Берсерк 4 - Александр Гаврилов

Пока думал, уже практически на автомате промыл мясо, высушил его бумажными полотенцами, нарезал кубиками, и высыпал на горячую сковородку, с шипевшим в ней растительным маслом. Оставил мясо жариться, и занялся луком. Почистил, помыл, и нашинковал полукольцами пару луковиц, и добавил к уже подрумянившемуся мясу. Нарезал соломкой картошку, и высыпал туда же. Посолил, поперчил, перемешал и накрыл крышкой. Всё, теперь пока жарится можно ещё пару огурчиков и помидорчиков порезать, – решил я, потом глянул на усевшихся за стол девушек, сверливших меня тяжёлыми взглядами, и положил овощи перед ними вместе с разделочными досками и ножами. Делегировал, так сказать, полномочия. Пусть хоть так отрабатывают предстоящий ужин.

***

– И это всё? – с подозрением уставилась на меня Астра, когда я закончил свой рассказ, – Ты хочешь сказать, что император позвал тебя к себе только чтобы познакомиться, и узнать подробности про нападения от тебя лично? Бред какой-то… Что-то вы мне, молодой человек, не договариваете… – с подозрением уставилась она на меня.

– Да кто ж этих императоров знает, что у них там в голове! – развёл я руками, и почувствовал, как на груди слегка обожгла меня холодом металлическая пластинка с непонятными письменами, которую мне выдали перед выходом из дворца. Это был обещанный амулет скрыта, болтавшийся на кожаном шнурке, и я тут же повесил его на шею. Не знаю, поможет он или нет, но если есть хоть малейший шанс того, что он сделает меня невидимым для тех монстров, то пусть висит.

– Может, у него и ещё какая-то цель была, но я её не знаю, – развёл я руками, – Ну, и ты не забывай, всё же, что мой род ещё совсем недавно был весьма близок к императорскому. Возможно, ещё и поэтому решил посмотреть на меня. Познакомиться, так сказать.

– А вот об этом я не подумала, – задумчиво согласилась со мной Астра, – И это весьма похоже на правду. Я и забыла уже совсем, что Гончаровы ещё буквально лет двадцать назад входили в пятёрку самых влиятельных родов империи. Ты прав, скорее всего, именно из-за этого он и решил на тебя глянуть. Возможно, и к лучшему. Не исключено, что он даст команду полиции активнее заняться поисками того мага, и скоро его поймают, наконец. Ладно, давайте заканчивать на этом разговоры. Спать пора, – вздохнула она, и перевела взгляд на Нику, которая продолжала с задумчивым видом опустошать сковородку от мяса с картошкой.

– Боже, Ника! Да ты одна больше половины сожрала! Оставила бы на завтра лучше! И куда всё это у тебя проваливается? Какой-то бездонный желудок, честное слово…

– Зачем оставлять на завтра то, что можно съесть сегодня? – безмятежно отозвалась та, с сомнением глянула на почти пустую сковородку, на ложку в руке, и всё же нехотя положила её на стол.

***

– Может, сходим в выходные куда-нибудь? В кино или погулять, – предложила вдруг Настя, когда мы закончили с ней с нашим первым недельным отчётом для директора.

Остальные члены комитета уже разбежались либо по клубам, либо по домам, Демидов тоже убежал, сославшись на то, что отец начал подключать его к делам семейного бизнеса, и теперь почти каждый вечер таскает его с собой, так что за отчёт сели мы вдвоём, впрочем, больше для этого людей и не требовалось, да и я был рад остаться с девушкой наедине.

– Ого! Меня впервые девушка приглашает на свидание, – усмехнулся я, глянув на её порозовевшее от смущения лицо. Явно девушке было не привычно самой звать кого-то на свидание.

– Ну, а что делать, если парни сейчас пошли такие нерешительные? – с деланно беззаботным видом пожала она плечами, – Вот и приходится самой этим заниматься. Так что, сходим куда-нибудь?

– Не, не выйдет, извини, – отказался я, и тут же увидел, как посмурнела девушка, – Впрочем, ты тоже будешь занята.

– А? – не поняла она меня, и бросила изумлённый взгляд.

– День рождения у меня завтра, и ты тоже приглашена, – пояснил я, – Пятнадцать лет исполняется. Моя опекунша собирается столики в каком-то кафе забронировать, так что я попозже тебе адрес и время скину.

– Вот ты… Жук! – выдохнула девушка, – И когда ты собирался мне об этом сказать?

– Так вечером же, когда наступит ясность с местом и временем. Серёге тоже вечером скажу, как и Разумовскому, и одноклубницам.

– Да? А ты не подумал о том, что многие люди, вообще-то, заранее свои выходные планируют, и вечером вполне может оказаться так, что у многих выходные уже окажутся заняты. Насколько я знаю, например, Демидов собирается позвать мою подругу завтра на свидание. Как-то не очень красиво будет, если он в итоге не пойдёт, и внезапно отменит его, не находишь? – ехидно глянула она на меня.

– Блин, об этом я как-то не подумал, – озадаченно почесал затылок я, и тут же полез в виртумм, – Подожди пару минут тогда, пожалуйста. Сейчас я быстро приглашения накидаю всем…

Настя лишь кивнула в ответ, и начала ещё раз перепроверять наш отчёт, я же торопливо набрасывал один и тот же текст своим друзьям. Что, мол, приглашаю завтра на днюху, место и время будет объявлено чуть позже, и почти сразу же посыпались ответы. Отказавшихся не было, но кое-кто, а точнее, наша глава клуба, не упустила возможности съязвить о том, что удивлена тем фактом, что я пригласил её за целый день до торжества, а не за час до него, чему бы она ничуть не удивилась. Язва. Ну, и Демидов грустно отписался, что он уже успел Настину подругу на свидание позвать, на что я ему ответил, чтобы он не заморачивался, и приходил вместе с ней.

– Я сегодня без машины. Проводишь меня? – удивила вдруг меня Настя, когда мы скинули отчёт на почту директору, и пошли к выходу из школы.

– Конечно. С радостью, – кивнул я ей, – Но как это тебя сегодня без охраны пустили? Не узнаю твоего деда.

– А он и не знает, – беспечно отмахнулась она, – Он по делам уехал, и я с отцом договорилась, что сама сегодня домой вернусь. Мне иногда тоже нужно хоть немного свободы получать. Род сейчас ни с кем не воюет, так что, почему бы и не прогуляться? Мне иногда разрешают вот так, самой, из школы ехать, или в торговый центр выбраться, но редко. Дед обычно всегда против, а его даже отец не всегда может продавить, – погрустнела она.

– Ну, может, в чём-то твой дед и прав? – нехотя произнёс я, с одной стороны, не желая выгораживать того старого козла, а с другой, соглашаясь с его паранойей в деле безопасности Насти, – Сама же знаешь, что врагов у вашего рода много, несмотря даже на то, что сейчас вы не воюете. Это не мир, а перемирие. Наверняка со многими из них у вас многолетняя вражда, и они не упустили бы возможность ударить по вашему роду через тебя, даже в период перемирия.

– Да знаю я, – вздохнула она, – Но ты даже себе не представляешь, как же хочется иногда послать к черту этот род, со всеми его интригами и войнами, и уехать куда-нибудь в глушь, где всего этого нет, и пожить простой жизнью. Я бы с радостью поменялась своей жизнью с какой-нибудь самой обычной девчонкой, пусть даже из самой бедной семьи, лишь бы жить так, как хочется мне, а не деду и моим родителям, которые пытаются чуть ли не каждый мой шаг контролировать. Недавно, вон, опять пытались мне жениха подобрать, пришлось поругаться с ними. Сказала, что выйду замуж только за того, кого полюблю. А если деду так уж хочется укрепить род через брак, то пусть сам тогда женится. А что? Он вдовец, вот пусть и присмотрит себе новую невесту. Вот только эта идея ему почему-то не понравилась, и он поспешил сменить тему, – хихикнула она, и взяла меня под руку.

Школьный рюкзак я отобрал у неё сразу, как мы вышли из школы, и сейчас она шла налегке, с любопытством оглядываясь по сторонам. Сегодня было не холодно, градусов пять мороза, без ветра, так что гулять в такую погоду было одно удовольствие. Я предложил ей вызвать на такси, но он отказалась, и мы решили пройтись пешком до метро, и поехать на нём.

– Ты чего так ехидно улыбаешься? – ткнула она вдруг меня локтем в бок, заглянув мне в лицо, и тут же ойкнула, наткнувшись на мою защиту из щупалец, – Блин, всё время забываю, что ты чуть ли не в броне ходишь. Так чего ухмыляешься-то?

– Да так, – ещё шире улыбнулся я, – Просто представил, сколько девчонок прямо в этот момент наоборот мечтают в этот момент оказаться на твоём месте, и какими несущественными бы им показались все твои проблемы.

– Почему это, несущественными? – обиженно поджала губы она, –