Турция - Гайк Демоян

3 A. Сухопарой. Советские мусульмане: между прошлым и будущим, «Общественные науки и современность», М., 1991, No. 6, с. 111.

4 Крымско-татарское национальное движение, ЦИМО, Москва, 1992, том 1, сс. 260-261.

5 Г. Симонян. Из истории армяно-турецких взаимоотношений, Ереван, 1991, с. 624, (на арм. яз).

6 B. Е. Григорянц. Армяне Средней Азии. История, современное положение, перспективы, Ереван, 1994, сс. 37-38.

[стр. 138] ГЛАВА ПЯТАЯ

ловленное тяжелым социально-экономическим положением в этих республиках. Этим и пользовались бакинские эмиссары, которые распространяли слухи о выделении беженцам-армянам квартир в столицах республик Средней Азии.

Весной 1989г. в столице Туркменистана Ашгабаде и в городе Не-пид Даг прошла волна антиармянских выступлений, которые усилилась после появления первых армянских беженцев из Баку, временно поселившихся в порту Красноводск. На этот раз, благодаря прагматизму и своевременным действиям Сапармурада Ниязова, удалось приостановить непредвиденное развитие событий7.

После распада СССР проявления этнической солидарности в Турции и тюркоязычных странах в основном происходили в контексте неопантюркистских программ. Так, в середине января 1992г. в Махачкале прошло выездное заседание Ассоциации тюркоязычных народов (АТН) СНГ, в ходе которого была принята резолюция относительно Карабахского вопроса. В ней, в частности, говорилось, что «попытка отторгнуть неотъемлемую часть независимого Азербайджана является преступным актом официальных кругов Армении и ее властных структур». Конгресс также осудил президента Азербайджана А. Муталибова «за соглашательскую политику по отношению к провокационным действиям Армянской республики и ее правительства»8. В то же время в резолюции митинга в г. Хасавюрт говорилось, что «конфликт в Карабахе является крупным заговором и вызовом тюркскому миру», и что «кумыки и другие тюркские народы должны оказать посильную помощь Азербайджанской республике, находящейся перед лицом грозной опасности»9.

Карабахский вопрос рассматривался Турцией и Азербайджаном, а также пантюркистски настроенными национальными движениями центральноазиатского региона как фактор, сводящий на нет реализацию пантюркистских проектов. Широко рекламируемые Турцией, эти замыслы зиждятся на трех «китах»: принадлежность к сообществу тюркоязычных народов, исламская религия и общность языкового, культурного и исторического характера и восточного менталитета10.

Следует отметить, что на первом этапе процесса определения внешнеполитических приоритетов тюркоязычные государства Цент____________________

7 Там же, сс. 38-39.

8 «Голос Армении», 21.01.1992.

9 Р. Ф. Мухамметдинов. Зарождение и эволюция тюркизма (Из истории политической мысли и идеологии тюркских народов; Османская и Российская империи, Турция, СССР, СНГ 70-е гг. XIX в. – 90-е гг. ХХв.), Казань, изд-во «Заман», 1996, с. 245.

10 А. А. Варданян. Политика и мораль, М., Гуманитарий, 1997, с. 259.

[стр. 139] ПОПЫТКИ СОЗДАНИЯ ТЮРКСКОГО АЛЬЯНСА

ральной Азии с симпатией и воодушевлением восприняли турецкие инициативы, рассматривая Турцию в качестве надежного проводника партнерских отношений с Западом. Кроме того, изначально такое отношение во многом предопределяли ожидания крупных финансовых инвестиций и гуманитарной помощи от Турции.

О серьезности подобных ожиданий говорит и тот факт, что узбекская сторона отодвинула сроки намеченного на весну 1992г. визита президента Армении Левона Тер-Петросяна в Ташкент, оправдывая это решение в специальном послании тем, что «на данным момент в силу обстоятельств не готова принять столь высокого гостя на должном уровне»11. Скорее всего, однако, такое решение узбекской стороны было обусловлено тем, что именно на этот период намечалось турне турецкого премьера С. Демиреля по центральноазиатскому региону и совпадающий по срокам визит лидера Армении мог бы стать причиной негативных сигналов в Анкару.

Вполне закономерными выглядят в этой ситуации попытки Баку активизировать создание всетюркского альянса вокруг проблемы Нагорного Карабаха с целью изоляции Армении. В феврале 1992г. бакинское радио «Азадлыг» передавало, что «единственным городом, оказывающим сопротивление армянам в Карабахе, остается Шуши и в случае отсутствия помощи он также падет. Мы ожидаем помощи в виде оружия и боеприпасов со стороны всех тюркских республик»12.

Для подтверждения своего статуса региональной державы и повышения авторитета среди тюркоязычных государств Анкара старалась всячески афишировать собственные усилия по оказанию помощи Азербайджану (исключая, естественно, факты оказания военной и военно-технической помощи). Примечательно, что старший советник министра иностранных дел Турции Оздем Санберк называл Турцию «покровителем Азербайджана»13.

Стремление Анкары к созданию «тюркского фронта» против Армении и Нагорного Карабаха проявилось и в попытках придания антиармянских оттенков предоставляемой Западом гуманитарной помощи. Турецкая пресса, критикуя Запад, указывала на то обстоятельство, что Армении с населением в три с половиной миллиона человек выделено 540 тыс. тонн гуманитарного груза, в то время как «шести тюркским государствам с населением 70 миллионов человек предоставлено всего 303 тыс. тонн груза»14.

11 «Азг», 15.04.1992.

12 «Hurriyet», 25.02.1992.

13«Hurriyet», 28.02.1992.

14 «Milliyet», 07.03.1992.

[стр. 140] ГЛАВА ПЯТАЯ

Единая позиция тюркозычных республик относительно событий в Нагорном Карабахе была впервые озвучена на саммите в Ашхабаде в мае 1992г., когда по инициативе турецкого премьера С. Демиреля лидеры этих стран выступили с совместным заявлением, указывавшим на необходимость «вывода армянских формирований из Шуши и решения карабахского вопроса на основе международных принципов»15. В это же время в турецкой прессе появились материалы, подчеркивающие, что какие бы преимущества ни имела Армения, нанести поражение Турции и всему тюркскому миру невозможно, а факт захвата такого важного города, как Шуши, непростителен16.

Следует отметить, что необходимо разграничить позицию в Карабахском вопросе официальных кругов тюркоязычных государств Центральной Азии, которые выступали с более прагматичных позиций и высказывались за мирное разрешение конфликта, и действия оппозиционных сил в этих странах в лице националистических партий и движений, выступавших с заявлениями и инициативами в поддержку конкретных пантюркистских программ. Именно эти силы предприняли попытки формирования и отправки в зону вооруженного конфликта в Карабахе отрядов волонтеров для участия в боевых действиях на стороне Азербайджана. В целом, с подобными инициативами выступали силы с явно антироссийским и пантюркистским уклоном, кроме того, их мероприятия не получили широкого размаха и были весьма ограниченными.

В марте 1992 года делегация казахской Народно-демократической партии «Желтоксан» в главе с ее лидером Хасаном Кожахмедовым участвовала в конгрессе сторонников идеи единого Туркестана в Ташкенте, где было предложено сформировать «Мусульманскую бригаду» для развертывания от Казахстана до Карабаха. Этот конгресс выступил за объединение центральноазиатских республик в единое государство под названием «Туркестан»17.

В апреле 1992г. «Желтоксан» выступил с воззванием к народу Казахстана с призывом помочь «азербайджанским братьям в борьбе против армянских боевиков». На этот призыв откликнулось около 300 человек, но из-за нехватки средств только 20 из них смогли доехать до Ташкента для объединения с узбекскими добровольцами и отправки в Баку. Кроме этого, по инициативе «Желтоксана» были собраны и денежные средства для этих целей18. Сам X. Кожахмедов в одном из сво____________________

15 «Независимая газета», 14.05.1992.

16 «Hurriyet», 13.05.1992.

17 Dilip Hiro. Between Marx and Muhammad. The Changing Face of Central Asia, London,

1995, p. 122.

18 «Азг», 04.04.1992.

[стр. 141] ПОПЫТКИ СОЗДАНИЯ ТЮРКСКОГО АЛЬЯНСА

их интервью заявил, что намеревался встретиться с президентом Н. Назарбаевым для обсуждения вопроса обеспечения деньгами, обмундирования и оружия. В случае отказа властей казахские националисты рассчитывали на частные пожертвования19.

В факте вербовки добровольческих отрядов для этой же цели другой казахской партией «Алаш» некоторые авторы склонны видеть проявление не тюркской, а скорее, исламской солидарности, что и послужило причиной противодействия со стороны властей Казахстана20.

В аналогичный период времени в столице Узбекистана был создан «Комитет помощи Карабаху» для оказания содействия азербайджанской стороне в Карабахском вопросе. Комитет включал в себя также представителей узбекских партий «Туркестан» и «Бирлик»21.

По поводу деятельности этого комитета свою озабоченность выразил «Армянский культурный центр» Ташкента, справедливо указывая на то, что деятельность такой структуры может стать источником конфликта между проживающими в узбекской столице армянами и азербайджанцами. Вполне возможно, что именно этим было обусловлено решение президента Узбекистана Ислама Каримова о роспуске этого комитета. Одновременно несколько активистов другой узбекской партии «Эрк» были привлечены к уголовной ответственности за разжигание антиармянских настроений, когда в одноименном печатном органе партии были опубликованы антирусские и антиармянские материалы, где в числе прочих звучали призывы к поддержке «справедливой борьбы» азербайджанских братьев22.