Василиса Прекрасная и братья Горынычи (СИ) - Нова Алёна

«Это где это вообще такое видано?! Чтобы втроём, да на одну? ─ возмущалась безымянная Яга, прочем, мнение её менялось очень быстро. ─ С другой стороны, где ещё мужика перевоспитывать, если не в браке?»

«А ведь это и правда решение! ─ присоединилась Феоктиста. ─ Освещённый брак он все другие привязки быстрёхонько снимет, тем более с ведьмочкой чистой душой и телом… Так что ты, Василиска, подумай! Ну и что, что придётся закрепить его…»

Игнорируя бестолковых советчиц, я обратилась к той единственной, кто мог внести зерно истины в этот хаос.

─ Рада, это правда, что они говорили?

Она какое-то время только вздыхала, не отвечая ничего, а вот потом сподобилась, но с такой тоской, будто меня уже похоронили.

«Так-то оно так, да только не отпустят же они тебя потом, Василисушка. Убежишь, да недалеко... А не снимешь прокляятье – всё равно не отстанут».

А дальше совсем замолчала, заставляя ещё сильнее терзаться сомнениями и гадать, не замыслили ли братья чего дурного. Не хотела Рада говорить или просто не могла – я не знала, и мне это молчание совершенно не нравилось…

Несмотря на усталость, сон всё не шёл, а я продолжала себя накручивать. И так, и этак думала, но не смогла найти выход, зато вся издёргалась от картин собственного будущего, воображая, каким оно может быть с тремя древними мужиками. С одной стороны, понимание того, что это давно наложенная магия виновата в смертях девушек, несколько обнадёживало, но с другой, я всё равно не могла смириться с мыслью скорого замужества.

Внутренний голос, прорезавшийся из недр, так и твердил: «Это твоя обязанность Яги! Ты ответственна за то, что происходит в этом мире, а значит, не имеешь права быть эгоисткой, раз приняла силу…» А я не была ей, как себя помню. Всегда училась хорошо, как того желали мама с папой, одевалась так, как мама твердила, пыталась дружить с теми, на кого указывала, и только любовь к танцам я смогла отвоевать для себя. Так как мне понять, моё ли это истинное желание – остаться здесь для помощи нуждающимся во мне чудищам и не только или я в очередной раз приношу себя в жертву?

Но со всеми тремя… Как-то чересчур для одной меня.

Эта дилемма длилась ещё какое-то время, не позволяя успокоиться, пока я не вспотела от волнения. Захотелось окунуться под воду и желательно остаться там, но я ещё не настолько отчаялась, поэтому просто пошлёпала в ванную, избавляясь от дурацких образов, в которых становлюсь утопленницей.

В доме царила подозрительная тишина. Наверное, утомившаяся не меньше моего троица тоже спала, утомлённая работой, только я не стала проверять их, и быстро скрылась за соседней дверью – мало ли кто, мало ли что…

А едва юркнула внутрь, изумлению моему не было предела, потому что помещение изменилось до неузнаваемости. Сейчас это никак не выглядело простеньким санузлом, а представляло собой очень даже стильную комнату, отделанную мрамором, а в самом её центре уже наполнялся горячей водой целый бассейн со ступеньками, прямо как в замке Горынычей, только лучше. В одном углу стопкой лежали мягкие на вид полотенца, а в другом я заметила какие-то склянки с маслами, которые сами собой летали в воздухе, выливаясь в чуть искрящуюся магией водицу, исходящую ароматным паром.

М-да, похоже, избушка уже морально подготовилась к тому, что молодожёнам понадобится гораздо больше места...

─ Ладно, ─ сказала вслух. ─ Будем решать проблемы по мере поступления.

Стянула пропитавшуюся потом рубашку и с удовольствием шагнула в ванну, наслаждаясь тем, как вода обволакивает тело, действуя на каждую мышцу. Это было очень кстати после всех треволнений и переживаний, и, кажется, я только что нашла свой рай, позволяя себе наконец-то расслабиться, вдыхая умиротворяющие запахи ягод, смешанный с чем-то, мне незнакомым.

Чуть прикрыла глаза, твердя себе, что не усну, но всё равно почти задремала, уплывая на волнах неги, когда за спиной вдруг ощутила вовсе не твёрдый бортик, а чьё-то тело. Тоже очень твёрдое во всех местах, а в одном так особенно.

─ Что за?...

─ Тихо, Лиса-Василиса, ─ произнёс Яр, чуть надавливая пальцами на плечи. ─ Всего лишь мы.

─ В смысле, «мы»?

Глаза распахнулись сами собой, чтобы напротив обнаружить двух отдыхающих Горынычей, глядящих с таким жадным блеском в похотливых глазёнках, что сон слетел тут же.

─ Не бойся, малыш, ─ успокоил старший,  ─ Мы услышали, как ты пошла мыться, а время позднее. Дай, думаем, присмотрим, а то ещё заснёшь, и вот ведь незадача – оказались правы.

Я просто не знала, что отвечать на такую заботу, но понимала, что если сейчас запротестую, вернувшись в спальню, они вернутся со мной и всё равно от своего не оступятся.

─ Точно, ─ подмигнул Назар, подплывая ближе, а мне некуда было деться – сзади меня обхватили горячие ладони, чей жар ощущался в воде ещё сильнее. ─ Видишь, как всё удачно получилось? А если бы нас рядом не было…Ох, Вася-Вася! Не бережёшь ты себя, Ягушенька...

И вот мы пришли к тому, что полностью голые в одной ванне. Если отношения между мужчиной и женщиной начинаются не так, то как они вообще тогда начинаются?

─ Значит, решили брать нахрапом, ─ сделала я неутешительный вывод, пытаясь не напрягаться, но это было очень сложно устроить, когда тебя практически зажали между собой два сильных мокрых тела – я толком прикрыться не сумела.

─ А по-другому тебя не возьмёшь, ─ улыбнулся Ян, делая вид, будто его вообще не интересует происходящее, но вода здесь была слишком прозрачной, чтобы его реакция не была никем замечена. И откуда у него такое тело? Так, Василиса, место… ─ Говорят, нужно нырнуть на самую глубину, чтобы перестать её бояться. С нами родители так и поступали в детстве, ─ добавил, вальяжно откинувшись на бортик, и выглядел так порочно, словно сам дьявол поднялся на огонёк, почтив своей величественной персоной простую смертную.

Спокойствие, Вася, только спокойствие… Они контролируют себя и точно не набросятся, значит, мне нужно просто успокоиться. Но как это сделать, когда к тебе прижимаются голые мужики? Как я вообще дошла до жизни такой, а?

─ И вы решили, что со мной можно так же? ─ спросила, чувствуя, как начинаю задыхаться, а испарина на моей коже появляется отнюдь не от жары.

─ У нас есть неделя до полнолуния, чтобы убедить тебя, так что прости за радикальные методы, ведьмочка, ─ добавил Яр, медленно скользя пальцами вверх по талии и возвращаясь к бедру. Пока ничего криминального он не делал, но всё к тому шло.

─ А если не получится… меня убедить?

─ Мы постараемся, Ягуся, ─ улыбнулся Назар, потираясь мокрой щекой о мою – покрасневшую до предела.

Видимо, эта неделя будет самой сложной в моей жизни…

─ Скажи-ка, Лиса-Василиса, ─ уже во всю гуляя руками по телу, ненавязчиво поинтересовался Данияр, ─ почему ты так напряжена? Мы тебя так пугаем или твои собственные желания?

Я дёрнулась от возмущения, пытаясь оторвать чужие конечности от себя, но запястья тут же были зажаты пальцами Назара.

─ Что значит, мои собственные желания? ─ почти задохнулась от несправедливости и того положения, в котором оказалась, но больше меня разозлило то, что Яр был прав.

Зар тем временем развёл мои руки в стороны, открывая себе вид на мою грудь, и с преувеличенным, жадным вниманием рассматривая вставшие по стойке смирно соски, покалывающие от его потемневшего взгляда.

─ Так кто так запугал маленькую ведьмочку? ─ допытывался Данияр, покусывая шею в том месте, где отчаянно бился пульс, пока я наблюдала, как плавно приближается Касьян. ─ Кто внушил ей такие ужасы, что она не может себя отпустить, когда так хочется?

Зря они так.

То, что навсегда отвратило меня от близости, не так-то просто было взять и выбросить из головы, как мусор. Тут никакое заклинание не способно помочь – потому что страх и боль, засевшие глубоко внутри, не вытянуть по щелчку пальцев, ничем не успокоить, потому что отвращение к самой себе тут же напомнит, какая ты испорченная. И даже если они сотни раз попытаютс меня переубедить, я не престану себя сжирать.