Часть 2 и 3 - Алексей Дуров

  - Но вы же спасли женщину!

  Неужто заподозрил блеф?

  - Женщину не трогать, - холодно распорядился Михаил.

  И ушел. Чувствуя себя в безопасности. Это только говорят, что мафия не сдается, но с потусторонними силами даже мафия предпочтет не связываться. Особенно мафия.

  После решения мафиозной проблемы настроение улучшилось. Уже бедность не казалась такой прям выпирающей бедностью. Да, жилье тростниковое, но как аккуратно сделано, уютно смотрится. И чисто на улицах, и люди доброжелательные. Музыку любят - несколько раз встречались уличные музыканты, возле каждого - толпа слушателей.

  Благополучно доехал на фуре до нужной остановки - нечто вроде автозаправки с базарчиком и магазинчиками. До лаза - пару километров.

  У Михаила оставалось еще немного местных денег. Значительную часть раздал уличным музыкантам, но совсем избавляться от валюты чего-то пожадничал. И куда их теперь девать? Решил закусить на дорожку, купил нечто вроде шаурмы - завернутая в блин каша с мясом. Так себе пропитание, слишком много острых специй, и сладкий сироп в нем казался совсем лишним.

  Тут случилась дуэль. Чутье ни о какой опасности не предупреждало, да и не было ее для Михаила. Сначала.

  Шел себе, покусывая "шаурму", увидел небольшую толпу, полюбопытствовал. Стоят двое, ругаются. Один - высокий, плечистый атлет, второй - ловкий красавчик, даже женственный какой-то. За спиной красавчика стояли двое хмурых парней, они почему-то казались слугами, а не просто друзьями. А, ну да, одеты победнее красавчика. А народ вокруг - в напряженном ожидании.

  После особенно язвительной реплики красавчика, атлет дважды резко топнул ногой. Толпа выдохнула, глаза у всех заблестели.

  Михаил понял, что атлет вызвал красавчика на поединок, когда слуга принес оружие - длинные стальные пруты, вроде арматурин. Один конец каждого прута острый - не заточен, а как бы срезан наискось, тем не менее, в остроте сомневаться не приходится. Другой конец - плотно обмотан тканью, типа рукоять. Это, наверное, после краха цивилизации такими "шпагами" фехтовали - Джар рассказывал о сохранившихся с тех пор традициях.

  Слуга резко всадил оба прута в бревно. Глубоко вошли. Атлет подошел, выбрал оружие и выдернул характерным движением - строго вверх, не раскачивая. Сильный мужик. Но красавчик не слабее оказался - так же легко выдернул второй прут.

  Атлет с красавчиком повернулись друг к другу, и приняли правильные фехтовальные стойки - острие прута направлено противнику в глаз.

  И зазвенела сталь о сталь. Михаил аж залюбовался - красиво дрались. Можно даже сказать - изящно, изысканно. Четкие, безошибочные движения, идеальные стойки, когда удары наносятся не рукой, а всем телом, усилие передается в острие даже от пяток. Техника фехтования очень сложная, не простой набор атак, защит и связок, а длинные, продуманные и отработанные комбинации. И все - на очень приличных скоростях, Михаил мог быстрее, но все равно не дотягивал до местных фехтовальщиков по искусности. Неизвестно, чем бы закончился поединок Михаила на шпагах с любым из них.

  Атлет не стеснялся использовать свое преимущество в росте и длине рук, красавчик был чуть подвижнее и увертливее, грамотно защищался.

  Поединок затягивался, Михаил даже заподозрил, что это не дуэль, а представление для зрителей - обычно фехтовальные бои заканчиваются в несколько секунд. Да и красиво, что не говори. Ошибся, все было по-настоящему. Красавчик применил неожиданный прием - схватил оружие атлета. Словно муху поймал. И сразу атаковал сложным двойным выпадом. Атлет успел среагировать, увернулся. Почти - острие глубоко вошло ему в плечо, и красавчик сразу резко выдернул оружие. Брызнула струйкой ярко-алая артериальная кровь. Атлет, пытаясь зажать рану, сел на землю.

  Михаил на мгновение остолбенел от контраста - красота поединка сменилась неприглядным уродством обратной стороны. А потом рванулся на помощь. Умрет ведь атлет, истечет кровью.

  Может чутье в тот момент и предупреждало не вмешиваться - не обратил внимания. И сознание отметило, что никто не спешит помогать атлету, кроме Михаила - тоже проигнорировал. Сорвал с одежды шнурок, перехватил раненую руку атлета, затянул рукояткой ножа. Только краем сознания фиксировал мертвую тишину вокруг, удивленно-растерянный взгляд атлета, нехорошую злобную улыбочку красавчика.

  Кровь остановилась, Михаил удовлетворенно выпрямился. Оглянулся. Зрители как-то неуверенно поглядывали то на Михаила, то на красавчика, который смотрел тяжело, злобно. Атлет что-то сказал обращаясь к красавчику, тот коротко ответил. И два раза топнул ногой. Вызвал следующего. Вероятно, Михаил нарушил сразу несколько местных традиций, или в какую-то хитрую интригу влез непрошенным. Может быть - вообще не на той стороне выступил, может быть это атлет был на самом деле "плохим парнем".

  Наверное, можно было сбежать. Может, и стоило. Но помешало возмущение - мало того, что никак из дикости не выберутся, посреди бела дня друг друга убивают, так еще и раненым помогать запрещено. И решил - драться. Преподать урок. Опять злость взяла, и поддался, бывает.

  Только в последнее время слишком часто. Воздух, что ли, в этом мире такой?

  В бревно снова воткнулись два прута. Михаил выдернул ближайший - плохо выдернул, неумело, потому что погнул острие. Красавчик радостно-презрительно оскалился, выдернул второй прут демонстративно не погнув кончик - показал, как надо. Михаил не смотрел - он тряпку с рукояти отматывал. Дело в том, что он не мог воспринимать этот стержень, хоть и острый, но без лезвия и гарды иначе, как палку. И драться им лучше, как палкой, а не как шпагой. Местные этого не понимают - тем хуже для красавчика, тем лучше для Михаила.

  Когда красавчик увидел, что его противник оставил оружие без удобной рукояти, то засомневался на пару секунд, улыбка пропала. Может, передумает?

  Не передумал, принял боевую стойку, направив острие Михаилу в глаза.

  Наверное, можно начинать. Михаил быстро перехватил прут за середину и беспорядочно закрутил перед собой. Кончики с такой скоростью описывали то восьмерки, то знаки бесконечности, что прут стал невидимым, превратился в размытое облачко.

  Красавчик отступил, Михаил наступил. Красавчик попытался атаковать каким-то очень сложным финтом - и оружие вылетело из его руки от мощного удара рядом с пальцам. Будь на пруте гарда, Михаилу может и не удалось бы выбить оружие с первого удара. Выбил бы со второго или третьего.

  Обезоруженный красавчик отпрянул, прикрылся руками - и заработал прутом по обеим, а потом еще и в бедро. Рухнул на землю.