Разыскивается: не-мертвый или живой (ЛП) - Спаркс Керрелин

По ее щеке скатилась слеза.

– Он сказал, что любит меня. Он сделал мне предложение, и я согласилась.

– Ты думала, что влюблена?

– Да, – она вытерла слезу. – Я хотела быть влюбленной. Я хотела верить, что любовь все еще существует, и кто-то может любить меня.

– Итак, вы обручились.

Она кивнула.

– Я отвезла его домой, чтобы познакомить с семьей. Мой отец одобрил его, и я думала, что все будет идеально.

– Что случилось?

– Однажды ночью я подслушала, как он разговаривал с моим отцом. Папа поздравлял его с хорошо выполненной работой. И Сет спросил, сколько ранчо он получит за то, что женится на мне.

– Черт, – прошептал Финеас.

– Да, – со стоном она прислонилась спиной к дереву. – Все это подстроил мой отец.

– Придурок, – прорычал Финеас. – И этот Сет был идиотом, если не понимал, как ему повезло, что у него есть ты.

Она махнула рукой.

– Это типичный мужской менталитет оборотней. Все, о чем они могут думать, – это о приобретении территории. Земля для них означает власть. Они хотят власти, престижа, больших стад крупного рогатого скота, лошадей и овец. Пара – это просто сука, которая дает им детенышей.

– Это отвратительно, – Финеас зашагал по небольшой поляне. – Почему женщины с этим мирятся?

– Они все надеются на репутацию спарившейся с Альфой. Только немногие избранные могут это сделать. Другие женщины – они ничем не отличаются от не-Альфа самцов. Они все члены стаи и должны подчиняться своему лидеру.

– Звучит архаично.

Она пожала плечами.

– Так работает стая. Может быть только один Альфа, а остальные должны подчиниться. Или будут изгнаны. Нам с рождения вдалбливают, что мы должны быть в стае. Иначе нам не выжить.

– Вам промывают мозги.

– Большинство оборотней очень счастливы в мире ликанов. Все знают правила и знают свое место. Это сильное чувство общности и безопасности.

– Скажи это Пропащим Мальчишкам.

Она поморщилась.

– Очевидно, у них это не сработало.

– Или у тебя. Ты выживаешь без стаи. Держу пари, ты никогда не хотела подчиняться.

Это было правдой. Даже в детстве она никогда не хотела подчиняться. Ее отец считал, что это вина Фила, что он повлиял на сестру-близнеца своими мятежными Альфа-наклонностями. Но дело было не только в Филе. Это были годы, когда она наблюдала за страданиями матери и видела, как отец совершенно не замечает причиняемой им боли.

В глубине души она знала, что все это неправильно. Она читала о любви в книгах, видела ее в фильмах и знала, что в мире ликанов она превратилась во что-то уродливое. Там не было любви. Только манипуляции и обман. Пользователи.

– Я была одна с матерью, когда она умерла. Она жалела, что всегда подчинялась. Она сказала, что у меня должен быть выбор, что я могу выбрать свободу, если буду достаточно сильной.

Бринли шмыгнула носом.

– Она хотела, чтобы я была сильной, но после ее смерти и ухода Фила я впала в депрессию. Я чувствовала себя одинокой и слабой. Поэтому я влюбилась в первого попавшегося парня.

– Сет, – пробормотал Финеас. – Пожалуйста, скажи мне, что ты не осталась с ним.

– Нет, я разорвала помолвку. У его семьи уже было большое ранчо в Айдахо, но он не хотел отказываться от обещанных ему земель, поэтому приставал ко мне, пока мне не удалось прогнать его, – она наклонила голову, вспоминая. – Оглядываясь назад, на самом деле это было хорошим уроком. Это вывело меня из депрессии. Его предательство разозлило меня, а борьба за то, чтобы избавиться от него, дала мне цель. Она сделала меня сильнее.

– Как ты от него избавилась?

Она пожала плечами.

– Мужчинам-оборотням нравится думать, что они особенно одарены в постели. Просто по кампусу поползли слухи, что я бросила его, потому что он не может удовлетворять. Тогда, конечно, он должен был доказать, что слухи ошибочны, как можно большему количеству девушек. Одна из них, дочь местного Лидера стаи, забеременела от него, и ему приказали жениться на ней.

Бринли ухмыльнулась.

– За эти годы я очень хорошо научилась прогонять парней.

Финеас строго посмотрел на нее.

– На меня это не подействует.

Она выдержала его взгляд.

– Это еще предстоит выяснить.

Он бродил от одного конца поляны к другому.

– Так что же случилось потом? Твой отец продолжал подбирать тебе женихов?

– На самом деле я не хочу больше об этом говорить.

– А почему бы и нет? Мы добрались до самого плохого?

Она скорчила ему гримасу.

– Когда ты присоединилась к родео?

Она скрестила руки на груди.

– После того, как закончу учебу. Папа просто отправил женихов туда. Я продолжала отгонять их. Это действительно раздражало.

– Думаю, твой отец был в бешенстве.

Она с трудом сглотнула и кивнула.

– И что же он сделал?

Бринли повернулась и прислонилась лбом к дереву. Это была та часть, о которой она не хотела говорить. Она никогда никому не говорила. Ни ее сестре. Ни даже Филу. Если бы только ее брат был там. Он бы защитил ее.

– Бринли.

Прямо за ней. Она резко обернулась.

– Я же говорила тебе не делать этого.

– Я же говорил, что никогда не причиню тебе вреда, – он положил руку на ствол и наклонился к ней. – Я не уйду, пока ты мне не скажешь.

– Почему ты такой напористый? – она оттолкнула его и зашагала по поляне.

Трусиха, упрекнула ее внутренняя волчица. Скажи ему. Ты собираешься жить в страхе всю оставшуюся жизнь? Ты так и продолжишь подпрыгивать от ужаса всякий раз, когда кто-нибудь подходит к нам сзади?

Нет, она не могла говорить об этом. Это было слишком больно.

Внезапно ее захлестнула волна силы, застав врасплох. Это была волчица, которая давила на ее оковы, побуждая к бунту. Где твой гнев? Мы благородные волчицы! Свирепые охотницы! А они превратили нас в добычу.

Дрожь пробежала по ее телу, как будто волчица встряхнула ее. Скажи ему! Пусть весь мир узнает, что сделал с нами твой отец!

Она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. Доверься волчице. Волчице виднее. Это было правильно. Почему она скрывает правду?

Она сжала кулаки. Это будет нелегко. Это были пять лет кошмаров.

– Бринли? – тихо спросил Финеас. – С тобой все в порядке?

Она расправила плечи.

– Отец просил меня приехать домой на Охоту. Все местные Лидеры стай устраивают охоту в первую ночь полнолуния, но охота моего отца – самая престижная в трех штатах. Только по приглашению, такая большая честь присутствовать.

Ее кожа похолодела, и она скрестила руки.

– Все началось, как и любая другая ежемесячная охота. Мы все перекинулись и побежали в лес. Я почуяла запах пары лосей и бросилась в погоню. Я услышала волков позади себя. Они тоже учуяли запах. Это нормально. Волки обычно убивают группами. Я не придала этому значения. Пока не поняла...

Слезы навернулись ей на глаза, и желчь подступила к горлу. Она с трудом сглотнула и прижала тыльную сторону ладони ко рту.

– Они охотились за мной!

– Что? – Финеас шагнул к ней. – Почему?

– Я не знаю. Мне было так страшно, и я не могла понять, почему я стала добычей. Я всё бежала и бежала. Я пробовала плыть вверх по течению, плавать в ледяных озерах – все, что угодно, лишь бы избавиться от них. Но они продолжали приближаться. А потом они...

Она подошла к дереву и положила на него дрожащую руку.

– Это были молодые мужчины. Они окружили меня. Круг замкнулся. Рычание и щелканье. А потом он напал.

– Сзади, – прошептал Финеас.

Она кивнула, и слезы потекли по ее щекам.

– Он укусил меня в шею и использовал свой вес, чтобы удержать и... взять меня.

Последовала напряженная пауза.

Когда Финеас наконец заговорил, его голос звучал сдавленно.

– Он изнасиловал тебя.

– Нет, – она покачала головой. – Самец волка всегда так берет свою пару. Это животное начало.

– Чушь собачья! Ты этого хотела? Ты дала ему согласие? – голос Финеаса стал громче, и когда она не ответила, он ударил кулаком по дереву.