Разгром на востоке. Поражение фашистской Германии. 1944-1945 - Юрген Торвальд

В начале апреля Гитлер узнал, что немецкие власти в Северной Италии предпринимали секретные усилия начать мирные переговоры с западными державами. Гитлер приказал генералу СС Вольфу, руководителю СС и полицейских войск в Северной Италии, прибыть в Берлин и сказал ему:

– Нет необходимости бросать оборону теперь. Все, что мы должны сделать, – держаться. На востоке мы можем сдерживать русских в течение еще двух месяцев. Через эти два месяца должен произойти разрыв между русскими и англо-американцами. Я вступлю в союз с любой стороной, которая выйдет на меня первой.

Глава 7

Сражение за Берлин

Незадолго до рассвета 16 апреля двадцать две тысячи русских полевых орудий начали изливать потоки огня на одерский фронт. Деревни, фермы и дома одерской долины обратились в пламя. Их дым затемнял восходящее солнце. Даже вне дальности русского оружия воздух встряхивало от взрывов. Вырванные из вводящей в заблуждение тишины прошедших недель, население и беженцы потянулись к дорогам, сопровождаемые грохотом артиллерии позади них и ревом самолетов над ними.

Хенрици и маленький штаб придвинулись поближе к фронту. 9-я армия отважно сопротивлялась в центре русского нападения. Она помешала нескольким русским попыткам пересечь реку. Но рядом с Кюстрином советские войска пробивали путь через одерские низины и продвинулись почти к гребню высот за ними.

Между рекой Нейссе и чешской границей на юге другая русская атака удалась в то же самое время. Русское нападение разорвало слабый фронт 4-й армии. Русские 2-я и 4-я танковые армии, недавно снабженные несколькими тысячами тяжелых танков, двигались вперед, сопровождаемые несколькими армиями пехоты и поддерживаемые роями самолетов. Прорыв расширялся с захватывающей скоростью. Моторизованная Красная армия выдвинулась в западном и северо-западном направлениях.

Надежды, которые смерть Рузвельта воскресила в Берлине, были все еще живы в канцелярии. 16 апреля Гитлер и Геббельс составили следующий приказ дня:

«Солдаты германского фронта на востоке!

Орды нашего иудейско-болыиевистского противника сплотились для последнего нападения. Они хотят разрушить Германию и уничтожить наш народ. Вы, солдаты, сражающиеся на востоке, видели собственными глазами, какая судьба ждет немецких женщин и детей; старики, мужчины, младенцы убиты, немецкие женщины и девушки превращены в барачных шлюх. Остальные отправлены в Сибирь.

Мы ждали этого нападения. С января были предприняты все шаги, чтобы сформировать сильный Восточный фронт. Колоссальные силы артиллерии приветствуют врага. Бесчисленные новые части заменяют наши потери. Войска каждого вида держат наш фронт.

Еще раз большевизм ждет старая судьба Азии – он рухнет в столице германского рейха.

Тот, кто в этот момент не выполняет свои обязанности, – предатель германской нации. Полки или дивизии, которые оставляют свои посты, действуют настолько позорно, что они должны опустить голову в позоре перед женщинами и детьми, которые здесь, в наших городах, выдерживают ужасную бомбежку.

Вы особенно предупреждены против немногих немецких офицеров и мужчин, которые предательски борются против нас, чтобы спасти их собственные маленькие жизни, им платит Россия, и они, возможно, все еще носят немецкую форму. Любой, кто приказывает вам отступить, если вы не знаете его хорошо, должен быть арестован на месте и, если потребуется, разжалован – независимо от его звания.

Если в течение этих следующих дней и недель каждый солдат на востоке будет выполнять свои обязанности, то заключительное нападение Азии сведется к нулю – так же как вторжение наших западных врагов в конце концов потерпит неудачу.

Берлин остается немецким. Вена будет немецкой снова. И Европа никогда не будет русской!

Вставайте на защиту ваших домов, ваших женщин, ваших детей – вставайте на защиту вашего собственного будущего!

В этот час глаза германской нации обращены к вам, мои бойцы на востоке, в надежде, что ваша стойкость, ваша страсть и ваше оружие обратят большевистское нападение в море крови!

Этот момент, который удалил с лица земли самого большого военного преступника всех веков, совершит поворот в судьбе войны!

Адольф Гитлер».

18 апреля русские атаковали западнее Кюстрина, меньше чем в 30 километрах восточнее Берлина, сломили немецкое сопротивление. Северный фланг 9-й армии был отброшен назад. Предсказания Хенрици сбылись. В то же самое время стало ясно, что предсказание Гитлера о советском нападении на Прагу было ошибочным. Большая часть русских войск, которые проникли в немецкую 4-ю армию на реке Нейссе, двигалась на северо-запад на Берлин и угрожала тылу 9-й армии. 19 апреля первые русские танки появились к югу от Берлина.

Генерал Хенрици понял, что 9-я армия должна быть отведена от Одера без задержки и переброшена на север от Берлина. В противном случае она будет окружена и уничтожена.

Хенрици позвонил генералу Кребсу. Но Гитлер только что отдал приказ, что 9-я армия не только должна стоять на Одере, но и напасть в южном направлении и закрыть промежуток, прорванный русским наступлением на Нейссе. Группа армий Шёрнера должна была напасть одновременно с юга и закрыть германский фронт.

Кребс отклонил предложения Хенрици и вместо этого передал приказ Гитлера. Он добавил, что Шёрнер уже обещал атаковать немедленно и чувствовал себя уверенным относительно быстрого успеха – Хенрици мог бы взять его как пример.

Но Хенрици знал Шёрнера слишком хорошо. Он попробовал установить радиосвязь со штабом Шёрнера, но был не в состоянии сделать это. Он послал курьера. И затем узнал, что 4-я танковая армия Шёрнера понесла такие потери, что нападение на север было совершенно невозможно.

Единственное спасение 9-й армии тогда было в немедленном отступлении. Начиная со своих недавних связей с Берлином, Хенрици столкнулся с необходимостью неповиновения. Проблема перестала быть ужасной. Он решил бросить вызов приказам Верховного командования армии и Гитлера и отвести 9-ю армию. К северу от Берлина он надеялся вновь установить контакт со своей 3-й танковой армией и восстановить линию фронта между реками Эльбой и Одером. Хенрици позвонил генералу Буссе, командующему 9-й армией.

Но Буссе объявил себя связанным приказом Гитлера остаться на Одере. Хенрици позвонил Кребсу еще раз. Он горько жаловался на попытку обмануть его, утверждая, что Шёрнер начал атаку с юга. Кребс похолодел, затем оскорбился и прервал все дальнейшее обсуждение:

– Фюрер приказал, чтобы 9-я армия сражалась там, где находится. Фюрер зависит от 9-й армии.

Донесения, поступавшие в штаб Хенрици, указали, что кольцо вокруг 9-й армии смыкалось, возможно, окружение было уже закончено; не было никакой уверенности. Танки Конева и моторизованная пехота, казалось, собирались блокировать проходы через цепь озер к югу от Берлина.

Хенрици, на свою ответственность, послал своего начальника штаба в штаб Буссе с приказами немедленно отвести 9-ю армию. Но теперь время для отвода прошло. Войска, ведущие тяжелые бои, не могли быть перегруппированы с необходимой скоростью. Буссе утверждал, что в перегруппировке он рискует вызвать панику и крах – и, без сомнения, был прав. Но он забыл, что его войска так или иначе находились под угрозой уничтожения и что риски, включавшие перегруппировку, были едва ли больше, чем таковые от простоев. Как бы там ни было, 21 апреля 9-я армия была окружена.

С 9-й армией были десятки тысяч беженцев из Берлина и других мест. Их число увеличивалось за счет населения из новой зоны сражения. Пищи и воды было достаточно для всех. Но боеприпасы у армии скоро истощились, поставки бензина были почти исчерпаны. Однако кровавая последняя стоянка 9-й армии должна была продлиться до первых дней мая.

Гитлер с жестоким упорством цеплялся за восстановление фронта на реке Одере. Даже 20 апреля, когда прорыв войск Жукова больше не мог быть сохранен в тайне, Гитлер повторил свои приказы удержать Одер. Йодль и Кребс передавали приказы рушащемуся фронту.

20 апреля был пятьдесят шестой день рождения Гитлера. В то время как отдаленный грохот советской артиллерии можно было услышать в Берлине, в то время как донесение за донесением о поражениях приходили в штаб-квартиру фюрера, в то время как русские и американские головные части подтягивались все ближе друг к другу в Центральной Германии, окружение Гитлера собралось в канцелярии, чтобы продолжить поздравления.

Это было унылое празднование. Впервые Кребс, Йодль и Кейтель признали в скрытых словах, что Берлин скоро будет окружен. Все они – включая Гиммлера, Бормана, Бургдорфа, Дёница и Геринга – убеждали Гитлера покинуть Берлин прежде, чем наступит крах, переместиться на юг Германии и продолжить борьбу из безопасных баварских гор, пока не произойдет разрыв между Россией и западными державами.