Негостеприимные воды - Алексей Владимирович Егоров

Придется сражаться. Дорого продать свою жизнь. Не похоже, что это пугает товарищей.

Глава 8

Судно мотало по волнам, словно щепку в бурном потоке. Толи моряки не справлялись, толи не хотели браться за весла. Без усердной работы гребцов кораблю не пройти через рифы.

Не помогало даже то, что моряки чуяли запах родного дома.

Мефон тоже выжидал, не насылал шквалистый ветер на израненный корабль. Сейчас помощь покровителя не помешала.

Ни молитвы, ни упреки не повлияли на решение покровителя. Он оставался глух к мольбам своих людей.

– Что ж, – сказал Виал, – возможно, такова наша учесть.

– Не спеши радоваться. Мы еще может проживем несколько дней.

Только эти дни будут ужасными, окрашенными кровью и болью. Наказание для восставших рабов – на кресте у дороги. До встречи с толстыми гвоздями и старыми досками оставалось не так много времени.

Сквозь парусину пробивался солнечный свет. Корабль перемахнул ночь и направлялся домой. Казалось, что он застрял посреди моря. Виал не мог понять, чем вызвана задержка. Не страхом ведь перед пленниками. Если бы команда покинула корабль, его бы уже разбило о рифы.

Не могло оказаться так, что все весла сломаны. Судно потеряло три или четыре весла с левого борта. Мелочь! Не считая пары-тройки гребцов, но даже потеряв половину команды судно потихоньку будет перемещаться на север. Есть запасные весла, можно соорудить новые, разобрав кормовую надстройку.

Много вариантов.

Моряки медлили, корабль не двигался. Лишь солнце продолжало путь по небосводу.

Виал поднялся по лесенке, проколупал в парусине отверстие с помощью кандалов. Видел только небо, часть планширя.

Да, они стояли на месте. Двигались только облака; приходилось стараться, чтобы прочитать положение корабля, не имея других ориентиров. Забавно признать, что опыт разбойника помогает сейчас.

Раньше Виал всегда «смущался», когда речь заходила о его призвании. Зато здесь, в этой дикой, неизведанной местности опыт пирата оказался уместным.

Судно не двигалось, значит, моряки не покинули его. Ударов веслами не слышно, выходит, что судно заякорили где-то в безопасном месте. Поблизости не видно высоких скал, так что они ушли недалеко от рифового прохода.

Плохой знак. Виал понял, что последует за всем этим.

Варварские земли рядом, там есть, где укрыться. Не только пленникам, но и самим данаям. Теперь ничто их не сдерживает. Опытные мореходы, да еще завладев драгоценным металлом, найдут работу у варваров. Гребцы и моряки им нужны. Ведь не только коневоды населяют варварские земли.

– Друзья, – Виал спустился с лесенки и примостился на нижней ступеньке, – надо быть готовым.

– К чему на этот раз? – спросил Эгрегий.

– Мы в воде, на судне, а это значит. Что это значит, как думаете? Чего нам опасаться надо сейчас.

– Иди в жопу со своими играми, – Эгрегий закатил глаза.

– Корабль затопят? – предположил Мустиф.

– Ты как сам? Идти сможешь? А вплавь?

Кемилец мотнул головой, сказал, что передвигаться может, если не спешить.

– А ты, подруга? – Виал взглянул на Хенельгу.

– Я не лицом хожу, – прогнусавила она.

Сейчас при свете дня отчетливо видно, как распухла ее щека. Глаз заплыл, губы кровили, но она права – ноги и руки целы.

– Замечательно. А опасаться нам надо сейчас огня! Точнее дыма.

– Хочешь сказать, море загорится?

Эгрегий рассмеялся. Такое может случиться только в конце времен, а сейчас, вроде бы, ничто не предвещает гибели мира. Если не припоминать предсказаний резчиков, о чем наверняка подумала Хенельга. Утверждение Виала, что предсказание уже исполнилось, вполне могло быть ошибочным.

– Зачем же море? Корабль. Моряки подожгут корабль.

– На кой им? Когда?

Спутники сразу собрались, видно было, что они уже готовы встретиться со стихией.

– В ближайшее время. А зачем – чтобы уничтожить нас, а заодно тело навклера.

– Уверен? Что им мешает привести судно в порт и сдать нас, как ты ранее утверждал, на потеху.

– Первое, – Виал принялся загибать пальцы, – еще надо доказать, что я убил навклера. Второе, судно немного, но пострадало. Третье, более никто не защищает корабельную казну.

– А офицеры?

– Они не лучше моряков. Здесь есть, где скрыться. Обычный моряк получает не так много. Офицеры на торговом корабле не богатеют. Это не длинный корабль, где начальник гребцов руководит сотней, а то и больше людей. По сути, это старший из моряков.

До спутников начало доходить, о чем говорит Виал. Но риск все равно выглядел излишним. Безопасней привести судно в порт, да перетерпеть судебный процесс.

Обычные люди боятся выступать в суде. У них нет покровителей, опыта выступлений, а выступать придется против могущественных людей. Этот навклер наверняка имел патронов из знати. Его гибель отразится на благосостоянии патрициев. Доставленный в порт груз вряд ли окупит эту потерю.

– Так что моряков, скорее всего, продадут в рабство. А нас распнут в назидание.

– Выглядит сомнительно, – Эгрегий покачал головой.

– Это только предположение, не знаю, какие уж порядки в этом полисе. Может быть, вся команда из семейных рабов этого навклера. Тогда их смерть…

– Тогда они ответственны за его смерть, – кивнул Эгрегий.

Порядки в рабском хозяйстве он знал прекрасно. Рабы не смеют даже донести на хозяина. Донос будет принят, как же без этого, но раб получит в награду за это казнь. На западе порядки мягче, в виду того, что сохраняется древнее отношение к рабам. Здесь же на востоке, да рядом с варварскими землями, нравы грубее, а люди жестокие.

Оставался вопрос – когда. В ближайшие дни все должно решиться.

Пленников больше никто не кормил, не давал им вина. Приходилось терпеть жажду, пытаться разобрать ящики с грузом. Приколоченные и заполненные до верху свинцом, они никак не поддавались.

Удалось оторвать несколько досок.

– Сойдет, чтобы разбить башку кому-нибудь, – Эгрегий взвесил доску.

Раздав импровизированное оружие, он попытался вытащить свинцовый блок из ящика. Виал посоветовал не