Обгоняя время - Дмитрий Валерьевич Иванов

— Думаю, что да. Любому мужчине было бы неприятно такое услышать, — негромко произнесла Лиля, которая, оказывается, подслушивала нас, бросив на время Петера.

Я ещё раз посмотрел за стол, где сидели актёр и компания. Да, девушка Макса хороша: высокая, стройная, и косметики минимум… Но не отбивать же у него подругу! А вот Катя сидела, закусив губу и низко наклонив голову, слушала, что втирает ей московский гость. Неожиданно дядя грубо взял Катю за подбородок и с силой заставил посмотреть на себя. И морда у него была при этом недовольная. А вот такое я терпеть не буду! Да, расстались. Катино право выбрать любого, но насилие мне неприятно. Бросив Макса, который тоже видел эту безобразную сцену, но никак не отреагировал, отправился к соседнему столику, ставить хама на место.

Блямс! Хрясь! После моей увесистой пощечины, я ткнул актёра мордой в недоеденное блюдо.

— Ну-ка идём поговорим, псина неумытая, — прошипел я и поднял франта с очумелыми глазами за шиворот, намереваясь утащить куда-нибудь в место поукромнее.

— Толян, ты чё⁈ В ментовку сдадут! — слышу от подбегающего ко мне Макса.

— Ты что творишь? — почти по-бабски взвизгнул приятель актёра.

— Так! Что тут происходит? Документы! — ко мне спешит мент, очевидно, гостиничный дежурный.

Ах, как некстати, дернул его черт заглянуть в ресторан именно сейчас. Я, конечно, тоже хорош — стоило ли этот дебош устраивать? Но почему-то стыдно вообще не было.

— Спокойно, сержант! Сейчас разберёмся сами, — раздался за спиной знакомый голос! — Хотя погоди, проверь документы у всех за этим столиком.

Глава 21

Этот голос я узнал до того, как обернулся. Уверенный, даже властный, хотя, как по мне, чин у его обладателя невелик, но, очевидно, по местным меркам котируется. К ментам обратился мой недавний знакомый — районный прокурор Пётр Евгеньевич. Хотя, чего это не котируется? Ясно, что не генерал-лейтенант или член политбюро, но тут в городе, похоже, это весьма козырная должность. Особый статус моего знакомого был заметен и по его возможностям, и по обстановке его рабочего кабинета. А сейчас ещё и по компании Петра Евгеньевича, которую я, однако, до сей поры не замечал. Сидела она у окна в небольшой нише, закрываемой шторкой — самое удобное место: от громыхающей басами сцены далеко, изумительный вид из окна на море, ну и от лишних глаз легко укрыться можно.

Прокурор, который в данный момент уверенным шагом приближался к нам, был за столиком в сопровождении двух подполковников: военного и милицейского, и… Олега Романцева! Вот так встреча. Он играет или уже тренирует? Вот не помню этого. Что же он тут в Сочи делает? Скорее всего, очередные сборы у «Спартака». Чемпионат СССР должен начаться уже скоро, 11 марта, и первым соперником у московского клуба будет вильнюсский «Жальгирис». Точно! Я вспомнил тот чемпионат, смотрел некоторые его матчи ещё в армии, но уже будучи «дедушкой», ну или «черпаком», так как только старослужащие у нас в части имели доступ к телеку.

Оказывается, Романцев уже тренер! В памяти сразу всплыл случай, о котором читал в интернете, как перед одним из матчей его припугнул сам Старостин: мол, если сольёте литовцам, исключат из партии и тебя, и меня заодно. Врал, конечно, — в те времена исключение из партии уже не было столь решающим ударом, но Романцев тогда ещё салагой был, вот и повёлся. Молодой, неопытный, с головой полной мыслей о карьере и ответственности. Старостин знал, как надавить.

Однако, что ни говори, конец 80-х и начало 90-х были для «Спартака» золотыми временами. Я хорошо помню, как в 90-м они блистали в Лиге чемпионов, громили всех подряд: «Наполи» с самим Диего Марадоной, «Реал Мадрид» и прочих. И только в полуфинале с «Марселем» что-то пошло не так, да там ещё и судейство было… ну, скажем так, крайне странным. Но сейчас, думаю, мужик перед предстоящим матчем мандражирует.

— Петр Евгеньевич, вот так встреча! — радуюсь я, и спохватившись, оправдываюсь: — Вы не подумайте — я трезвый. Просто он грубо с моей знакомой разговаривал, вот я и вскипел.

— Да видел я. Сам хотел вмешаться, но ты меня опередил. Я тебя, Толя, давно тут заприметил, но общаться с друзьями не хотел мешать, — трясёт мою руку прокурор, пока мент шустро проверяет документы у всего соседнего столика.

Но паспорта нашлись только у Макса и его девушки. Актёр, его приятель и вторая девушка — хотя, какая там девушка — уж больно стара и вульгарна: морда в морщинах, голос с хрипотцой, да и манеры те ещё — оказались без удостоверений личности. Или не пожелали предъявить их, что, конечно, не добавляло им симпатий в глазах милиции.

Документов не оказалось и у моей бывшей любовницы, которая, словно в ступоре, очумело наблюдала за этим действом. Её глаза были широко распахнуты, как будто она и сама не могла поверить в происходящее. Впрочем её личность я подтвержу, если понадобится.

— Эта… проверил, — скривил и так не шибко красивую морду сержант, выполнив поручение.

— А кто эти трое? — ткнул на лиц без документов дотошный прокурор, наблюдавший за всем процессом проверки от и до.

— Да вы что творите⁈ Я — Михаил Карцев, артист московского театра…, — очухался красавчик и сразу стал предъявлять претензии.

— Сержант, ты тут закончил? — Карцева перебивает подошедший к нам милицейский подпол.

— Документы есть не у всех, но они представились, — пробормотал младший по званию.

— Вези в отделение, пусть пальчики откатают и личности проверят, — лениво приказывает старший.

Судя по звёздочкам, должность у него на уровне начальника УВД города, и сержанту только и остаётся что взять под козырек. Впрочем предъявить гостям Сочи особо нечего, тут я больше виноват, но личности задержанных установить стражи порядка имеют полное право. Да и документы у тех, скорее всего, в порядке и находятся в номере, так что и до отделения везти не придется.

— Я все связи подниму, вы