Белое Солнце - Екатерина Русак

— Да! Отказала, — ответила сердито девушка, — разве я не имела права выбора?

Нептун испытывал такое же состояние, какое ныряльщик перед погружением в холодную воду.

Нептун размышлял, потому, что испытывал трудности с Сонрикс. В этом языке не было простой фразы: «Я люблю тебя». Было слово Эрросс, — но оно обозначало слияние сознаний двух влюбленных.

— Я… я… потому, что я… испытываю к тебе сильную страсть, Милана, которая затуманила мне сознание и не дает мне покоя уже много колосолан! Страсть мужчины к красивой девушке, подобной луне над лесом в тишине ночи! Я вовсе не хочу оскорбить тебя. Я чист в своих мыслях перед тобой, как родник под солнцем, которое видит и освещает все камешки на его дне.

Нептун на миг замолчал и вдруг с жаром произнес:

— Почему я должен молчать? Милана, я больше не хочу таиться от тебя! Я хочу только одного, чтобы ты стала моей женой, единственной женщиной на Таэслис, которой я смогу тысячи раз повторять: «Соли-соли-соли»! Уже давно ты покорила меня, но я не знал, как признаться тебе в этом. Пусть я Альгант, но я очень робок с женщинами. Но ты — ты можешь меня понять! Тебе я могу это сказать, не боясь насмешек. Женщины моей земли, где я жил раньше, очень жестоки, они отвергают признания в любви, смеясь, радуясь своей власти над отвергнутым мужчиной. У меня никогда не было жены, никто не понимал меня, никто не говорил мне ласковых слов… Я почти всегда был один! Мне страшно! Я очень боюсь одиночества! Я устал от этого! Я больше так не могу. Я, наконец, встретил женщину, девушку, которая так чиста и прекрасна, что я не знаю, как это можно описать словами, и которую я возжелал не земной, а звездной страстью! Не надо над ней смеяться, прошу тебя! Я действительно мечтаю владеть тобой! Я не хочу тебя терять, потому, что ты стала мне дороже всех женщин на Таэслис с того дня как я встретил тебя первый раз! Что-то в моем сознании подсказывает мне, что я давно тебя знаю, и мои слова идут к тебе из глубины моей души. Я кричу от боли, потому, что не знаю твоего ответа!!!

Милана совсем не ожидала такого длинного любовного признания от Альганта и смотрела на Нептуна, широко открытыми глазами. Сердце ее отчаянно колотилось от восторга. Наконец-то, Альгант признался в том, что он изнывает по ней от страсти и томления!!!

Нептун был серьезен и не шутил. Милана чувствовала это. Потому, что она была женщиной.

— Я страстно желаю тебя, Милана! Я клянусь Ур-Аном, это правда! — повторил Нептун свое признание, — ответь мне взаимностью, прошу тебя… Скажешь мне нет, и я уйду отсюда навсегда, потому что не смогу больше видеть тебя каждый день и мучится от бессилия стать ближе к тебе… Скажи мне, я… также ненавистен тебе… как Альгант Колер? — с тоской добавил он.

Она теперь почувствовала, что он полностью открыт для нее, он по-настоящему приревновал ее к кейтору, а сейчас страдал, мучаясь в ожидании ее ответа!

Перед ней промелькнула череда всех его взглядов в ее сторону, всех жестов, все, что он делал для нее, стараясь при этом быть внешне равнодушным. Он всегда вел себя как истинный мужчина, который проявляет свое достоинство не в грубой силе, а в своих поступках, стремясь показать женщине, что он достоин ее. А выбор, хотя не все знают это, исключительно всегда делает женщина, а не мужчина! Но она уже давно сделала свой выбор…

— Не говори так, прошу тебя! — задыхаясь от волнения, вскричала она. — Ты — моя жизнь, мое будущее, моя Судьба, разве ты это еще не заметил!? Можешь всегда говорить мне: «Ты — мое солнце», я хочу это слышать от тебя много-много раз. Я буду твоей женой, потому, что я тоже уже давно хочу твоих ласк! И я тебя благодарю…

Сказав это, Милана опустилась на колени перед Нептуном и обняла его ноги. Но он не дал ей стоять на коленях, помог встать и нежно привлек к себе.

Они так долго стояли, обнимая друг друга и наслаждаясь близостью. Им не нужны были слова. Милана подняла свое лицо, и, смотря снизу вверх в глаза Нептуна, произнесла:

— Я давно имела женскую страсть к тебе, Нептун! С самого первого дня нашей встречи. Только в своих мечтах и грезах я могла себе позволить себе обнять тебя, но никогда не надеялась, что ты выберешь из всех девушек на Таэслис именно меня. Ты подарил мне новую жизнь! Я…

— Моя жена, — тихо ответил он, целуя ей руки.

— Ты мой! — шептала она… — Как долго я этого ждала…

Он осушал своими поцелуями ее слезы радости на ее щеках…

Они не спали эту ночь. Их чувства долго тлевшие, вдруг воспламенились, превратившись в ненасытный пожар желания, который полностью захлестнул их. Время словно перестало существовать. Наслаждение накатывалось на них волна за волной, пока ни с чем несравненное чувство, возникающее при слиянии двух тел, взорвалось в их объединенном на миг сознании подобно извержению вулкана, разметав его на тысячи кусков. Они увидели в этот миг себя на ложе любви, землю с птичьего полета, планету из космоса и Млечный путь, ощутив себя всей Вселенной…

Потом разгоряченные они лежали рядом в неге, нежно касаясь друг друга, и все началось сначала…

Обессиленные, счастливые Милана и Нептун уснули только под утро. Они не видели, как отодвинув занавеску, в комнату Нептуна вошла Реута. Женщина, увидев свою обнаженную дочь, спящую рядом с Альгантом и обнимающую его в сладкой дреме, чуть не выронила из рук кувшин с водой. Опомнившись, она тихо вышла из комнаты и прошептала:

— Моя Милана все-таки решилась стать женой царя Нептуна.

Она тут же подумала, что Великий Янус не сделает ее дочери ничего плохого, и не повернется к ней ликом, несущем зло…

Глава 16

«Жизнь моя! Грудь твою жажду я

Гладить рукою горячей

И жать бедро.

Зачем, Киприда, я к ней страстью пылаю?»

В полдень Нептун возвращался с моря вместе с Миланой. Они шли, взявшись за руки, весело смеясь, и даже не сразу поняли, как перед ними неслышно появился из зарослей кейтор из гвардии Бора. Это был тот самый молодой кейтор, который однажды предлагал Милане погулять с ним ночью.

— Соли, Альгант! Соли-соли, Милана!

— Хай! — ответил Нептун, — Что ты мне хочешь сказать?

— Да, я хочу тебе сказать, Альгант, что эта девушка Милана принадлежит к народу Росс и она не для тебя, человек народа Тин!

Нептун внимательно посмотрел на молодого кейтора, и что-то припоминая, холодно ответил:

— Она уже сделала свой выбор! Она — моя жена! Эта женщина — царица! Не пристало простому кейтору народа Росс преследовать замужнюю женщину, царицу и учить Великого Альганта и царя государства Таоросс!