Память стали (СИ) - Плотников Сергей Александрович

Глава 29

— Можешь мне не верить, — искоса глянув на меня, предложил Кросс, и опять перевел взгляд на поплавок. — Твоё право. Да только когда я тут недалече очнулся, последнее, что помнил — собственную смерть.

О том, как человек едва ли не на ровном месте может попасть хрен знает куда, случайно шагнув не в ту сторону — о, это я прочувствовал на себе в полном объеме! Но прямиком в рай?

— Тут все такое… — я запнулся, припоминая так сильно поначалу меня дергающее чувство нереальности происходящего, которое сейчас уже порядком поутихло. И все же произнес: — Настоящее.

А с другой стороны… Может ведь быть такое, что некоторым именно смерть дает возможность перейти… гм, в лучший мир? Шаг за грань, всё такое?

— Как же рай мог существовать, если бы был не настоящим? — словно вторя моим мыслям, выдвинул железобетонный встречный довод Антеро.

— Если так подумать, то «рай» ничуть не хуже звучит, чем «земли Хель», — решил для ясности замять тему я, не пытаясь выяснить, зачем в раю, например, санатории. Больше чем уверен, мой визави за годы жизни здесь успел придумать ответы на все подобные вопросы. — В конце концов название ничего не меняет…

Кросс посмотрел на меня с удивлением, даже удочку отложил. Мне аж стало неуютно под этим взглядом.

— Что?

— Ты ведь почувствовал это, — собеседник не спрашивал, он утверждал. — Эту теплоту, это спокойствие. Ведь мелькнула же мысль тут и остаться, правда?

— Эээ… — Кросс застал меня врасплох. И, надо сказать, слова меня напрягли. — Вообще-то, нет.

А теперь совершенно точно нет. Предпочитаю, чтобы на мою психику ничего постороннего исподволь не влияло! Да и не исподволь тоже. Вот ведь везет как утопленнику! То мороженное, то теперь это. И, помнится, та аномалия, откуда я увел «Шестерку» тоже мне мозги знатно отдавила, причем даже через танковую броню!

— Даже жаль, что Сталь принимает себе владельцем всякого. Оружие Хель могло бы быть более… разборчивым, — покачал головой Антеро. — Было бы все куда проще…

Вот вечер и перестал быть томным окончательно.

— Не надо так напрягаться, — меланхолично посоветовал мне рыбак и объяснил причину собственной прозорливости: — Другой танк не смог бы пройти огонь, во всяком случае, если ему изнутри не откроют проход. Мне ли не знать.

— Машина под брезентом в гараже! — после подсказки догадаться было легче легкого.

— Верно, — подтвердил землевладелец. — Как я и сказал, гости у нас не часты здесь: ты, считай, второй из незванных. Тому, первому, показалось правильным присвоить себе это место. Повезло, Хелена тогда еще слишком маленькой была и ничего не запомнила, а Матиас вообще грудничком в люльке лежал. В санатории не было никакого оружия кроме охотничьего штуцера. Я неплохой стрелок… был, в прошлой жизни. Но поразить Сталь свинцовой пулей? Не смешно. Мне удалось убедительно инсценировать свою смерть, только после этого он рискнул высунуться и подставился, осторожный ублюдок… Долго пришлось за ним пилить и оттаскивать поломанные деревья и чинить наш дом.

Какая замечательная история. И как мне только не прострелили башку сходу, в профилактических, так сказать, целях?

— А почему «оружие Хель»? — немного помолчав, спросил я. Как-то комментировать рассказанное не хотелось. Вместо этого поставил в памяти оттакенную зарубку с припиской «больше паранойи, её много не бывает!»

— А что еще может прорвать границу рая и ада? — ответил Кросс вопросом на мой вопрос.

Гм. Логично.

— Еще говорят, что Сталь рождается на месте, где располагались кузницы Хель, — поплавок его удочки вдруг дернулся, и владелец поместья аккуратно подсек рыбу, не прекращая говорить. — Жар горнов пробивается из-под земли и день за днем закаляет оказавшееся рядом железо…

Я вспомнил, как меня едва не поджарило изнутри в аномалии, и невольно кивнул.

— …А еще говорят, что этот жар навсегда остается с выкованным в кузницах оружием, — вытащив на доски настила подлещика килограмма на полтора весом, добавил Антеро. Придирчиво осмотрев подхваченный под жабры улов, он все-таки забросил рыбу в корзину. — Сейчас, пожалуй, уже достаточно темно… Смотри вон туда.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

С мостков был виден откос противоположного берега, я не сразу понял, что примерно там тэтэпэха и вывалилась после огненного перехода. А когда понял…

— Искры? — в быстро сгущающемся сумраке все отчетливее можно было разглядеть тусклые всполохи. Словно стайки светлячков взлетали и садились в траву.

— Пока только искры, потом начнутся неожиданные возгорания все на большей территории, затем настанет черед шаровых молний. Дальше не знаю, что будет: Ильмари тогда как-то подобрала, как она сказала, «место равновесия», я перегнал туда трофейную Сталь, и все за несколько дней обратном порядке сошло на нет. При правильном взаимном расположении осколок рая сводит на нет проклятье оружия ада. Одного.

— Но не двух, — рефреном к его словам отозвался я. — Поеду-ка я прямо сейчас, не буду злоупотреблять гостеприимством. Вы ведь знаете, как открыть проход наз…

Именно в этот момент до меня кое-что дошло:

— «Проклятье оружия»?

— Сталь, оставаясь на одном месте, рано или поздно притягивает к себе блуждающие аномалии, — огорошил меня Кросс. — Именно потому владельцы оружия Хель мотаются по миру, нигде не задерживаясь надолго. И очень тщательно хранят в секрете наличие проклятья, иначе про него что-то да говорили в народе. Я, сам понимаешь, узнал об этом из личного опыта. Не самое приятное, что со мной в жизни случалось.

Вот не было печали. Новость так новость… Стоп. Это получается, я едва не навел «температурный удар» со снегом и пространственными пробоями на Релейный, проторчав там почти три недели?! Вот ведь твою мать! И что мне теперь делать?

— Это очень ценная и важная информация, — медленно проговорил я, пытаясь как-то уложить в голове новые вводные. Накрылась моя идея осесть в Хозяйственном. Или? — Если регулярно уходить в тот же поиск за «подарками», оставшимися после войны, проклятье ведь не сработает?

— Точно не знаю, — тут пришла пора кривиться землевладельцу. — Опыты ради науки у меня никакого желания ставить не было, сам понимаешь. Просто во время вылазок нигде больше не задерживаюсь дольше, чем на сутки-двое.

Ясно-понятно.

— Что ж, спасибо за гостеприимство и редкую откровенность, — поднялся на ноги я. Вроде ничего не оставил в выделенной комнате же? — Вот ключ и спасибо за гостеприимство. У вас чудесная семья, Антеро, давно мне не было так хорошо, как в компании ваших домочадцев… Судя по искрам, выход из осколка там же, где и вход?

Мысленно я уже был в своей машине и жал на газ: новая информация требовала тщательного обдумывания, и ночной лес для этого подходил даже лучше, чем уютная комната в пансионате.

— Подожди, — Кросс ответил на машинально сунутое рукопожатие, а вот руку мою задержал. — Виктор, ты не думал, что от Стали можно просто… избавится? Тем или иным способом.

— С моими навыками обращения с техникой любой другой танк рано или поздно станет мой же могилой, — криво улыбнувшись, не стал юлить и сказал все как есть я. — А без тяжелой бронированной техники жить в мире свершившегося апокалипсиса как-то совсем грустно. И частенько прискорбно недолго.

— А если я предложу тебе жизнь в осколке рая? Не тут, в другом. Их ведь немало получилось, и некоторые достаточно большие, чтобы вместить территорию двух-трёх довоенных стран. И живет там достаточно много людей. Хороших людей! Основательно устроившихся, а не однодневок без будущего, не пытающихся каждый тянуть одеяло на себя, не готовых убивать, чтобы отобрать понравившуюся вещь. Готовых подать руку соседу, если тот оступился, пустить в дом заплутавшего незнакомца, всем миром отстроить сгоревший дом. Не бросающих в беде…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Беды в раю, — владельцу усадьбы и приусадебного кусочка рая за плазменно-пространственным забором на несколько секунд удалось заставить меня буквально увидеть описываемое: небольшие городки с мирными жителями почему-то в старомодных пиджаках и шляпах, но без стен. Степенных фермеров, пашуших то на запряженных парами волах, то тянущих плуги исходящим жирным густым дымом паровым трактором. Охотников, идущих на зверя с силками и ружьями, а не с танковыми пушками. Но последняя фраза смыла видение как ушат холодной воды.