Тайна эльвернитов (СИ) - Смирнова Ирина "cobras"

— Ладно, хватит болтать, — резюмировала я с улыбкой. — Удар сами попробовали?

— Такое Вилу только под охраной можно делать, — хмыкнул примадонн. — Так что я пугалом подрабатывал, народ разгонял, а он тренировался. Надо будет потом у Эйнри оплату потребовать…

— Просто признайся, что у тебя не получалось! — ехидно подначил Вилайди.

— Да как же! Вот!

Ы-ы-ы, тяжко спокойно смотреть, как здоровенный широкоплечий образец мужественности крутит попой. Незабываемое зрелище. Я зажала рот ладошкой, чтобы не ржать на весь зал. Кстати, удар у него почти получился, но именно почти.

— Молодец, только хвост опять забыл. Но шлепать не буду, ты у нас женатый, — похвалила я. — Вилайди, а теперь ты.

Через полчаса они "били бедром", как заправские гурии в гареме у султана. Хотя о чем я, они и так в гареме…

— Ну, что вам еще показать? Волну?

— Все, что не жалко! — радостно подпрыгнул рыжий маньяк и после этого смущенно покраснел, поглядывая то на меня, то на усмехающегося Рэйни.

— Да, госпожа, чем больше, тем лучше. А будет сильно неприлично попросить вас начинать занятия на полчаса пораньше? — говорят, наглость — второе счастье. Правы философы! Это Вилайди смотрит на нахала смущенно и с немым укором, а сам инициатор ранней побудки заглядывает мне в глаза с преданностью и невинностью дворового Тузика, только что стащившего котлету.

— На полчаса раньше можно, но все равно не успеем. Ладно, покажу что смогу, а дальше, если хотите, я пришлю Айрин диски с обучающими фильмами. Справитесь же?

— Да мы почти всему континентальному по фильмам учимся, — тяжко вздохнул Вилайди. — Еще и адаптировать половину под наши реалии приходится… А вы про сказки помните? — угу, картина: "очередной дворовый Тузик котлету съел и хочет добавки…" — А что за "волна"?

— Рыжий, ты неподражаем! — развеселилась я. Даже настроение поднялось, несмотря на то, что я помнила обо всех своих проблемах. — Знаешь, подождем с волной. Давайте поставим от начала до конца один танец, где задействуем как можно больше незнакомых вам элементов, но не как попало, а в связке. Переходы от одного к другому и сочетания — это самое важное в танце.

Психи воодушевились, засверкали на меня глазами маньяков-убийц, даже, кажется, затряслись от нетерпения. Вот разобрало мальчиков… да ладно, мне не жалко, все равно надо время убить. Я не улечу отсюда без Шади.

— Кстати, маньяки, а руками-то вас по-прежнему нельзя трогать? — вспомнила я через пять минут. — Может, вы разрешения попросите, а то мы так далеко не утанцуем.

— Меня — можно. Эйнри разрешил, — такое впечатление, что Рыжик очень хотел показать приме язык, но сдержался. Потому что выпендрежник как-то погрустнел, нахмурился и с серьезным видом кивнул:

— Спрошу, госпожа.

— Ладно, — вздохнула я, смиряясь с местными заморочками. — Тогда я Вилайди поправляю, а он тебя.

Где-то через полчаса танцев к нам на огонек заглянул Эйнри и привел с собой брюнета… Дэйна, ага, вспомнила. Но на этот раз обошлось без комментариев: оба постояли, полюбовались, поулыбались, пару раз подмигнули… точнее, Эйнри подмигнул Вилайди. И ушли по своим делам, слава Аллаху.

А потом оба танцора внезапно вспомнили о том, что "ужас-ужас, опаздываем же", попрощались и смылись в свой театр. Я же от завлекательного предложения "рассказать по дороге сказку, а потом посмотреть генеральную репетицию" отмазалась. Обещала посетить премьеру.

Ага, нашли дурочку, чтобы я добровольно согласилась на сказочные пытки. Вот вечером прилечу вместе с Айрин. Она не будет требовать от меня подвигов Шахерезады.

А после завтрака прискакал Мийхайсь и, радостно подпрыгивая, стал заманивать меня купаться на их знаменитое озеро, о котором мне только ленивый уши не прожужжал.

Я, на самом деле, предпочла бы поехать с Айрин в город и там подождать новостей, но… меня с собой не звали. Так что пришлось идти на этот местный водоем.

Радостный теленочек, скачущий рядом, думать мне не мешал, и я вдруг вспомнила, как мы ездили купаться с Саяном. На Бируни родители свозили меня всего два раза. Им было трудно так подобрать свой отпуск, чтобы он совпал с моими каникулами, а с бике Аннией меня никто бы не отпустил. Да она меня и не взяла бы.

Так что пляжные радости вдвоем у нас были только в младшей школе один раз, и перед самым поступлением в университет еще разочек — тогда мы, гордые и слегка ошалевшие от самостоятельности, летали на курорт одни. Ну, то есть как одни. С нами полетела тетя Салтанат, но она жила отдельно, общалась с такими же пожилыми бике и сопровождала парочку радостных, как щенята, выпускников только для галочки. Так нам тогда казалось…

Здешнее озеро было совсем не похоже на ослепительно белые пляжи "лучшего курорта галактики", как пишут в рекламе. Желтенький песок, очень чистый пляжик, но вокруг вполне обычная зелень, и трава кое-где пробивается. Озеро небольшое, на противоположный берег можно спокойно добраться без лодки.

— А ты плавать-то умеешь, курносик? — слегка подначила я радостного Мийхайся.

— Шутите, госпожа? Я плавать научился раньше, чем ходить! — фыркнул он, разоблачаясь. Ай, шайтан, мало мне было одного голозадого?! Этот тоже штаны скинул, а под ними ничего, кроме самого паразита!

Но возмутиться я не успела, голопоп только водой плеснул и скрылся с головой. Вынырнул метрах в пяти и радостно зафыркал, как моржонок, которого я видела в зоопарке.

— А вы умеете плавать, госпожа? — это водоплавающее снова сверкнуло контрабандной частью тела, когда поплыло вдоль берега, извиваясь, как пиявка.

— Умею… — буркнула я, сбрасывая шорты и майку и осторожно заходя в воду. Мой любимый красный купальник с некоторых пор стал мал в груди, и пришлось впопыхах хватать нелюбимый — белый. Но хорошо хоть такой взяла…

— Ой, а зачем вы одежду мочить собираетесь? — сама, шешен амы, непосредственность! Гребет к берегу, любопытно ему.

— Затем, что купаться голым неприлично, — чувствую себя старой бике с выводком непослушных внуков.

— Почему? — удивился мальчишка. — У нас все так купаются.

— У вас всех плетками по заднице бьют, а еще всякие инструменты в нее пихают, — мое ехидство в кои-то веки взяло верх над стеснительностью. Стеснительность в панике закрылась лапками и упала в обморок.

— Не всех, а тех, кто плохо себя ведет, — Мийхайсь сначала напрягся, хмуро посматривая на меня искоса, потом чему-то хитро улыбнулся и поинтересовался: — А вы все в одежде делаете? — при этом взял и обрызгал, зараза. После чего отплыл подальше, чтобы с середины озера прокричать: — Вы про игрушки уже несколько раз упоминали, госпожа, наверное, вам просто их показать надо и научить ими пользоваться. А попросить стыдно, да? Хотите — научу?!

Хорошо, что я еще не успела глубоко зайти, иначе в мой открытый от такого заявления рот влилось бы пол-озера.

— Что значит, научу? — мне и купаться расхотелось вдруг. — Эй! Не брызгайся! — голопопый морж опять подплыл и окатил меня водой, после чего кинулся наутек. Со скоростью настоящего водоплавающего.

— Вы хорошая, — вынырнув на середине озера, объявил он. — И я вам нравлюсь… Но я их бы просто вам показал и рассказал, как пользоваться.

— То, что я хорошая, не значит, что я люблю быть мокрая, — пробурчала я, заходя в воду по грудь.

— Ну, вы просто так долго собирались окунуться. Я вам помог! — объявил Мийхайсь, гордо проплывая мимо меня, чисто гусь в пруду. — Давайте теперь вы мне тоже поможете?

Интересно, этот умильный взгляд голодного Тузика они всем гаремом репетировали? И ведь понимаю же, что чистой воды манипуляция, а ведусь!

— Чем тебе помочь, ты и так уже мокрый, — попыталась я отшутиться.

— Не, с этим у меня как бы проблем нет, — мальчишка вынырнул совсем рядом со мной, чтобы заглянуть в глаза. — Просто, вот если бы вы… ну, не то чтобы подружились… ну, так… Давайте, я вас с сестрой и ее подругой познакомлю, а вы меня похвалите и потом скажете, что… как бы… вам понравилось, вот.