Ложь - Петра Хаммесфар

Райнке кивнул. Его взгляд скользил по ее одежде. Куртку Сюзанна сняла и небрежно положила на колени. Судя по подкладке и вшитому ярлыку, эта вещь была куплена в дорогом бутике.

– Это письмо позабавило меня, – продолжила Сюзанна. – Но я пришла к вам по другой причине. Возможно, вы помните, что я не вполне свободно владею иностранными языками.

Райнке снова кивнул, ожидая продолжения.

– Моя мать внезапно заболела, – сказала Сюзанна. – В ее вещах я нашла письмо, на французском языке. Я мало что поняла и хотела бы попросить вас помочь мне с переводом.

С этими словами Сюзанна убрала в сумочку составленное ею приглашение и вынула оттуда копию письма к «Jacques, mon chéri». Господин Райнке пробежал взглядом первые строки и сразу определил, что в тексте есть пропуски.

– Я знаю, – сказала Сюзанна. – Но мне не нужен перевод всего письма, мне необходимо хотя бы приблизительно узнать, о чем идет речь.

С наигранным смущением Сюзанна пояснила, что ее отец давно умер и она подозревает, что мать после его смерти решила найти себе утешение.

Райнке снова кивнул и погрузился в чтение. Он читал внимательно, наморщив лоб и время от времени бормоча себе под нос какие-то слова. Затем он умолк, еще раз пробежал взглядом письмо. Казалось, что прочитанное сложилось наконец в осмысленный текст.

– Ну что ж, – сказал он и при этом показался таким же смущенным, как и в начале беседы. – Я не думаю, что письмо было написано после смерти вашего отца. Возможно, вам лучше самой поговорить с вашей матерью.

Сюзанна сделала вид, что огорчена, опустила голову и прошептала:

– К сожалению, это невозможно, господин Райнке.

– Ах, вот как, – помедлив, начал он. – Французский у меня не идеальный, к тому же здесь всего лишь фрагмент текста. Если я правильно понял, в письме ваша мать просит у Жака прощения. Она глубоко сожалеет о том, что сделала, и напоминает ему о том, как они были близки в юности. Она знает, что он решил расстаться с Алиной, и считает, что это прекрасный повод возобновить отношения. Она пишет, что очень несчастлива в браке. Ее муж совсем не понимает ее потребностей. Она развелась бы с ним, если бы Жак – как я предполагаю – смог ее простить. Вам этого достаточно?

– Да, большое спасибо. – Сюзанна забрала у него письмо. – Вы очень мне помогли.

Райнке покраснел, как школьник на первом свидании.

– Не стоит благодарности, – ответил он.

– Вы действительно не хотите поговорить завтра с господином Берингером? Я мог бы вас на завтра…

– Нет, не беспокойтесь, – быстро прервала она его.

– Тогда я сам с ним поговорю. Так просто это нельзя оставлять. Такую оплошность я могу объяснить только тем, что новая машинистка пропустила…

– Ради бога, – снова прервала его Сюзанна, – не причиняйте бедняжке неприятностей. Возможно, это всего лишь недосмотр. В первые недели на новом месте такое с каждым может случиться.

– Непростительная небрежность! – категорическим тоном возразил господин Райнке. – Я думаю, что господин Берингер будет того же мнения, когда узнает об этом случае. Кстати, я очень рад, что он уже успел понять свою ошибку… – Райнке запнулся, затем продолжил: – Я был против решения господина Берингера. Сперва мы пришли к согласию относительно вашего приема на работу. Но неожиданно господин Берингер изменил свое решение и принял на работу молодого специалиста с прекрасным знанием иностранных языков. Но в конечном счете, когда происходят подобные оплошности, именно у меня из-за этого больше всего неприятностей.

– Прошу вас, не говорите ему ничего, – попробовала переубедить его Сюзанна. – Не такая уж это серьезная оплошность. Я уже сказала, что за это время мне удалось найти… – Она не стала продолжать.

Райнке энергично затряс головой:

– То, что вы заступаетесь за нашу сотрудницу, делает вам честь, фрау Ласко. Но нужно что-то делать. Это приглашение – далеко не единственная ее ошибка за последние недели.

– Ах, вот оно что. Беру свои слова обратно, – сказала Сюзанна и протянула ему на прощание руку.

Реакцию Берингера она предпочитала не представлять. Вообще-то сейчас ее не слишком волновало то, что этот двухметровый верзила может позвонить Филиппу Харденбергу и сказать ему: «Представь себе, к нам опять приходила эта Ласко». В данный момент ей было важно, как отреагирует Михаэль на письмо его жены к «Jacques, mon chéri».

Райнке пожал ей руку. Сюзанна пошла к выходу. Не успел он оглянуться, как она уже вышла в приемную и, небрежно кивнув фрау Луичи, торопливо покинула офис «Берингер и компаньоны». Мысленно Сюзанна поставила галочку напротив первого пункта в своем плане действий. Пунктом вторым было добраться до телефона в квартире Ясмин Топплер, пунктом третьим – договориться о встрече с Михаэлем. Сюзанна была уверена, что сможет убедить его встретиться с ней.

На обратном пути она не торопилась. Ни моросящий дождь, ни холодный ветер не мешали ей. После того, как Райнке перевёл ей письмо, она поняла – ее шансы на успех сильно возросли. «Я смогу убедить его в том, что у его жены есть двойник». К тому же до среды Михаэлю не нужно идти в лабораторию, а это на руку Сюзанне. Нади сейчас, скорее всего, нет дома – у нее была назначена встреча. Вспомнив свой телефонный разговор с тем мужчиной, Сюзанна решила, что Надя, видимо, встретится с ним около полудня.

Добравшись до дому, Сюзанна быстро поднялась к себе, чтобы взять ключ от квартиры Ясмин Топплер. Убедившись, что Хеллер ничего не заметил, она прокралась в квартиру Ясмин. «Добрый вечер, господин Тренклер. Мое имя вам ничего не скажет, зато мое лицо вам, вероятно, знакомо. Я знаю, что сегодня вы свободны, и прошу вас о встрече. Не отказывайте мне, это очень важно. Речь идет о вашей жене». Или так: «Привет, милый. Моя встреча отменяется. Я в кафе у оперы. Может, встретимся? У меня есть для тебя сюрприз». Сюзанна решила выбрать один из вариантов, лишь когда услышит в трубке голос Михаэля. Она была уверена, что по звуку его голоса сумеет определить, в каком настроении он находится.

Итак, она начала осуществлять свой план мести: сняла трубку, набрала уже знакомый номер. И застыла в ужасе, когда после второго гудка в трубке раздался Надин голос:

– Тренклер.

Пальцы Сюзанны судорожно дернулись; она нажала на кнопку разъединения. Полпервого! Сюзанна не подумала о том, что встреча Нади и того мужчины с акцентом могла состояться рано утром. Она подождала полчаса. Затем сделала вторую попытку. Трубку снова сняла Надя. Сюзанна опять молча повесила трубку. Здравый смысл подсказывал ей, что лучше вернуться в свою квартиру и подождать там часов до трех-четырех. Но Сюзанна не смогла заставить себя уйти. Она начала поливать цветы и вытирать пыль в квартире Ясмин. Нервная, голодная и озябшая, она еле дотерпела до двух часов и снова позвонила.

Трубку снова сняла Надя. В ее голосе уже появились нотки раздражения.

– Алло! – настойчиво твердила она. – Представьтесь!

Сюзанна уже было опять хотела положить трубку, как вдруг до нее донесся голос Михаэля:

– Это опять какой-то шутник, милая?

– Не знаю, – ответила Надя.

– Дай мне трубку, – потребовал он. И тут же обратился непосредственно к Сюзанне: – У вас есть ровно две секунды, чтобы изложить вашу просьбу. Потом я кладу трубку и больше не отвечаю на ваши звонки. Раз, два, три, все.

Прежде чем она успела прокашляться и начать говорить, линию разъединили. «Милая» – это слово болью отозвалось у нее в сердце. Что ж, можно попробовать по-другому. Написать ему письмо и отправить его в лабораторию. Сюзанна незаметно пробралась обратно в свою квартиру и остаток дня провела за набросками послания. Пачка бумаги становилась все тоньше и тоньше, но ни один вариант ей не нравился. Пришлось согласиться с тем, что есть вещи, которые можно было сказать, только оставшись наедине. Внезапно она подумала о телефонной справке. Она вышла на лестницу; там было темно. Сюзанна решила не включать свет, вместо этого она оставила приоткрытой дверь своей квартиры. И лишь закрыв на ключ дверь квартиры Ясмин Топплер, немного успокоилась.

В эту ночь на среду Сюзанна спала мало, то и дело просыпалась от кошмарных снов, пока шум первой утренней электрички окончательно не перенес ее в серую действительность. Она бросила взгляд на будильник. Шесть часов! Сейчас Михаэль встал, принимает душ. Обычно он не завтракал. Сюзанна уютно устроилась под одеялом и, представив, что находится на роскошной белоснежной вилле, мысленно села вместе с ним в «ягуар». По прошествии часа она решила, что он уже в лаборатории, встала, приняла душ, оделась и снова осторожно подкралась к соседской двери.

Окна квартир Ясмин и Хеллера выходили на улицу. Телефон стоял на маленьком столике, прямо под подоконником. Увидеть улицу с четвертого этажа можно было, только высунувшись из окна. Но от телефонного столика просматривалась телефонная будка на углу.