Жанры печатных и электронных СМИ - Екатерина Максимовна Пак

иного высказывания. Канцеляризмы представляют собой бессмысленное нагромождение слов, которые, по сути, ничего не выражают. Например: «Время официального визита совпало с отчетным периодом времени…» Напыщенный язык ориентирован на то, чтобы придать заурядному событию важность и значимость. Например, в сельском клубе выступили артисты из областного драматического театра, а интервьюируемый, рассказывая о данном событии, говорит: «Крупнейшие звезды областного театрального искусства показали сельчанам премьеру своего супер-авангардистского спектакля…» К двусмысленным высказываниям нужно отнести и различного рода иноязычные заимствования, обилие которых только затрудняет понимание сути дела.

Морфологические ошибки создают, по мнению С. И. Сметаниной, помехи при восприятии информации. Они связаны с неправильным образованием форм слов, принадлежащих к различным частям речи. Синтаксические ошибки связаны с нарушением норм построения словосочетания, простого или сложного предложения. Невыправленные синтаксические дефекты снижают степень доступности текста и очень часто искажают информацию, нарушают природу описываемого события[198].

Следующая группа языковых ошибок связана с нарушением стилистических норм, которые С. И. Виноградов определяет как «соответствие текста (относящегося к тому или иному жанру, функциональной разновидности, подсистеме литературного языка) сложившемуся в данной культуре и общественно принятому в данный момент стандарту»[199]. Например, в аналитическом интервью употребление экспрессивной лексики и элементов разговорного стиля речи должно быть ограничено. И наоборот: избыток официальной лексики вредит восприятию личностного интервью.

К стилистическим ошибкам относят и речевую недостаточность, которая связана с немотивированным пропуском слов. По мнению С. И. Сметаниной, подобная ошибка может «привести к нарушению грамматической сочетаемости слов и к неясности высказывания». И далее: «Речевая недостаточность возникает на этапе перевода речи из “внутренней” во “внешнюю”. “Внутренняя речь” характеризуется подчеркнутой эллиптичностью. “Для себя”, в уме, мы “проговариваем” фразу, опуская то, что нам хорошо известно, или то, что само собой разумеется, используем свернутые номинации понятий, короткие предложения, редко прибегаем к союзам. Во “внешней речи” – речи для других – все пропущенные фрагменты следует восстановить»[200]. По нашим наблюдениям, речевая недостаточность особенно характерна для устной речи. Ведь в ходе разговора многие понятия и мысли можно выразить на невербальном уровне: жестами, взглядом, многозначительной интонацией и т. д. Порой между партнерами по общению уровень понимания настолько высок, что они понимают друг друга с полуслова. Но в первоначальном тексте интервью такая недосказанность недопустима, так как окончательный текст рассчитан на читателей, которым подобного рода «эллиптичность» будет совершенно непонятна. В данном случае журналист может «домыслить» за своего собеседника, чтобы ликвидировать ошибки подобного рода.

Нарушение коммуникативных норм связано с отходом от языковых, этических и правовых норм. В ситуации, когда происходит дестандартизация языка газеты (термин А. А. Куникеева), особое внимание уделяется анализу этической нормативности речи коммуникантов. В практике СМИ отмечается тенденция активного использования такой ненормативной лексики, как диалектизмы, просторечия, обсценная лексика. На наш взгляд, употребление подобной лексики возможно в интервью только тогда, когда журналисту необходимо дать речевую характеристику своего героя.

Впрочем, неоправданное и необоснованное употребление ненормативной лексики может привести к нарушению норм общения. Правило коммуникативной нормативности, таким образом, предписывает соблюдение общечеловеческих нравственных норм.

Большое значение в редактировании первоначального текста имеет работа журналиста с фактическим материалом, охватывающим, по мнению К. М. Накоряковой, опорные для текста элементы: понятия, передающие смысл, предметные отношения. «Это те понятия, – отмечает данный автор, – которые при правке текста не должны подвергнуться изменениям или выпасть. Связи, отношения между основными понятиями должны быть сохранены». И далее: «Фактический материал реализуется в текстовых конструкциях, которые являются элементами номинации, обозначающими не только события, но и “кусочки действительности” – вещные элементы предметного ряда, свойства, качества, состояния, обозначение лиц, отношений, количества»[201]. Фактический материал, как правило, подвергается проверке. Это может быть сличение фактологических данных с авторитетным источником, официальное подтверждение или внутренняя проверка[202].

Таким образом, процесс редактирования первоначального текста интервью представляет собой не только осмысление речевого материала, но и всестороннюю его обработку с точки зрения его языковой нормативности.

Авторская работа – подготовка и написание текста интервью. Следующий этап работы над текстом интервью условно обозначим творческим, так как именно данная часть текстовой деятельности журналиста сопряжена и с воплощением замысла произведения, и с нахождением смысловых связей между различными текстовыми элементами, и с композиционным построением материала, и с выбором способа изложения, и т. д. Почему условно? Во-первых, считается, что в интервью журналист имеет дело с чужим текстом и его роль сводится лишь к умелой компоновке разнородного речевого материала. Во-вторых, спорным является мнение по поводу авторского влияния на формирование замысла и концепции произведения. В-третьих, открытым остается вопрос: может ли журналист корректировать способ изложения материала? Однозначные ответы на эти вопросы дать нельзя, потому что жанр интервью мы относим к тому типу словесного творчества, в котором партнеры по общению выступают в качестве равноправных соавторов, где один больше проявляет себя на вербальном уровне (в процессе говорения), а другой – на невербальном (в процессе написания). Но в силу того, что именно журналист в конечном итоге занимается окончательным воплощением первоначального текстового материала в полноценное журналистское произведение, от него зависит, какими качествами будет отличаться данное интервью.

К основным критериям качественности и завершенности произведения нужно отнести целостность и связность. За счет чего достигаются эти параметры текста? Как справедливо замечает К. М. Накорякова, «целостность текста как литературного единства не соотносится непосредственно с лингвистическими единицами и имеет психолингвистическую структуру. Она достигается единством замысла и точностью построения текста, целостностью образного осмысления материала, ясностью логического развертывания мысли, стилистическим единством текста. Связность же текста – условие его целостности»[203]. По этому в процессе работы над текстом журналист может вносить сюда различного рода изменения: 1) сокращать (сжимать) текст, устраняя информационную избыточность; 2) менять местами различные смысловые узлы в зависимости от замысла произведения; 3) уточнять и корректировать логику развертывания мысли собеседника; 4) интерпретировать и комментировать слова интервьюируемого; 5) детализировать или расширять отдельные высказывания собеседника и т. д.

Как утверждает Д. Г. Бекасов, «в творческом процессе, пожалуй, наибольшая трудность заключается именно в том, как структурно “организовать” собранный материал в единое целое. Автор при этом сталкивается со множеством фактов, статистических данных, разных мыслей, представляющих собой “строительный материал”. Для того чтобы все это зазвучало, выразило главную мысль автора, служило поставленной им цели, необходимо выработать концепцию, найти разумные пропорции, отобрать нужное, отделить более важное от менее существенного, расставить акценты. Л. Н. Толстой называл это сочетанием “генерализации” и “мелочности” в литературном произведении, подразумевая под генерализацией – обобщение, а под “мелочностью” – конкретные подробности»[204]. Несмотря на то что эти положения Д. Г. Бекасов в большей степени относил к