Ошибка чёрного мага - Александр Николаевич Шелухин

class="p1">Скинув заляпанную винными пятнами салфетку, отрок, чуть пошатываясь, подошел к чудо-оружию. Используя обычную трехзубую вилку, прихваченную со стола в качестве указки, Микайла с умным видом начал рассказывать:

– Так-то оружие устроено весьма просто. Кусок стебля Магического Бамбука послужил основой, на которую я установил прочие необходимые для работы "вундерваффе" эти, как их… элементы. В большую трубу из Бамбука я вложил такой же длины вымоченный в горячей еловой смоле кусок стебля Магического Камыша. Камышовую трубку, пока смола не затвердела, я равномерно обмотал толстой медной проволокой, взятой из запасов дядьки Клопоморта. В середину трубы, как изволите видеть, я врезал медное ведерко для смешения хм… ингредиентов заряда оружия. Устройство смесителя, сказать честно, я не измыслил своим умом, а подсмотрел внутри пыточного приспособления древних из коллекции моего предшественника. Я подумал, что спиральная дорожка, или шнек по-гномьему, прекрасно подойдет не только для ломания пальцев, но и перемалывания в кашицу начинки заряда. Что и было успешно доказано на деле… Самое же главное в оружии находится, как понимаете, в сундучке…

И Микайла, открыв дверцы споказал Чимпу и Бэрриму содержимое сундучка.

Массивный трехногий артефакт был установлен на толстой медной пластине. От артефакта тянулись к другим, более мелким артефактам – к "Красной Кнопке" и другим, обмотанные лентами из сока Магического Одуванчика непонятного назначения шнуры.

– Артефакт "Треножник" – так я его назвал – состоит из трех слепленных между собой частей: "питателя", "прослойки" и "собирателя". (Разбиращийся в электронике человек из некоего параллельного мира, возможно, назвал бы "Треножник" транзистором, помещенным в схему усилителя тока.) "Треножник" при подаче на "прослойку" слабенького ручейка маны способен управлять неизмеримо более мощным потоком маны в главном Медном Проводе. Что позволяет использовать сей артефакт для усиления, как в данном случае, а также создания, соединения, разъединения и преображения Магических Потоков. В подробности в целях сохранения тайны я, судари мои, вдаваться не буду… Что насчет снарядов? Они выстреливаются из Бамбуковой трубы резким вращением рукоятки. Сами же снаряды вы, господа, уже видели… Устроены они так: сок Магического Одуванчика как бы склеивает ингредиенты между собой. Сущности овощей придают снарядам форму и способность к мгновенному разбуханию, поименованному мной взрывчатостью. Железный хлам из кузницы дарует частицам разорвавшихся снарядов прочность и остроту. Ибо что толку, если во врага прилетит сгусток магической сущности вареной тыквы или эфемерная горсть распаренной кукурузы? Одно плохо – при работе "Треножник" изрядно нагревается, что может стать причиной расслоения и поломки артефакта. Для отвода жара я установил артефакт на толстую медную пластину. А также установил на Бамбуковую трубу коровье седло, где восседал Карлсон и остужал артефакт потоком воздуха, создаваемым его вросшим в спину лопастным винтом… "Треножнику", конечно же, требуется для работы весьма мощный накопитель апейрона. Я использовал единственный такой накопитель, что имелся под рукой: бутыль-ловушку с "мертвым" апейроном и душой дяденьки Клопоморта внутри…

Для наглядности Микайла ткнул вилкой-указкой в бутыль. Присутствующие тут же обратили внимание на узилище Клопоморта. Внутри бутыли-Ловушки явно происходило что-то нехорошее. Вместо клубящейся черноты души мага или серебристого апейрона в сосуде то гас, то снова вспыхивал мертвенный лиловый огонь.

– Сэр Микайла! – тут же все поняв, воскликнул Чимп 22. – Душа Клопоморта, кажется, гибнет! Смотрите, повелитель, как яростно бьется в агонии сердце его духовной сущности!.. Надо срочно спасать душу мага, иначе мы так и не узнаем, где он спрятал заначку на черный день! Скорее тащите калебасу на Алтарь! Я знаю, что делать!

33.

Богатый жизненный опыт генерала Чимпа 22 безошибочно подсказал ему, какую из многочисленных кукол для Ритуала переселения души следует выбрать. Исходя из целей реинкарнации шимпанзе остановился на сосновой кукле, замысловато именуемую магами-кукловодами Пиноккиоидом. Дело в том что Пиноккиода c пристрастием допрашивать – самое разлюбезное дело. Дело в том, что эта пропитанная особым видом плесени деревянная кукла могла чувствовать боль. Можно и огнем жечь, и жукам-древоточцам заживо скармливать, и ножом строгать – все сообразно воздействию кукла прочувствует. Да хоть тупой пилой пилить, если переселенная в куклу душа будет запираться. Но самая важная особенность Пиноккиоида в том, что если он надумает лгать, у него тут же начнет расти нос-сучок.

Так что выбор бывшего обезьяньего владыки был очевиден. Ведь ему не только хотелось выведать, где старый маг спрятал ценности. Больше того шимпанзе горел желанием узнать, имеет ли Клопоморт хоть малейшее представление о том, где в не так давно принадлежащей ему Башне искать то, за чем явился маг Воды Журчун. Но о чем еще так и не узнал за отсутствием подходящего момента новоявленный черный маг Микайла.

Сам же отрок хотел воплотить душу Клопоморта в более пристойную на вид куклу. Например, в солдата или бархатистого медвежонка. А то и в ушастого зверька Чебурыха. Или хотя бы в крокодила Гиндоса, лучшего друга Чебурыха. (Довольно оригинальной, между прочим, игрушки, отлитой из подкрашенного зеленой краской сока Магического Одуванчика.) Новоявленный маг страстно желал, чтобы у него был такой же карликовый искусственно-живой слуга, как клоун Эотт Глинг у Урфинуса Джукса. Тем более что "пет" у Микайлы уже имелся. Причем значительно лучший по сравнению с набитой опилками медвежьей шкурой по кличке Топчун, на которой передвигался антагонист Страшнилы Мудрого проклятый Урфинус Джукс.

Однако Чимп 22 быстро, в двух словах, разъяснил отроку, что Клопоморт, возродившийся в теле деревянной куклы, вряд будет верой и правдой служить человеку, который отнял у него все, что можно. Магическую Искру, Башню и прочее имущество, положение в обществе, казну, слуг и даже саму жизнь. Притворится, что согласен, а первой же ночью подкрадется к безмятежно спящему господину и пырнет кухонным ножом. И что лучше будет вызнать секреты старого мага, а потом бросить куклу в обычный дровяной камин. (Но только, упаси боги, не в Магический – нарисованный на особенном холсте очаг, которыми отапливались покои Башни. Ибо Магический Камин для Пиноккиодов, Бураккио или Пинотино – это как обычный Портал для любого разумного. Нырнет шустрая кукла в нарисованный над огнем котел – и все, ищи потом ветра в поле.) Одно плохо – если спалить куклу в огне, то при ночном восходе Магической Звезды – особенно совмещенным с полнолунием – по коридорам Башни будет шастать и жутко ругаться привидение сожженной куклы. А оно повелителю надо? Уничтожить же деревянного Пиноккиода другим способом тоже не резон: навлечешь на себя какое-нибудь из многочисленных эльфийских проклятий. (Уж очень эльфы насчет бережного обращения с древесиной переживают.)

И шимпанзе предложил Микайле после допроса при первой возможности продать Пиноккиоида с душой черного мага Клопоморта в