Нулевой. Том 4. Новые Горизонты - Алекс Бредвик

самый дальний аванпост находится на расстоянии около семидесяти километров от города, — сказал логистик, как я его сам для себя выделил, ибо он во время этого совещания постоянно совершал мелкие манипуляции с картой, по всей видимости отдавая приказы от имени Трибуна мелким подразделениям.

— Именно, — кивнул логистику Трибун, — спасибо за уточнение. Выполнить этот приказ нам бы просто не удалось, о чем я сразу же сообщил, на что мне ответили — выполняй, иначе весь город и база будут уничтожены.

Тут присвистнул даже я. Сейчас Трибун не врал, о переписке я был в курсе, но не обо всех тонкостях он мне ранее поведал. Успел прочитать несколько сообщений от правительства, когда Трибун «назначал» меня в ряды своей армии. Это было еще одно доказательство того, что правительству просто плевать на людей, им важны только они сами.

— А может проще ввести военное положение и сообщить всему населению, что у нас как бы мировой катаклизм и вообще что-то похожее на апокалипсис⁈ — возмутился самый дальний, а потом он резко вскрикнул и упал на колени, судя по звукам.

А затем началась откровенная паника. Следом так упало еще несколько офицеров, по всей видимости в их головах сформировались похожие антиправительственные мысли. Дело начало пахнуть жареным, стоящие вокруг увидели, что произошло с их товарищами и начали просто расходиться во все стороны. Они боялись их как огня. И с каждой секундой таких падающих становилось все больше и больше.

— Добро пожаловать в реальность, — тихо, очень тихо произнес я, подходя к ближайшему из упавших на колени офицеров.

Положив руку на его голову, я сразу начал проводить туже операцию, что и с Трибуном, так же отделил его от системы, но не подчиненный ему личный состав. Кричать он тут же перестал, но глаза при этом сразу же остекленели. Все, что когда-то видел я, в особенности части касающейся правительства, теперь видит он. Пускай смотрит, что может быть, что было и что будет. Пускай шторка, прикрывающую истину, наконец для него падет. А выдержит он или нет — зависит от него.

Двух других я спасать не спешил, делая вид словно продолжаю манипулировать чипом того офицера. Жертв не избежать, но когда эти жертвы из-за того, что чип просто сжигает мозг из-за радикальных мыслей против правительства, то они только во благо. Пускай видят, на что способно правительство, лишь бы прикрыть свою пятую точку.

— Да они сейчас сдохнут! — крикнул кто-то, но я не обратил внимания. Нужно было делать вид, что я помогаю этому человеку избежать той судьбы, которая ожидает остальных.

— Нельзя думать против правительства! — крикнул Трибун, после чего еще несколько человек свалилось на пол, кто на колени, кто на четвереньки, а кто просто упал навзничь. — Иначе вас будет ждать наказание!

— Смерть — это наказание просто за мысли против правительства⁈ — в истерике проорал один из страдающих от «перегрева» мозга офицер. — Тогда какая кара постигнет тех, кто вообще попытается что-то против них сде…

Внезапно его речь оборвалась, глаза моментально залились красным, из носа, ушей и рта тут же потекла кровь. Чип что-то сделал с его кровеносной системой, могу ошибаться. Но этот человек умер, даже не успев договорить. Тело, сидящее на коленках, начало слегка крениться назад, пока сначала не рухнуло на пятую точку, а затем не начало рассыпаться. И даже это меня удивило в какой-то степени.

Буквально превращаясь в песок, этот мертвец шокировал всех остальных. В чипах была заложена невероятная мощь, способная не только помогать и контролировать, но и в одно мгновенье просто уничтожить, превратить в пыль всех неугодных. И ведь мало кто об этом знает.

— И это, — начал громче говорить я, когда удерживаемый моей рукой офицер начал приходить в себя, — будет ждать каждого. Все, кто не повинуются воле правительства — будут убиты. Все, кто будут против правительства что-то задумывать, будут страдать от боли. А если кто-то лишнее увидит… То вот!

На последних словах я подошел к Трибуну и дождался его кивка, после которого сразу приложил руку к его голове и активировал процесс для вообще всех его подчиненных. Сначала все рухнули кто как, так как я начал навеивать им свои воспоминания и Шримфолла. Только после того, как они увидели все, что было нужно, я начал активировать функцию обособления от системы.

— Многие могут погибнуть, — еще раз я напомнил об этом Трибуну, из-за чего тот очень уныло посмотрел на меня.

— Война без жертв не бывает… — сквозь зубы сказал тот, посмотрев на карту города. — Нужно будет распланировать, как именно всю эту информацию преподнести населению хотя бы этого города.

— Это уже потом решим, — уходя в свои мысли, сказал я ему, а потом взглянул на карту. — Главное, процесс начат. Искра прикоснулась к дереву, вызывая будущий пожар.

Глава 22

Прошло примерно минут десять, после того, как все начали видеть одинаковые видения. Все они видели хорошо выверенную историю ученого и подопытного без истории, который стал жертвой режима. Все они видели тысячи и тысячи трупов, про которых никто не вспомнит, большую часть из которых считают сейчас жителями тропического континента. Все они должны были понять, как с ними обошлось правительство и что будет дальше, если их не остановить. Но я им не показывал своего прошлого. Я решил остаться жертвой, а не мистическим бойцом Академии. Мне лишнее внимание не нужно, как и лишние проблемы.

Но все рано или поздно заканчивается. Так и начали заканчиваться первые «ведения» у тех, кто их видел. Первые офицеры начали вставать на ноги, с ужасом смотря на меня, но там было и понимание. Теперь все они знали, что я такое, что я из себя представляю. И через что я прошел. И они понимали, что я — лишь один из многого, что скрывает правительство.

Общий процесс «восстановления», осознания, осмысления всего, что было увидено офицерами занял примерно минут двадцать. Может, по факту, у них в головах все эту будет укладываться дольше, но видения закончились. Не все поднимались на ноги, некоторые все же не выдержали увиденного и рухнули замертво. Остальные же, как и первые, которые уже смирились, смотрели на меня с ужасом и страхом в глазах. Они понимали, на что я способен, что могу сейчас всех их буквально на месте уложить, никого не