Украина, которой не было. Мифология украинской идеологии - Андрей Ваджра

Почему Квитка‑Основьяненко в подвалах не сидел, на цепях не висел, занимал высокие административные должности и даже являлся предводителем дворянства? Почему он не закончил свою жизнь на каторге? Почему кровавый царизм позволил ему издавать свои книги на малорусском наречии? А Котляревский? Как ему удалось спокойно написать, издать и заслужить признание в российских литературных кругах малороссийскую «Энеиду»? А Тарас Григорьевич — пророк наш, национальный, неувядаемый? Ведь с ним аристократическое общество Петербурга носилось как «дурэнь з пысаною торбою». Подобрали, отмыли, обучили, из холопов выкупили, материально обеспечили, вирши издали, ну разве что в лысину не целовали. Это и есть «литературное угнетение»? А что наш угнетенный? Взял да и «отблагодарил» императрицу своей полупьяной музой за то, что выкупила его из крепостных, выплеснув на нее грязную холопскую рифмованную злобу. За что и был, кстати, наказан ее венценосным супругом. Пострадал, так сказать, «за вильну Украйину». А Кулиш? Разве он не писал и не издавал свои книги? А Нечуй‑Левицкий? А Панас Мирный? Карпенко‑Карый и так далее? А сколько издавалось бездарных графоманов, единственным достижением которых было то, что они писали «украйинською»?

Так где факты, «шановнэ» панство? Кому запрещали заниматься изящной малорусской словесностью, писать поэзию и прозу на этом народном наречии? У кого отобрали рукописи? Кому поломали пальцы? Кого отправляли на каторгу именно за романы, повести, рассказы, стихи, поэмы?

И ведь уже 16 лет живем уверенные в том, что наших бедных «письмэнникив» безжалостно «гнобили». Причем «гнобили» сугубо «москали», так как процесс этот происходил, как «доказали» украинские «ученые», «останні триста з гаком років», а при поляках, очевидно, украинская литература цвела и пахла.

Русофобия?

Не только. Всем этим членкорам дончикам и прочим «науковцям» просто надо как‑то устраивать свою жизнь, зарабатывать на хлеб, и желательно с маслом. Есть политическая конъюнктура, в основу которой положена русофобия, вот они и пишут про разнообразные ужасы литературного и прочего угнетения. Не о развале же нашей системы образования им писать? Не о коррупции же в высшей школе? Поменяется конъюнктура, будут писать о многовековом русско‑украинском братстве. Им все равно, о чем и как писать. Это «малэньки украйинци», как любит говорить наш пан президент, которые просто приспосабливаются к ситуации. Действительно свихнувшихся на русофобии и украинстве фанатиков не так уж и много. А все остальные прекрасно понимают, что в XIX веке была лишь общерусская культура и общерусская литература, в рамках которой, как составная часть, существовал сегмент малорусского литераторства.

Хотя есть еще одна причина, порождающая бесконечные вопли «культурных диячив» об москальском угнетении. Ведь если угнетения не было, то как тогда объяснишь некоторую, э… скажем так, недоразвитость украинской литературы? Как объяснишь ее небольшой объем, сельский примитивизм, провинциализм? Как объяснить тот факт, что малорусы писали и читали на русском языке? Вот и придумывают теперь «колониальную литературу», которую нещадно угнетали. Бред откровенный, но ведь страна уже давно привыкла к этому состоянию.

Явная скудность сугубо украинской, то есть партийной, культуры, представленной в качестве национальной, компенсируется путем «выдергивания» «свидомыми» из монолитного пласта общерусской культуры того времени деятелей малорусского происхождения. Логика примитивна до безобразия. Раз он родился на территории, которая сейчас называется Украина, значит, все то, что было им создано, является «украинским»!

Но любая культура — это прежде всего некий целостный духовно‑психологический ареал. Это завершенная, в определенном смысле даже самодостаточная, самобытная интеллектуальная и духовная среда, обладающая оригинальным стилем, в которой могут творить люди разные не только по своему этническому, но даже расовому происхождению. Ни одна мировая культура не была создана в однородно‑стерильных этнических рамках. Не кровь определяет культуру, а особые, неповторимые духовные и интеллектуальные условия жизнедеятельности людей. И в этом смысле чистейшей глупостью и невежеством является желание наших «свидомых» собрать механическим способом, из разных культурных ареалов, по признаку происхождения неких деятелей культуры в некий список фамилий и объявить этот список «украйинською культурою». СПИСОК ФАМИЛИЙ НЕ МОЖЕТ СТАТЬ КУЛЬТУРОЙ. Подобные фокусы рассчитаны на неграмотных дебилов. И совершаются, типа из патриотических соображений, такими же дебилами. Вот в чем одна из главных проблем украинства.

С другой стороны, именно проклинаемая у нас «свидомыми» и оранжоидами Российская империя создала необходимые условия для возникновения духовно‑интеллектуальной среды, в которой родилась оригинальная, общерусская культура высокого стиля, в которой в одинаковой степени мог реализовать свой внутренний потенциал русский, татарин, немец, еврей, поляк, да кто угодно! Именно удивительное, парадоксальное, порой необъяснимое совмещение в себе национального и универсального подняло общерусскую культуру на мировой уровень.

Поэтому даже если принять идею фикс «свидомых» относительного того, что малорусы — это не ветвь русского народа, а нерусские «украинцы», то все равно представителями «украинской культуры» они не станут. Это обусловлено тем, что как элита, так и простой народ Западной Руси того времени, духовно и интеллектуально сплавленные общей исторической судьбой с великорусами и белорусами, были носителями единой общерусской культуры.

Реальной альтернативой, но только для дворянства Российской империи, была лишь европейская культура, чье влияние было бесспорным.

Как вы понимаете, для «вэлыкойи украинськойи культуры», о которой все мозги «просвистели» украинским гражданам «свидоми», на территории Западной Руси места совершенно не оставалось. Не было ей места и в австрийской онемеченной и ополяченной Галиции. Русская элита Червонной Руси была ассимилирована поляками. Там безраздельно господствовал польский язык и культура. Остатки русскости тлели лишь по селам, в среде забитых русских холопов и фрагментарно в среде греко‑католического духовенства. Именно их представители, кстати, в первой половине XIX века подняли знамя русского национального возрождения — епископ Иоанн Снегурский и так называемая «Русская троица», состоявшая из Маркиана Шашкевича, Якова Головацкого и Ивана Вагилевича (которых «свидоми» сообразили в 1893 году записать в ряды «украйинськых» деятелей).

Как вы понимаете, говорить о существовании тогда в Червонной Руси некой «украйинськойи культуры» могут только отупевшие от пропаганды фанатики «украйинства». Галиция до начала XX века была сугубо польско‑австрийской.

Таким образом, что получается? С одной стороны — Малая Русь, с ее общерусской культурой, а с другой стороны — Галиция, с ее польско‑австрийской культурой. А где же могла себе найти место «древняя украинская культура»? Ну, если только в рядах небольшой политической секты украинствующих, возникшей не ранее второй половины XIX века.

В том‑то и дело, что для существования т. н. «украинской культуры» не было никаких условий, не было необходимого исторического, интеллектуального и духовного грунта, на котором она могла возникнуть. Был только узкий слой малорусской и галицийской полуграмотной сельской интеллигенции, свихнувшейся до состояния буйного и агрессивного фанатизма на идеях украинского сепаратизма. Но их т. н. «культура» была лишь элементом политической идеологии и пропаганды.

Украинствующие очень любят рассуждать об этнографических и психологических отличиях между великорусами и малорусами («украинцами»), как будто этих различий нет у немцев, французов, итальянцев, британцев и других народов мира. Но можно ли малорусские этнографические артефакты и народный фольклор рассматривать в качестве «вэлыкойи культуры свитового масштабу»? Конечно же — можно! Но только если ты являешься членом политической секты «украинствующих», фанатично поклоняющихся идолу «украйинськойи национальнойи идєйи». Они даже в теплых испарениях коровьего навоза на собственном огороде способны с наслаждением учуять запах «вэлыкойи культуры свитового масштабу». Из принципиальных, так сказать, соображений.

Ну, хорошо, а что было потом? В следующем, XX веке?

Хм… Бунт села в области литературы. Бессмысленный и беспощадный.

Что вы имеете в виду?

Давайте об этом поговорим в следующей нашей беседе, которую и посвятим XX веку.

Хорошо. Тогда до следующей встречи.

18.03.2008

Беседа шестая. Что такое «украинская культура»