Варрэн-Лин: Узы Стаи - Юна Ариманта

Шторос растерянно остановился. По его озадаченной морде было видно, что он здесь впервые и не знает, куда следует идти дальше.

— Двигаемся вдоль стены направо друг за другом, от стены ни на шаг не отходим, — тут же перехватил командование Дайм. — Шторос первый, Тирсвад за ним, Динка, Хоегард, я замыкающий. Вперед!

Варрэны, крадучись, двинулись вдоль стены в указанном направлении. Динка тяжело дышала, радуясь небольшой передышке. Лапы уже едва держали ее, но она упрямо шагала вслед за Шторосом и Тирсвадом. Только бы скорее выбраться отсюда. И тогда, возможно, появится время, чтобы передохнуть.

Они миновали уже половину подземного зала, по Динкиным подсчетам вход, через который они проникли сюда, остался на противоположной стороне озера, но выхода так и не было. И голос Красного Вожака, как и его рык, больше до них не доносился.

Вдруг поверхность воды подземного озера заволновалась. По водной глади побежала сначала легкая рябь, затем переходящая во все более высокие волны. Вода стала плескаться о берег, обдавая брызгами ярко-зеленую светящуюся растительность. Варрэны замерли, прижавшись хвостами к стене и оскалив зубы, готовые встретиться с новой неизвестной опасностью.

«Эта тварь сожрет вас», — вспыхнули в сознании Динки последние долетевшие до них слова Красного Вожака. Кого он имел в виду? И сколько же в этом мире тварей, которые могут сожрать зубастого и клыкастого варрэна, а то и целую стаю? Страх захлестнул ее, шерсть на спине сама собой встала дыбом, а зубы оскалились.

А из огненного озера тем временем поднималось нечто огромное со шкурой, пылающей так ярко, что после темноты пещеры глаза снова заболели. Динка задохнулась от ужаса, эту тварь невозможно одолеть! Она полыхала силой так ярко, что весь Динкин резерв казался каплей в сравнении с силой этого монстра. Бежать! Нужно немедленно бежать отсюда куда глаза глядят!

— Что это такое? — потрясенно прошептал Тирсвад.

Но Дайм только отрицательно покачал головой. Он тоже видел такое чудовище впервые. Варрэны настороженно вглядывались в медленно выползающее из озера мерзкое тело, ища уязвимые места. Динке тварь показалась похожей на крота, которые временами подрывали огород у Ливея и Агнесс. Вот только, в отличие от известного ей крота, который по размерам редко бывал больше крысы и помещался на ладони, этот был раза в три крупнее Дайма.

Вытянутое тело, покрытое гладкой жесткой шерстью, по которой стекали язычки пламени. Мощные передние лапы, каждая из которых была размером с саму Динку, заканчивались длинными и острыми когтями. А на вытянутой морде глаз видно не было, а вместо носа было круглое розовое отверстие с трепещущими краями, окруженное длинными розовыми же щупальцами, каждое из которых шевелилось и изгибалось под немыслимыми углами и было густо усеяно острыми шипами. На каждом из которых поблескивала в неровном освещении пещеры маленькая капелька, очень похожая на ядовитый секрет. Задняя часть туловища чудовища была скрыта под водой, и оценить степень ее опасности не представлялось возможным.

Варрэны замерли у стены, рассматривая вынырнувшего из водоема противника и ожидая его дальнейших действий. Динка забилась между Даймом и Тирсвадом и тоже смотрела на неотвратимо поднимающуюся из огненной воды тушу. Насколько же неуязвима эта тварь, что живет прямо в кипящем силой источнике! Сердце бешено колотилось, а во рту все пересохло от ужаса. Им не выжить! Это чудовище сожрет их.

— Динка, держись у стены. Что бы не случилось, не приближайся к твари, — начал раздавать указания Дайм, не сводя глаз с выбирающегося на сушу чудовища.

— Тирсвад заходит справа, Шторос слева, я попробую добраться до брюха, Хоегард прикрывает меня сверху и со спины, — четко и собрано проинструктировал стаю Дайм. — Опасайтесь щупальцев, возможно, они отравлены. Уязвимые места — основание щупалец, подмышки, брюхо, и вон там сбоку на башке под шерстью есть отверстия — предположительно уши.

— Ясно! Да! Понял! — варрэны без малейших колебаний приготовились вступить в бой с неизвестным ранее монстром.

— Нет, не уходите! — пискнула Динка. — В этой твари силы больше, чем у меня! Она спалит вас!

— Да, он черпает силу напрямую из воды и может выпускать ее вокруг себя, — согласился с ее словами Дайм. — Всем быть начеку, в случае выброса силы — собраться в построение пять углов вокруг Динки. Динка старайся не сходить с места. Мы будем отвлекать его от тебя.

— Надо найти выход отсюда, — прошептала Динка, глядя, как чудовище выбирается полностью на сушу и поворачивается в их сторону.

— Нет, сойдешь с места только, если тварь доберется до тебя, — отрезал Дайм.

Варрэны сбросили узлы с пожитками к ногам Динки и бесстрашно шагнули навстречу жуткой твари.

Монстр, похоже, был слепой. Глаз у него не было ни на морде, ни в каком-либо другом месте. Зато он прекрасно ориентировался на слух и на запах, мотая тяжелой башкой то в одну сторону, то в другую на каждый осторожный шаг обступающих его варрэнов. Динка ни жива ни мертва от страха прижалась к задом к стене, не замечая ожогов от капель «воды», стекающих по влажному камню.

Вот по кивку Дайма Тирсвад оттолкнулся задними лапами и прыгнул на «крота», намереваясь вскочить ему на холку и оттуда добраться до ушных отверстий. Но едва коснувшись шерсти чудовища лапами, он с визгом скатился обратно. Лапы его полыхнули, соприкоснувшись с монстром, и на них до щиколоток обгорела шерсть, оставив красную обожженную кожу.

«Крот» резво развернулся и попытался достать незадачливого варрэна щупальцами, и в это время с трех сторон на него прыгнули Шторос, Дайм и Хоегард. Шторос пытался добраться до второго ушного отверстия, Хоегард сверху метил в основание щупальцев, пока они шарили по каменному полу в поисках откатившегося к стене Тирсвада, Дайм поднырнул под занесенную для удара лапу и попытался вцепиться зубами в горло твари. Но все трое, не достигнув цели снова отпрянули.

Шторос опалил лапу всплеском силы, Хоегард умудрился куснуть в розовую плоть, откуда росли щупальцы, но тут же получил по морде основанием щупальца и в его нос и губы впились, да там и остались, острые шипы. Дайм, приземлившись между лапами твари, тут же оттолкнулся от земли и взмыл в воздух, извернувшись в немыслимом прыжке. На то место, куда он только что приземлился, с размаха опустилось гибкое, словно плеть, и смертоносное, словно жало, щупальце, оставив в каменном полу своими шипами