комиссаре Белоруссии К. А. Рябушко. К операции был привлечен знакомый с ним агент группы «Игнатьев», работавший в конторе торфоразработочного предприятия в Масюковщине, в 5 километрах от Минска. Рябушко, прибыв на предприятие, был приглашен «Игнатьевым» к нему домой. «Игнатьев», якобы, желая похвастаться новой лошадью, пригласил объекта в сарай, где последний был задержан агентами «Вилейским» и «Алексеем». «Вилейский» сообщил Рябушко, что он направлен Наркоматом госбезопасности БССР и предложил коллаборационисту дать подробную характеристику знакомых ему видных белорусских националистов. После категорического отказа коллаборациониста он был доставлен на базу опергруппы. Планировалась переправка Рябушко на самолете в НКГБ БССР, однако в связи с начавшейся блокадой района и его тяжелым ранением при попытке группы выйти из окружения, Центром было принято решение о его ликвидации, так как отправить его в НКГБ не представлялось возможным[490].

Чекистами был захвачен также заместитель бургомистра Баранович Русак В. Операции предшествовала тщательная подготовка, сбор информации о его образе жизни и т. д. Рассмотрев все возможные варианты, было принято решение о его захвате по месту жительства. Предварительно изучив расположение дома, охрану, пути проникновения в квартиру и отхода, чекисты, переодевшись в полицейскую форму, захватили Русака и доставили на место дислокации спецгруппы. В ходе допроса коллаборационист дал показания на ряд националистов, сотрудничающих с оккупантами в Бресте, Минске, Барановичах, назвал 11 работников СД и гестапо в г. Барановичи. Кроме того он подробно рассказал о своем сотрудничестве с абвером, о выполнении им заданий офицера абвера Брониковского по вербовке «проверенных» местных жителей и направлении их в разведшколу абвера в Германии и др.[491]

Таким образом, путем захвата представителей вражеских военных и административных органов добывалась разведывательная информация, важная и актуальная для верховного советского командования, партизанских отрядов и самих чекистских подразделений. Она использовалась при подготовке агентов для проникновения в различные структуры противника, при организации контрразведывательных мероприятий, подготовке операций по ликвидации представителей немецкой администрации и лиц, сотрудничавших с оккупантами, и др.

Разведка внутреннего климата формирований противника

Значимым направлением разведывательной деятельности был сбор информации о внутреннем климате и моральном состоянии солдат и офицеров формирований противника с целью последующей вербовки отдельных из них для добывания разведсведений, идеологической работы внутри подразделений врага и др.[492] Кроме того, моральное состояние личного состава оказывает существенное влияние на уровень боеспособности противника, в связи с чем постоянно собрались разведывательные данные о настроениях солдат и офицеров германской армии, подразделений государств-сателлитов и иных формирований противника, находящихся на белорусской территории. С самого начала войны стало одним из основных направлений деятельности чекистов.

Уже в июле 1941 г., на основании показаний пленных немцев и вышедших из тыла военнослужащих советской армии, беженцев с оккупированной территории, НКГБ БССР сообщал в Центр о том, что «в результате отпора со стороны Красной Армии дисциплина и настроение у солдат немецкой