Завещание с того света - Татьяна Гармаш-Роффе

– Мы?!

– Вы.

– Мы… с папой?.. – пролепетала вконец растерявшаяся девушка.

А детектив рассердился теперь на себя. Ну вот какого черта сболтнул, а? Хотел Машу успокоить, а вышло все как-то наперекосяк. С другой стороны, раз уж Игорь начал, теперь стоило идти до конца, чтобы убедиться в правильности своей гипотезы.

– Откуда вы узнали? Как?!

– Маша, Машенька. Ты обратилась к частному сыщику. Сыщику, слышишь? Это нормально, что я догадался. Иначе я был бы плохим детективом. Но из этого не следует, что догадаются другие! Вас ищет какой-то дилетант… Он опасен, да, но не умен. И не ловок… Пожалуйста, успокойся. И ты, и твой папа, – вы оба сейчас в безопасности, поверь. Хорошо?

– Хорошо…

– Скажи-ка, папа рядом? Я могу с ним поговорить?

Маша не ответила, но и не отключилась. Пауза тянулась пару минут, Алексей ждал. Раз трубку не отключила, значит, совещаются.

Наконец телефон ожил.

– Сейчас за вами придут, – раздался Машин голосок. – Вы вправду прямо возле моего «Купера»?

– Да.

– Ждите.

И она отключилась.

Спустя несколько минут до них донесся легкий треск веток. Алексей прошел назад – туда, где, по памяти, в заборе имелся лаз. И точно, вскоре из него показалась голова Олега. Кис протянул руку, помогая ему выбраться из сплетения веток. Священник распрямился, отряхнулся.

– Пойдемте, – произнес он и, сделав приглашающий жест, приготовился нырнуть обратно в лаз. – Я отведу ветки, чтобы вам сподручнее было пробраться…

– Погоди, юноша, – преградил ему рукой путь детектив. – Неужто более цивилизованного пути в подземелье не существует?

– Существует, – усмехнулся Олег. – А вы молодцы, вычислили… Но если пробираться цивилизованно, как вы выразились, то придется пройти через ворота. И далее можно спуститься в подземелье через дом или через мою часовню. Был еще ход через погреб за оранжереей, но теперь им никто не пользуется, погребом, и дверь в него заколочена. Так вот, если мы войдем в ворота, нас увидит как минимум Федор, через камеры. Да и кто-нибудь из домашних непременно встретится. А потом мы вдруг исчезнем, чем озадачим всех. Стоит ли?

Алексей вздохнул печально: делать нечего, придется ползти.

Неожиданно Игорь встал на пути у Олега, который уже повернулся к кустам, готовый проделать обратный путь через лаз.

– Постойте… Постойте все, ты тоже, Кис! А зачем нам встречаться с Донниковым? Он ничего не знает, он ничего не понял. Маша тоже, что простительно. Если только они не в сговоре с отцом с самого начала, конечно…

– Христос с вами, какие циничные мысли! – искренне удивился Олег. – Даже думать забудьте.

– В таком случае что они могут нам ценного сказать?

– У меня есть к ним вопросы, Игорь, – сухо проговорил Кис.

– Почему бы не задать их по телефону?

– Ты кого не хочешь видеть, юноша? Евгения Дмитриевича? Или Машу, а? – поддел он ассистента.

С Игорем что-то творилось, какая-то сумятица чувств – но Алексей не желал разбираться в нюансах его настроения. По крайней мере, сейчас. Ему и без Игоря хватало загадок и головоломок.

– Лично тебе необязательно туда идти, – холодно произнес он. – У тебя есть другой вариант на этот вечер: садись в мой джип и заведи его обратно на участок. А потом можешь посмотреть телевизор, к примеру. Или кино через Интернет. По-моему, уже вышли новые серии «Теории большого взрыва», который ты обожаешь. Шелдону привет, бугагашенька. Олег, – отвернулся от ассистента детектив, – полезли, я за вами.

Игорь остался по ту сторону. Он и сам не понимал, что на него нашло. Будто он ревновал Машу к ее отцу – но такого не может быть, поскольку полный бред. И все же он ясно чувствовал: любящий папаша внезапно воскрес, и Маша снова ощущает себя под защитой… И больше не повторится та ночь, когда Маша заснула, доверчиво положив свою золотистую головку Игорю на колени и приобняв его ноги… Это случилось не потому, что ей было хорошо с ним, – а потому, что ей было плохо без папы, она горевала, она его оплакивала и нуждалась в утешении… Но папа вновь рядом, и Игорь ей больше не понадобится.

Все тут нормально и понятно – только непонятно, что делать с этой нежностью, расплескавшейся в его сердце. Как перекрыть кран, как заткнуть брешь, пока его с головой не затопило?!

Криска-Криска, подумал он с тоской, что же ты со мной делаешь? С собой, с нами? Ты отстранилась от меня – неважно почему, комплексы тому причиной или гранты, – и ты пробила брешь в моей душе. Теперь она, как дыра в стене, в которую может легко залететь ветер других чувств…

Ладно, хорош жаловаться, сказал Игорь себе. Вдохнул-выдохнул несколько раз поглубже, чтобы ослабить узел, завязавшийся внутри. Затем вернулся к джипу шефа и вскочил на его высокую ступеньку: поехали, дружок, поставим тебя в стойло.

Детектив со священником пробрались на участок и направились к часовне, старательно обходя все постройки, чтобы не столкнуться ни с кем из садовников.

– Как вы догадались? – спросил Олег.

– Сначала понял, что академик жив. А затем сообразил, где прячется от всех.

– А поподробней нельзя?

– Можно. Но это долго. Скажите, Олег, вы с самого начала знали все?

– Да.

– И о покушениях, и о плане, который Евгений Дмитриевич разработал вместе с Бицаевым?

– Сначала со мной. Это я подал ему идею уехать в Адыгею и там, подальше от любопытных глаз, инсценировать несчастный случай. А затем они с Аланом доработали детали.

– В вас умер автор детективов.

– Ну почему же умер. Он вполне жив. И даже публикует книжки.

– Не может быть! – Кис от неожиданности остановился. – И под какой же фамилией – или псевдонимом – они выходят?

– Этого я вам сказать не могу, секрет. Иначе мне придется делать выбор между карьерой… стезей писателя и стезей священника.

– Хм. Вы и вправду писатель. Цену слову знаете. Вовремя заменили «карьеру» на «стезю», – усмехнулся Алексей.

– Не только писатели знают цену слову. Еще и демагоги всех сортов. Они тоже ловко заменяют одни слова другими, маскируя смысл.

– Вы интересный собеседник. Я в вашем возрасте этого еще не понимал.

– Благодарю. У вас эпоха была другая. Вам морочили головы только по одной, партийной, линии, а нынче – со всех сторон. Реклама пытается вас обдурить, коммерсант, депутат, ЖКХ… Недостающее легко вписать.

– И снова верно. О подземелье домашние знают?

– Нет.

– А Васильич?

– Не более чем остальные. Он имеет в своем распоряжении шампиньонный зал, остальное ему неведомо.

– Вход в него ведет из дома, вы сказали. И никто за все эти годы не обнаружил потайную дверь?

– Я здесь не так давно – с тех пор как Евгений Дмитриевич женился на Лене. Не представляю, как тут раньше было… Но Евгений Дмитриевич считает, что «его женщины» заняты своими делами и устройством дома не интересуются. А вход в подземелье хорошо замаскирован, даже мне не известно, где он. Маша, в силу ее неуемной любознательности, давно выяснила, что под землей находится царство шампиньонов… Но не более того. Мы пришли.

И в самом деле, они уже стояли перед часовней. Олег достал ключ – весьма затейливый, с дырочками и пупырышками на бороздке – и вставил его в замочную скважину. Поворачивать ключ не пришлось: что-то сразу зажужжало, потом пропищало, и дверь растворилась сама.

Они вошли. Олег первым делом запер за собой дверь, зажег свет в часовне и направился к алтарю. Детектив за ним. Обойдя алтарь сбоку, священник отпер еще одну дверь – на этот раз вполне обычную обычным же ключом, – и они оказались в небольшой комнатенке. Узкая кушетка справа, небольшой письменный стол у задернутого непрозрачной занавеской окошка – на нем стопки книг и довольно старый компьютер. Вся левая стена утыкана крючками, на которых висела разного рода одежда. Куртки с джинсами соседствовали с рясами и какими-то парчовыми облачениями, Алексей не знал их названия. Пол покрыт ковриком из пестрых лоскутов – наверняка подарок какой-нибудь местной рукодельницы.

Олег отодвинул письменный стол, откинул лоскутный коврик и взялся за кольцо, вделанное в пол.

– Готовы?

Кис кивнул.

Темный люк пахнул на них сыростью. Олег спустился на несколько ступенек вниз, что-то нашарил на стене – и внизу загорелся мягкий свет.

– Ну вот, теперь идите за мной.

Ступенек оказалось довольно много, Алексей прикинул, что спустились они метра на три, а то и больше.

– По словам Евгения Дмитриевича, – негромко рассказывал отец Нил, – он в эпоху строительства подземелья опасался, что корни садовых деревьев проникнут до укрытия и разрушат крышу. Позже он нанял Васильича и узнал, что плодовые деревья не имеют глубоких корней. К тому же основной подземный зал – тот, где теперь шампиньоны растут, – находится под огородом. А репки-морковки уж точно не дотянутся до убежища, – улыбнулся Олег. – Так что Евгений Дмитриевич немного перестарался с глубиной закладки, как выяснилось… Шампиньонная теперь отрезана от остальной части подземелья, все ходы-выходы из него замурованы, кроме того, которым пользуется Васильич. Он и не догадывается, что за стенкой существуют жилые помещения…