Страна Изумрудного солнца - Антон Орлов

Сердце Тлемлелха екнуло: неужели демон наконец-то понял, зачем его сюда призвали, и притащил труп Лиргисо?

– Подожди! – оборвал он прислужника и приоткрыл дверь.

И застыл на пороге, ошеломленный увиденным.

Это был не труп. Хуже. На полу, прямо на засохших кровавых пятнах, оставшихся после совершенного Тлемлелхом жертвоприношения, была разложена кожа, содранная с какого-то несчастного нега. Тлемлелх заметил на ней всего два аккуратных надреза, один продольный, один поперечный. Не иначе тварь из хаоса воспользовалась некой мерзкой магией, чтобы снять с жертвы кожу, не повредив! Даже глаза уцелели, две темных незрячих выпуклости… Что это был за нег? Кто-то из челяди Лиргисо? И как сейчас выглядит его освежеванное тело, оставшееся в доме Лиргисо? И что испытал мерзавец Лиргисо, когда обнаружил это – догадался ли он, что его в скором времени ожидает то же самое?

У Тлемлелха было живое воображение. Когда перед его внутренним взором пронеслась вереница противоестественно детальных картинок, все вокруг поплыло, он ухватился слабеющей рукой за косяк. Книга заклинаний выскользнула и шлепнулась на пол. На него дохнуло холодом и смрадом хаоса, и перед тем как потерять сознание, он понял, с какими адскими силами связался…

Выбравшись из бассейна, Тина некоторое время постояла, обсыхая, потом натянула трусы и черную трикотажную безрукавку. Окон в этом помещении не было, только выпуклый стеклянный потолок, сквозь который внутрь обрушивался поток зеленовато-золотого солнечного света. На стенах, облицованных полированной яшмой, висели зеркала. Тлемлелх любил зеркала. Тина кое-как, пятерней, расчесала мокрые волосы (расчески у нее с собой не было, а местные вообще в них не нуждались) и пошла к себе. Времени мало. Парень, с которого она сняла костюм, успел увидеть ее, перед тем как она его оглушила, и наверняка сообщил своим. Ее будут искать.

Дверь ее комнаты была приоткрыта, в полутемном закутке у подножия лестницы лежал Тлемлелх. На него напали?.. Приготовившись активировать лазеры – другое оружие осталось в комнате, – она пинком распахнула дверь и прижалась к стене. Тихо. Никого нет, вещи на месте. Убедившись, что все в порядке, она склонилась над Тлемлелхом. Живой, в обмороке. Перегрелся или оступился на лестнице и ударился головой? Лучше отнести его наверх, в подвале душно.

Перед тем как сделать это, Тина надела кожаные штаны с оттопыривающимися карманами (весь ее арсенал – бластер и три парализатора), надела ботинки и повесила на шею коробку автопереводчика. Стандартная модель ниарского производства, настроена на речь местных жителей. В самый раз. Она подняла Тлемлелха и пошла наверх. Навстречу попались двое маленьких темных – увидев Тину, проворно исчезли, прежде чем она успела к ним обратиться. Почему-то сегодня утром все эти существа проявляют повышенную нервозность и стараются поскорее смыться… Ладно, она приведет в чувство Тлемлелха и выяснит, что случилось.

Одна из его любимых комнат. Здесь находились две мраморные ванны с водой, пахнущей цветами, и три овальных ложа, обитых темным переливчатым шелком. Полупрозрачные голубые шторы задернуты, стеклянный потолок прикрыт тентом из такой же ткани (тент натягивался и сворачивался с помощью сложной системы витых шнурков, свисающих вдоль стены). Середину комнаты занимал испещренный серо-белыми разводами лакированный столик – близкий родственник того зверя, который попытался сожрать Тину в первый день ее пребывания в этом мире. В выемках волнистой столешницы стояло множество флакончиков и коробочек из разноцветного стекла, а также вазы в виде серебряных бутонов, заполненные продолговатыми черными ягодами, бокалы, графины, вырезанные из камня безделушки. Имелась здесь и чаша с водой для омовения рук, золотая, с изморозью алмазной насечки вдоль кромки.

Положив хозяина дома на кушетку, Тина зачерпнула воды и плеснула ему в лицо. Покрытые радужными блестками веки Тлемлелха слабо дрогнули.

Тлемлелх не удивился, когда порождение хаоса наконец-то заговорило с ним на языке энбоно. Не удивило его и то, что понятная речь исходит из миниатюрной черной коробочки, которая висит на шее у демона. Пути магии непостижимы. Демон бормотал по-своему, негромко и, как всегда, монотонно, а коробочка, с восхитительной точностью копируя звучание его голоса, произносила слова как надо, со всеми приятными для слуха переливами и модуляциями.

– Тлемлелх, как вы себя чувствуете?

– Как может чувствовать себя тот, за кем по пятам следует аргхмо? – Он позволил себе слабую усмешку. – У меня кружится голова. Налей мне вина из того круглого графина, исчадие хаоса!

Тут коробочка забормотала на мистическом языке демона, а Тлемлелх, бессильно откинувшись, смотрел из-под полуприкрытых век на потолочную штору, еле сдерживающую сокрушительный солнечный водопад, – и вдруг у него в груди заворочался холодный комок. Он вспомнил. В первые секунды его сознание отталкивало жуткие подробности, но теперь он вспомнил, что увидел в подвальной комнате за мгновение до того, как обморок принял в свои объятия его истерзанную душу. В панике он слегка приподнялся на ложе. Нет, в руках у демона не было никаких острых предметов. Демон наливал вино в бокал желтоватого хрусталя в виде вставшей на хвост рыбы. В один из любимых бокалов Тлемлелха – можно ли считать это добрым предзнаменованием?

– Держи. – Демон подал ему бокал. – Это не объясняет, почему ты лежал без сознания на пороге моей комнаты. Тебе стало плохо или на тебя напали?

Прежде чем ответить, он отхлебнул крепкого терпкого вина. Если сказать правду, эта непостижимая тварь поймет, что он испуган. Сознаться в своем страхе – значит потерять контроль над демоном, уж это он из древних оккультных трактатов усвоил! И тогда тварь, заливаясь адским хохотом, сдерет с него кожу, а Лиргисо, узнав об этом, будет еще больше ликовать… И Тлемлелх отважился на откровенный блеф.

– Я лишился чувств от непомерного счастья, когда увидел, что ты наконец-то вспомнил о своем долге и снял шкуру с одного из прислужников Лиргисо. Это будет для подлеца Лиргисо хорошим уроком!

– А почему ты решил, что парень, с которого я сняла шкуру, связан с Лиргисо? Разве в его окружении есть люди?

Пусть Тлемлелх и сидел – вернее, полулежал – как на иголках, два момента в сказанном поразили его настолько, что он тут же задал два вопроса подряд:

– Что значит – люди? И почему ты говоришь о себе так, словно ты кхейгла?

– Да, я кхейгла, – выслушав коробочку, подтвердил демон. – А люди – это существа моей расы, которые выглядят как я. Вчера ночью я встретила одного из них, он маскировался под местного жителя. Я отобрала у него костюм и вот этот прибор, с помощью которого мы с тобой понимаем друг друга.