Путь героев - Джеральд Старк

– Пока нет, – Конни зажмурился и помотал головой, окончательно приходя в себя. – Скажи лучше… Расспрашивая тебя, я не нарушаю никаких местных законов?

– Ни единого, – Джелья Дезирата еле заметно улыбнулась. – Вы и ваши спутники можете вести со здешними жителями, то есть нами, беседы на любые интересующие вас темы. Однако не стоит беспокоиться – те двое, ученый месьор и молодой человек с клетчатым шарфом, вряд ли узнают состав поразившего их воображение настоя. Его изготовляет лично Солльхин, а она своими тайнами ни с кем не делится.

– И на том спасибо, – Коннахар с ужасом представил, как предприимчивые земляки Льоу разливают по кувшинам и бутылям зеленоватую жидкость, дабы затем начать повсеместную распродажу в городах Заката и Восхода. – Эту парочку зовут Ариен Делле и Лиессин Майлдаф. Первый родом из Тарантии, второй – из Темры. Есть в Полуночной Аквилонии такая маленькая захудалая провинция… Могу я узнать, какими судьбами очаровательная человеческая девица оказалась в землях гулей?

– Я из Бальтеи, что на побережье Аргоса. Приехала сюда учиться, – невозмутимо растолковала Джелья и двумя пальцами приподняла за цепочку висевший у нее на шее маленький блестящий медальон. Вглядевшись, молодой человек увидел отчеканенное на серебре изображение раскрытой книги, под которой вытянулся сломанный на две половинки длинный меч. – Я здесь не одна такая. В этом лагере истинных рабирийцев почти нет, только люди – ученики магической школы, которые на лето не возвращаются домой. Когда пришла весточка, что требуется помощь, дабы встретить высоких гостей, мы немедля перебрались сюда, на Рунель.

– Магическая школа, – озадаченно повторил Конни, пробуя слова на вкус. – То есть ты – будущая волшебница? И много вас таких?

– У меня не обнаружилось больших способностей к волшбе. Я готовлюсь стать целительницей, – девушка одернула складки узкого платья. – Что же до числа учеников, то я затрудняюсь его назвать. Кто-то приходит, кто-то уезжает, кто-то постоянно живет в холмах… В нынешнем году набралось около полусотни человек – с Полуденного Побережья, из Немедии, из стран Восхода.

– А кто вас обучает? Мне бы хотелось побеседовать с этим мудрецом.

– Сейчас его нет в Рабирах, – с явным сожалением сказала Джелья Дезирата и, прищурившись, взглянула на узкую полоску берега, где неторопливо вышагивали два человека. – Он уехал навестить друзей в Кордаве… Что ж, насколько я могу судить, вашему здоровью и рассудку ничего не угрожает. Вдобавок сюда идут ваши верные подданные.

Девушка оглянулась и неожиданно быстрым шепотом добавила:

– Месьор Коннахар, не сочтите за мои слова за попытку лишний раз напугать вас. Разговаривая с госпожой Солльхин, пожалуйста… будь поосторожнее.

– В каком смысле? – тоже вполголоса уточнил Конни.

Джелья не то в отчаянье, не то в раздражении всплеснула руками:

– Главное, не проси ее рассказать о минувших временах. Если она начнет интересоваться делами Аквилонии или других стран Заката, говори поменьше. Постарайтесь ее ничем не огорчать. Госпожа Солльхин так легко расстраивается, а ей ни в коем случае нельзя этого делать! Иначе она… она может совершить что-нибудь, о чем впоследствии будет глубоко сожалеть.

– Хорошо, – пообещал молодой человек. Желтоглазая рабирийка, должно быть, многое повидала на своем веку, и не все ее воспоминания заслуживали названия радостных.

Госпожа Дезирата из Бальтеи удалилась, наверняка всей спиной ощущая крайне заинтересованные взгляды, принадлежавшие Ротану Юсдалю и Лиессину.

– Очень мила, – высказался Ротан. – Не пойму, что подобная красотка делает во владениях ужасных рабирийских кровопийц? Может, они держат ее в плену? Тогда, как положено доблестным рыцарям, мы могли бы ее спасти… со всеми вытекающими последствиями.

– Она здесь учится колдовству, – желчно сообщил Конни. – Имей в виду, коли ей не понравятся твои манеры, она без труда превратит тебя в бессловесную вещь, полезную в хозяйстве. Рад, что вы наконец вспомнили обо мне.

– Ни на миг не забывали! – возмутился Юсдаль-младший. – Просто хотели сперва познакомиться со здешними обитателями и разузнать, что нас ожидает. То есть уточнить, под каким соусом нас будут подавать на торжественном обеде. Делами в поселке заправляет женщина-гуль по имени Солльхин…

– А окрестные леса вполне обычные и в лагере полно самых обыкновенных людей, – добавил Льоу. – Заносчивый тип, что встречал нас на лугу, куда-то ускакал, прихватив свою свиту… Похоже, нас опять бросили на произвол судьбы.

– Где Айлэ? – Коннахар с величайшей неохотой поднялся с уютного крыльца, нагретого солнечными лучами.

– Баронетта сидит на берегу озера и мечтательно бросает камешки в воду, – с готовностью доложил Ротан. – Наверное, ей взгрустнулось без твоего общества.

Молодые люди зашагали по склону, направляясь к пестрым шатрам и длинному дощатому столу под расшитой холщовой скатертью. Им и в голову не пришло оглядываться, иначе они смогли бы краем глаза заметить быстрый силуэт, метнувшийся к густым зарослям, тянувшимся вдоль озерного берега. Впрочем, это вполне могло быть обманом зрения, вызванным движениями теней от раскачивавшихся деревьев.

Глава вторая. Знак

17 день Первой летней луны. Раннее утро.

Охотничий домик, предоставленный гостям из Аквилонии, ничем не отличался от множества подобных строений. Две большие полутемные комнаты – одну заняли гвардейцы Майдельта, другая походила на обеденный зал в замке небогатого захолустного барона, с неизменными рогами оленей и косуль по стенам и угрожающе массивными стропилами. В доме имелось множество укромных клетушек и пустовавших кладовок, а также узкая лестница, уводившая наверх, к чердачному помещению.

Там, как выяснилось, скрывалось самое интересное.

Под самой крышей таилась маленькая, чрезвычайно уютная комнатка, обшитая резными панелями из светлого бука. Главное место в этом убежище занимала широкая приземистая кровать, в живописном беспорядке накрытая одеялами из пестрых лоскутков. Возле нее утвердился сундук с латунной фигуркой аквилонского льва на крышке, после чего жилище сочли вполне подходящим для краткого проживания наследника короны. Вот только крутая лестница отчаянно скрипела, предупреждая о любом желающем заглянуть в гости.

Над поселком занимался день, в доме царило полнейшее спокойствие, и Конни сквозь полудрему вспоминал минувший вечер, знакомства, бесконечные расспросы и даму Солльхин, сказавшую на прощание… Что же она говорила? Точно, желтоглазая рабирийка предупредила – к середине дня к озеру Рунель явится здешний правитель. Глянуть на незваных визитеров из мира людей, надо полагать.