Кремль 2222. Юг - Дмитрий Силлов

Нынче же подводный кошмар решил не дожидаться подачек и поохотиться лично.

Толстенное щупальце, усеянное тремя рядами присосок, лениво потянулось к Даниле — мол, никуда ты не денешься, добыча, сучи ластами, не сучи ластами — все равно достану. Потому как плаваешь ты медленно, нечего было на брюхо столько груза навешивать…

— Хрррен тебе, — прорычал Данила, забывшись, и чуть не потерял загубник, хорошо успел зубами прихватить в последний момент. Его рука скользнула к бедру и выдернула из ножен боевой нож необычной формы, о котором Снайпер прочитал целую лекцию, прежде чем вручить его Даниле.

— Короче, слушай, — говорил он, снаряжая рукоять длинными патронами, напоминающими металлические стрелы с гильзами на торце. — Это СНБП, стреляющий нож боевого пловца конструкции полковника Данилова. Жан-Жак Ив Кусто говорил, что пловец может поразить акулу единственным способом — применив острогу с прикрепленной к ней взрывчаткой. Этот нож и есть та самая острога, только поудобнее. Внутри пуль — яд или взрывчатка, в данном случае, судя по маркировке, второе. Выстрел производится в сторону клинка, скорострельность — 15 выстрелов в минуту, в рукояти четыре патрона. Так что, отстрелявшись, можешь еще цель лезвием доработать. Клинок надежный, воткнутый меж кирпичей в стену выдерживает вес человека. В общем, любой подводной твари я не завидую, когда у пловца есть такой нож…[3]

Конечно, Данила не сомневался в словах того, кого сам назвал командиром. Но что такое нож против чудовища, мясом которого можно забить средних размеров подвал и всю зиму до отвала кормить табун боевых кремлевских фенакодусов?

Щупальце изогнулось и словно хлыст, занесенный для удара, нависло сверху, медленно закрывая просвечивающий сквозь воду диск заходящего солнца. Похоже, осьминог играл с жертвой, перед ужином наслаждаясь последним драматическим моментом удачной охоты.

И тогда Данила выстрелил. Все четыре стрелы ушли туда, в глаза, в разверстый клюв, в башку, из которой растут жадные до живой плоти отростки…

Щупальце вздрогнуло — и замерло, не достав до лица Данилы считаных дециметров. Словно открытые беззубые рты, застывшие в немом крике, раскрылись на нем бледно-розовые присоски… А потом оно ударило, мощным хлестом рассекая воду. Уже не захватить добычу, продлевая удовольствие, а просто убить врага, причинившего боль.

Данила извернулся червем, но груз на поясе помешал сделать это достаточно быстро. Поэтому ему ничего не оставалось, как ткнуть ножом в приближающееся щупальце и рвануть его резко от себя, отводя смертельный удар.

Разведчик не отвел его, это было нереально. В воде произошло другое, неожиданное — он сам оттолкнулся от толстенного мясного бревна и отлетел в сторону, как уклейка, замешкавшаяся под плавниками стремительной щуки. Клинок, рассекший осьминожью плоть легко, словно брусок масла, тут же окутался облаком голубой крови.

А потом внизу рвануло…

Патроны взрывались не одновременно, а с секундными паузами, согласно очередности их проникновения в голову подводной твари. И каждый взрыв сотрясал тело монстра, выбрасывая кверху ошметки розового мяса и клубы крови противоестественного цвета. После третьего взрыва мимо Данилы в облаках пузырьков воздуха стремительно проплыла изуродованная челюсть чудовища, похожая на кончик сломанной костяной сабли. А четвертый, последний взрыв выбросил вверх облако чернил, которое, впрочем, разведчика не настигло — водяная воронка величаво всасывала в себя ошметки подводного ужаса, только что выплывшего из нее навстречу своей гибели.

Но это было еще не все.

Сверху, от верхней кромки надвигающегося берега, воду рассекли стремительные стеклянные росчерки. Подводную битву заметили с берега и теперь туда, где бурлила окрашенная синим и черным река, стреляли с вышек дозорные. Еще секунда-другая — и, несмотря на неразбериху, кто-то из особо бдительных стрелков разглядит в воде черную тень, напоминающую контурами человеческое тело…

Данила, уже не особо скрываясь, плыл вперед, усиленно работая ластами. Берег, такой близкий с первого взгляда, на самом деле вырастал слишком медленно. И если бы не мясо, кровь и судороги умирающей подводной твари, от которых по реке шли неслабые волны, разведчика давно бы уже заметили. А сколько от «заметили» до «заметят»? Две секунды? Три?..

Внезапно пули словно по команде перестали дырявить воду перед лицом Данилы, хотя грохот выстрелов над головой и не думал прекращаться. Скорее даже усилился. Неужели Снайперу удалась его задумка?

Даниле показалось, что он целую вечность разгребал руками мутную, почти черную воду, уже не таясь и высунув голову из воды. На самом деле прошло меньше минуты до того момента, как его ладони коснулись выщербленной временем и пулями бетонной поверхности, — когда-то берега Москвы-реки были укреплены железобетонными блоками и облицованы гранитом. Гранит сорвали еще в первые военные годы, кое-где отковыряли и сборные блоки, из которых на скорую руку строили ДОТы. Кое-где — но не здесь. Зоне, похоже, уже в те годы хватало и бетона для укрытий, и собственной огневой мощи для того, чтобы никто чужой не мог проникнуть на ее территорию.

Вот и сейчас Данила хоть и лез по берегу вверх, скинув ласты и скользя босыми ступнями по острым выступам раскрошившегося бетона, но смотрел все равно преимущественно вправо, не в силах оторвать взгляда от невиданного зрелища…

Через реку метрах в трехстах от разведчика не спеша переправлялся боевой робот Mountain А-14, карикатурно похожий на человека. Что-что, а тактико-технические характеристики боевых роботов в Кремле каждый знал в совершенстве — слишком много их бродило вокруг города-крепости в поисках пищи для себя и своих машин обслуживания, также питающихся органикой. Mountain А-14 был высотой с трехэтажный дом, обладал почти человеческим интеллектом, обладал способностью самостоятельно оценивать обстановку и принимать решения при отсутствии прямого командования, а также уничтожать как наземные, так и воздушные цели вплоть до боевых блоков межконтинентальных ракет в радиусе до пяти километров. Именно на этих роботах была впервые на Западе применена защита силовыми полями, многократно повышающая живучесть Mountain А-14 на поле боя.

Но прошли почти две сотни лет, и от былой мощи боевого робота, уничтоженного в давней битве и кое-как восстановленного, осталось немного. Правда, оставшегося с лихвой хватало на то, чтобы, не обращая внимания на автоматный и пулеметный огонь, не спеша форсировать реку. Белые вспышки на месте контакта раскаленного свинца с голубоватым сиянием, окутывавшим основные узлы Mountain А-14, свидетельствовали о попаданиях, которые, впрочем, нисколько не мешали роботу не спеша выполнять поставленную задачу.