Третий муж (СИ) - Лазарева Элеонора

— А чем занимается твой Сергей? — спросила она и я зависла.

— А, действительно, — подумала я, — чем он занимается? Как-то не дошло время даже спросить и вообще мы толком и не общались.

— Не знаю, — пожала я плечами.

— Поинтересуйся. Не гоже бросать своего друга, тем более старинного приятеля, как ты говоришь.

— Ты, права, — сконфузилась я, — обязательно переговорю.

— А он и правда, всё также в тебя влюблен? — вновь перевела она разговор на Сергея.

— Не знаю, — хмыкнула я и покачала головой, — так говорит. А что на самом деле, то только ему известно.

Вечером, после ужина, я смотрела с дочкой мультики, когда мать подала мне мой телефон.

— Тебя, — сказала она и подала гаджет, забытый на кухонном столе.

Я взяла и увидела незнакомый номер.

— Да, слушаю.

Пауза.

— Алло, — прислушалась я и удивленно посмотрела на дисплей с неизвестным набором чисел.

— Алло, — повысила я голос, — говорите.

— Лиза, — услышала я чуть хрипловатый мужской голос, — это я, Сергей. Здравствуй. Прости, что звоню. Может быть я не вовремя?

— Здравствуй, — озадачилась я, — нет, ничего. Слушаю тебя.

Он вновь замолчал.

— Не могли бы мы встретиться? — услышала я его немного взволнованный голос.

— Давай, — откликнулась я, — Где?

— Если можешь, то выйди. Я у ворот в машине.

— Хорошо, — сказала я и услышала гудки отключения трубки.

Посмотрела на потухший экран, хмыкнула и пошла одеваться.

— Мама, ты куда? — подскочила Катюша, — А мультики?

— Ты сама досмотри, а я скоро, — сказала, уже переодевшись.

— Ты куда это? — спросила мама, выглянув из кухни.

— Позвонил Сергей и попросил поговорить, — сказала я, надевая плащ, — Он здесь, в машине.

— А почему не заходит? — удивилась она, — Пригласи в дом.

— Потом, мама, ладно? — ответила я, уже открывая входную дверь.

Она посмотрела на меня внимательно и кивнула согласившись.

Я выскочила на крыльцо и увидела за воротами темную машину. Около нее высилась мужская фигура. Он стоял и курил. Видно было огонек сигареты и при очередной затяжке, слегка освещалось лицо с извилистым шрамом у губы. Увидев меня, он выбросил окурок и выпрямился. Я подошла ближе.

— Здравствуй, — сказала я, — что будем делать?

— Садись в машину, — открыл он мне дверцу и подсадил под локоть, — там теплее.

Я села в кресло и огляделась. Это была его «Лада», та же машина, в которой он десять лет назад соревновался со мной в скорости и управлении. Вздохнув, повернулась к нему боком.

— Поговорим? — спросила его и взглянула на шрам на его лице.

Он уже не вызывал во мне удивления и только легкая жалость или скорее досада, толкалась в моем сердце. Я помнила его красивое лицо, которое вызывало во многих девичьих сердцах томление и надежду на внимание первого парня в школе. Сейчас он изменился, но в лучшую сторону, несмотря на шрам. В его лице появилась строгость: черты заострились, глаза внимательно и четко смотрели на собеседника. И весь он как-то подобрался, будто перед опасным действом. Видимо ему постоянно приходилось принимать неоднозначные решения, и эта привычка сохранилась и в мирном времени. Сейчас он смотрел на меня молча, будто пытался понять, что я собой представляю. Я даже слегка поежилась под его взглядом.

— Слушаю тебя, — повторила я.

Тот слегка отвернулся, потом глубоко вздохнул.

— Я сейчас тебе скажу, а ты, пожалуйста, не отвечай сразу. И не перебивай меня. Ладно?

— Ладно, — утвердительно кивнула ему и поерзав в кресле, устроившись, откинулась на спинку.

Он молчал, опустив глаза, видимо собирался с духом.

— Когда ты уехала поступать в Екатеринбург, я долго не мог прийти в себя. Я понимал, что ты поехала за своей мечтой, что хочешь и должна ее получить, но очень-очень скучал и горевал. Потом была армия, и я узнал, что ты выходишь замуж.

Тут он остановился и вздохнул.

— Я был растерян и раздавлен. И тогда же решил, что уже нет у меня цели ради чего жить. Поэтому и ушел в армию насовсем. Много чего пришлось пережить, многое потерять, но свою любовь к тебе я нес в своем сердце.

Тут он пристально посмотрел в мое лицо. Я молчала, слегка ошарашенная. Тяжело вздохнув, он продолжил.

— Потом мать мне написала о твоем горе с мужем и я решился приехать и утешить тебя, но в это время меня отослали в новую командировку и я потерял тебя на целых два года. За это время ты успела улететь на край земли и уже второй раз выйти замуж.

Он вновь замолчал.

— А знаешь, — вдруг улыбнулся он и полез в карман, — эту фотографию я пронес через все годы. Помнишь? Мы здесь после выпускного. Еще ты в первый раз пила шампанское.

Он протянул мне затертый черно-белый снимок. Фото было с полосой в середине, видимо складывалось пополам, и одни угол в темном цвете.

— Кровь, что ли? — мелькнула жуткая мысль и сердце сжалось.

Я смотрела на себя семнадцатилетнюю и слезы вдруг закапали из глаз. На том фото в белом платье я сидела на капоте этой же машины и держала за горлышко бутылку. На лице была шальная улыбка, а вторая рука поднята вверх, в приветствии самого фотографа, которым и был Сергей.

— Как молоды мы были и как беспечны, — сказала я, утирая пальцами слезы.

— Ты и сейчас молодая, Лиза, — ответил Сергей и подал мне салфетку, — и очень красивая.

Я с удивлением посмотрела на него и кивнула, улыбаясь сквозь слезы.

— Ага, ну ты скажешь. Столько лет прошло. Уже пенсия на горизонте.

— Так уж сразу и пенсия, — хмыкнул он, — не смотри на меня. Я-то вышел на пенсию по собственному желанию, хотя меня сватали в Академию.

— И почему же не пошел? — вытерла я слезы и посмотрела на него с удивлением, — Тебе только тридцать. Надо бы дальше учиться. Академия — это хорошая перспектива на будущее.

— Я еще думаю, — задумчиво сказал он и замолчал.

Молчала и я, все еще рассматривая фотографию. Потом вздохнув, подала ему. Он взял и также молча положил в карман.

В машине было тепло и тихо, только слегка шуршал за окнами редкий осенний дождь и стекла запотели изнутри. Я провела по нему ладонью, и тут же Сергей включил дворники. Они замотались, очищая от воды.

— Мне уже надо идти, Сереж, — сказала я, — Прости.

— Нет, — вдруг резко повернулся он ко мне, — подожди, я не сказал главное.

Я замерла, и сердце вдруг забилось так сильно, словно испугалась. Он наклонился ко мне и тихо сказал:

— Я люблю тебя, Лизонька, люблю и прошу выйти за меня замуж.

Потом была пауза.

— Только не говори сразу, подумай.

Я сидела и не знала, что сказать. Я не хотела его обидеть, просто не могла бы это сделать.

— Давай вернемся к этому разговору потом, ладно? — охрипшим голосом сказала я и смутилась.

— Ладно, — как-то сразу повеселев, ответил улыбающийся Сергей, — можно я буду тебе звонить?

— Можно, — кивнула я, — А сейчас я пойду. До свидания.

Он выскочил из машины и, оббежав ее, открыл мне дверцу. Подав руку, помог выйти и, поцеловав пальцы, заглянул в глаза:

— Я люблю тебя, запомни, — сказал он и, притянув к себе, прижал по-мужски крепко.

Я и опомниться не успела, как он тут же выпустил меня из объятий и, кивнув, быстро пошел обратно. Я стояла и смотрела, как он сел, завел мотор, и машина сорвалась с места. В вечернем сумраке только мелькнули красные огни габаритов и скрылись за поворотом. Я поняла, что уже долго стою под дождем и, опомнившись, побежала в дом.

— Сегодня мне будет, о чем поведать подруге, — думала я, раздеваясь в прихожей.

Глава 28

— Говоришь, в Академию приглашали? — удивилась Ника, — А что он?

— Думает, — ответила я, — Но не это главное

Я замялась.

— А что же? — спросила подруга.

— Он меня зовет замуж, — выпалила я и смутилась.

— А ты что же? — подняла она брови.

— А я думаю, — хмыкнула и закусила губу.