Нумерос 78 - Raavasta

— Э, Айзен-сама, как бы вам сказать, — замялся Гин. — Дело в том, что Канаме-кун, конечно, человек исполнительный, но, думаю, ему будет трудновато рубить голову самому себе.

— Как? — Айзен все-таки соизволил обратить свой лик в сторону Ичимару. — Ты хочешь сказать, что один из сражающихся…

Не договаривая, будущий бог просто закрыл лицо ладонью и тяжело вздохнул.

— Да что же это происходит?

— Ну, ничего такого, Айзен-сама. Просто решили они на пару с Гримм-куном пар спустить, погоняют друг друга и успокоятся…

— Я не об этом, Гин, совсем не об этом…

— Во-о-о-от!

Стоя на стуле в окружении разных фраксьонов, прочих нумеросов и душ-плюс, Нацу с назидательным видом воздел к потолку руку с оттопыренным указательным пальцем. Собралась вся честная компания, состоявшая из оратора и двух десятков слушателей, в довольно обширном зале, в обычное время простаивавшем без дела.

— А еще был я там в таком месте, — продолжил 78-ой, — кабак называется!

— Чё такое кабак, мы знаем, — послышалось из толпы.

— А бывал кто? — тут же прищурился Нацу.

Ответа не последовало, и арранкар победно улыбнулся.

— Во-о-о-от! А я бывал. Прикольно вообще так, хотя можно и получше было все устроить. И когда был я там, посетила меня одна мысля. Чего это у нас на весь Лас Ночес ни одного кабака, ночного клуба или захудалой шашлычной даже нету?

Толпившиеся вокруг пустые, напряженно задумались.

— Так это же, — подал голос Рэдда. — Нам ведь после арранкаризации есть больше не надо. Даже себе подобных…

— Точно. А ведь верно. Не надо, — поддержали фраксьона Сегунды отдельные выкрики.

На Нацу аргумент тоже произвел некоторое впечатление. Почесав подбородок, нумерос некоторое время попялился в потолок, раскачиваясь с пяток на носки, а потом вдруг резко хлопнул себя по лбу.

— Ха! Пацаны! Но ведь «не надо» и «нельзя» — это не одно и то же!

— И это верно! Правильно! Даешь, условия для нормального отдыха!

— Во-во! — кивнул в ответ на последний выкрик Нацу. — Я к этому и клоню. А то знаете, как после цивилизованных мест грустно на наш Лас Ночес смотреть? Будто троглодиты какие живем! Неандертальцы пещерные! На всю крепость семь телеящиков, два видика, колонки мои, самогонный аппарат у Заэля и одна приставка игровая! Кому расскажешь, засмеют! Не штаб-квартира Империи Зла, а сельский цирк на гастролях в Монголии!

— Хорошо хоть клоунов к нам уже завезли с явным переизбытком, — со стороны входа в зал послышался звонкий женский голос, разом заставивший смокнуть галдящих пустых.

Толпа вместе со своим лохматым лидером, возвышавшимся над остальными на целых полпяди, синхронно обернулась. Фраксьоны Тресеры Эспада, возглавляемые недовольной Апачи, прошли под массивной каменной аркой и замерли перед благодарными зрителями. В повисшей тишине отчетливо было слышно, как 78-ой громко сглотнул.

— Апачи-чан, — выдавил смущенную улыбку Нацу, — э-э-э… Привет?

— Привет-привет, — кивнула арранкарка, сверля блондина взглядом разноцветных глаз.

А все пустые, находившиеся на тот момент в комнате, одновременно ощутили странное желание оказаться поближе к стенам и подальше от фраксьона Улькиорры. Сплоченные ряды митингующих начали быстро рассасываться, оставляя нумероса на стуле в гордом одиночестве перед встречей с неизбежным.

— Говорят, ты уже четвертый день, как вернулся, и все не заходишь, — угрожающим тоном продолжила Апачи допрос (на беседу это уже никак не тянуло). — Даже странно как-то…

— Так, Апачи-чан, мне тебя и подруг беспокоить лишний раз не хотелось, — синие глаза Нацу буквально светлились от искренности. — Опять же, я без специального приглашения больше в покои Тиа-сама соваться боюсь. Кроме того, не четыре дня, а всего лишь два. Задержаться пришлось из-за непредвиденных обстоятельств, — заметив, что арранкарка собирается что-то сказать, нумерос нервно облизнул губы и тут же сыграл на опережение. — Я, кстати, тебе подарок привез! Вот!

Рука Нацу ухватила за шиворот самого нерасторопного из двойников капитана Хицугаи и оторвала его от пола.

— Смотри, какая няка, Апачи-чан!

Судя по встревоженному выражению лица лже-Тоширо, идея оказаться подарком для этой пугающей его пустой, духу-плюс совсем-совсем не улыбалась. Но открыто озвучить свое мнение вслух бедняга так и не решился.

— Что, правда, мне? — к удивлению окружающих настрой Апачи изменился буквально на глазах, потеряв всю былую агрессию. — А ведь миленький, скажите, девочки?

Мила-Роза на подобный вопрос лишь саркастически усмехнулась. А вот Сун-Сун, спрятав змеиную улыбку за рукавом платья, с намеком протянула:

— Нам ведь потом тоже дашь поиграться, а?

На несчастного псевдо-Хицугаю стало больно смотреть, зато Нацу явно успокоился и, вдохновленный достигнутым успехом, тут же неосмотрительно брякнул:

— Рад, что тебе понравилось, Апачи-чан. Надеюсь, этот скромный презент хоть немного сгладит мое совершенно непростительно поведение, и особенно эту забавную ситуацию с моей недавней свадьбой…

— ЧТО?!!

Вспышка раскрывающегося ресурексиона заставила всех пустых еще сильнее прильнуть к стенам. Пальцы 78-ого сами собой невольно разжались, и, шмякнувшийся на пол дух-плюс, наконец-таки обрел свободу, после чего тут же поспешил ею воспользоваться, покинув на четвереньках опасную зону.

— НАЦУ! ТЫ! ПОСМЕЛ! ЖЕНИТЬСЯ?!

— Ну да, те непредвиденные обстоятельства, которые я только что упоминал… Апачи-чан, это не то, что ты думаешь! — замахал руками блондин.

— Я уже говорила о странности ее реакций с учетом постоянных заявлений, что между ними ничего нет? — уточнила шепотом Мила-Роза за спиной у разъяренной арранкарки, хитро улыбаясь и склонившись к Сун-Сун.

Змейка кивнула в ответ с той же улыбкой во взгляде.

— Это был сугубо договорной брак! И ничего более! Чистый расчет! Формальность! Мне просто нужно было легализоваться во вражеском тылу и состряпать подходящую легенду! Там даже флирт был такой обезжиренный, в смысле легкий, — на секунду Нацу запнулся, присматриваюсь к изменившемуся облику Апачи, находившейся уже на грани. — И это… Рога тебе точно наставил не я. Я бы запомнил…

Луч серо пронесся всего в миллиметре от головы арранкара, разнеся на куски половину стены у него за спиной.

— Ой…

— Беги, Нацу-кун, — послышалась сбоку подсказка от кого-то из свиты Гриммджоу.

И нумерос, не дожидаясь повторных указаний, метнулся прочь со стула к той самой сквозной дыре, через которую теперь было видно небо и белый песок. То, что они на шестом этаже, Нацу ничуть не смутило. Увернувшись от второго серо, пущенного ему вдогонку, пустой с победным криком «Джерронимо!» нырнул в пролом. Фраксьон Трес Эспады, оскорбленная в лучших чувствах, бросилась в погоню за ним, не задумываясь. Оставшиеся в зале арранкары, наконец-то, смогли позволить себе громко выдохнуть.

Дверь в покои Сегунды оказалась отворена нараспашку. Обойдясь вместо стука коротким высвобождением части своей истинной реяцу, Айзен степенно прошествовал внутрь. Барагган сидел в дальнем углу за массивным столом, никак не отреагировав на появление Соске. Бывший король Уэко Мундо даже и на секунду не оторвался от экрана ноутбука, раскрытого перед ним, чтобы удостоить своего повелителя хотя бы взглядом.

Три проектора, расставленных в центре комнаты, отбрасывали на дальнюю стену изображения, в которых Айзен с удивлением узнал прямые трансляции трех ведущих телевизионных бизнес-каналов мира живых. Подтянутые ведущие, сообщавшие новости и беседовавшие с пожилыми экспертами, то и дело сменялись красочными графиками, а бегущие строки передавали самую последнюю информацию о курсах валют и перепадах на фондовых биржах.

— Йена еще на пункт упала к юаню, — с механической безразличностью сообщил голос из-за тумбы, на котором стояли проекторы.

Не без любопытства заглянув за край, Айзен обнаружил там Шаулонга. Фраксьон Сексты был вооружен большим электронным планшетом и стило. Самым занятным, было то, что ни одного собственного фраксьона Бараггана поблизости не наблюдалось.

— Еще уйдет на два пункта, и аккуратно начинаем продавать акции «БритишПетролиум», — отозвался между тем Сегунда. — Что там с «НорНикелем»?

— Растем, — делая себе какую-то пометку, ответил Шаулонг.

Айзен негромко кашлянул в кулак. Реакции не последовало. Подойдя к столу Бараггана, Соске заглянул в экран ноутбука. На черном экране бежали зеленые строчки какой-то закрытой конференции.

— Чем обязан, Айзен-сама? — только теперь снизошел своим вниманием старик-пустой, параллельно набирая ответ на клавиатуре.

— Я хотел поговорить с тобой насчет нашего последнего договора, — шепотом напомнил Айзен, чувствуя странную неловкость. — Насчет Нацу… Он ведь вернулся…