Суженый - Варя Медная

В этот момент я как раз подносила последний элемент к башне из печенья, которую возводила на тарелке. Рука дернулась, и вся конструкция рассыпалась.

— У вас есть принцесса? А как же профессор…

— Прошу, тише.

Мейстер быстро обернулся, но, убедившись, что невеста полностью поглощена подарком, снова расслабился. Бросил горсть мелких зефирин в форме бабочек в кофе (Магнус поморщился), отхлебнул, одобрительно крякнул и откинулся на высокую спинку кресла.

— Мелюзина не терпит упоминания о ней. Она не понимает и не одобряет традицию Решального Горшка. Сколько я ни пытался объяснить, что романтика тут не при чем, и у нас с принцессой деловые отношения, она не хочет ничего слушать. К тому же, считает это архаизмом, ущемляющим права женщин.

— Она не одинока в этом мнении, — заметил Магнус.

А я задумалась, не потому ли профессор так долго отказывала дракону: не каждая будет рада делить мужчину с другой, пусть и на деловых началах.

— Ритуал пленения принцесс придумал не я, — возразил мейстер. — Он существует столько же, сколько и сами драконы. У каждой народности свои обычаи.

— Но что если обычаи одной народности ущемляют обычаи другой? — нахмурилась я.

— Традиции на то и традиции, чтобы соблюдаться вне зависимости от чьих‑то желаний.

— Вы сейчас говорите, как Хоррибл.

— Это он говорит, как я, — проворчал дракон и снова отхлебнул кофе.

Заметив, что машинально крошу печенье на тарелку, я поспешно отряхнула ладони.

— Значит, это правда, что у каждого дракона есть принцесса?

— У каждого члена Клуба, — вскинул палец мейстер и кивнул. — Да, истинная правда.

— Теперь‑то вы можете сказать, что с ними…с нами происходит после ритуала?

— У всех по — разному. Вариантов в Горшке — неизмеримое множество.

— Я слышала цифру «двести тысяч».

— На деле их гораздо больше, это усредненное значение. Каждый случай индивидуален, и исход зависит как от самой девушки, так и от дракона.

Я бессознательно поскребла щеку и, заметив, что собеседник наблюдает, прикрыла её, но поняла, как это глупо, и отняла руку.

— Позволишь?

Дождавшись кивка, мейстер наклонился вперед и осмотрел расчесанный участок с тем же тщанием, с каким профессор Марбис сейчас изучала «Место поэтики в гендерной эволюции».

— Давно возобновилось? — поинтересовался он, возвращаясь в исходное положение.

— Пару часов назад, — нехотя призналась я и сделала вид, что заинтересовалась массивной бронзовой чернильницей. — В прошлый раз вы сказали, что между принцессой и драконом такое… хм, случается впервые?

Дракон спокойно кивнул:

— Да.

— Тогда это, наверное, какая‑то ошибка, правда? — с надеждой спросила я. — И вы знаете, как её исправить?

— Не думаю, что это можно как‑то «исправить».

— Сейчас вы так спокойно об этом говорите, но мне показалось, что во время ужина рассердились не меньше остальных, увидев пятна.

— Я удивился не меньше остальных. Вдобавок решил, что Якул опять допустил какую‑то ошибку. Но это я допустил ошибку: забыл, что мы не властны над знаками. И это к лучшему.

— Как вы можете такое говорить! — вспыхнула я. — Из‑за этого столькие страдают.

— Люди часто страдают от того, что сами же и надумывают. — Мейстер взял с тарелки уцелевшее печенье и, прежде чем откусить, обмакнул в кофе. — Порой то, чему мы противимся — всего лишь часть общего замысла. Мы не видим картины целиком, а потому отвергаем отдельные элементы, которые в совокупности несут нам благо. Если хочешь знать моё мнение, имей каждый из нас возможность менять ход вещей по своему усмотрению, мир стал бы намного несчастнее. Поэтому старайся избегать преждевременных выводов, Оливия.

Мне не хотелось с ним спорить, поэтому я вернула разговор в прежнее русло:

— Так что с принцессами? Вы, наверное, будете смеяться, но… — я замялась, — среди людей, да и волшебных народов бытует мнение, что драконы их пожирают. — Я бросила на мейстера извиняющийся взгляд, как выяснилось, преждевременно: дракон невозмутимо кивал.

— И такой вариант есть среди прочих.

— Как?! То есть… — Я сглотнула.

— Нет, — отмахнулся он. — Тебя не станут есть.

Его слова не слишком‑то утешили. Память услужливо подставила котел, в котором спокойно уместилось бы с десяток таких, как я, и белые колпачки поварят.

— Пункт остался, но от самой процедуры отказались. Когда выпадает этот вариант (что случается нечасто) вместо девушки члены клуба съедают символический каравай, испеченный в форме принцессы, как дань традиции. По желанию его можно заменить на муляж из любых других съедобных ингредиентов, от которых у драконов не случится несварения. — Мейстер поморщился и потёр область печени. — Неощипанная лебединая шея и зубы из натурального жемчуга у последней стали неприятным сюрпризом.

Его прямой ответ рассеял подозрения. В случае чего, можно будет пустить в расход марципановых принцесс из подземелья. А что если их изготовили как раз на такой случай?

— Какие ещё есть пункты?

— Принцессе может быть велено, что угодно: от «решить ребус» до «выбрать с пляжа все гальки серого цвета».

Какой своеобразный юмор у Горшка.

— Но если принцесс не едят, почему ни одна из них не вернулась?

— Дай‑ка подумать: во — первых, исполнение воли Горшка нередко занимает порядочно времени: месяцы, годы, порой всю жизнь. — Я нервно почесала подбородок, представив, как, уже старушкой, собираю у подножия скалы серую гальку, а Кроверус ворчливо покрикивает на меня, грозя клюкой. — Во — вторых, многие считают это лучшим приключением в жизни, долгожданным глотком свободы в пустыне бессобытийной жизни. Ну, и, в — третьих, принцесса физически не может вернуться домой из‑за заклятия Неискания. Это гарантия того, что она не сбежит, пока не исполнит свои обязанности.

Последнее было сказано вскользь, после чего дракон попытался сменить тему, но я мгновенно встрепенулась.

— Что ещё за заклятие? На меня никто ничего не накладывал!

— Ошибаешься, это произошло автоматически в тот момент, когда Бессердечный Король поставил росчерк в договоре, передав права на тебя Якулу.

Вот так раз! Значит, даже если захочу, я не смогу найти дорогу домой и помочь папе, пока не состоится этот нелепый ритуал с последующим Исполнением Воли! И кто знает, сколько на это уйдёт времени, а у моего отца каждый час на счету, если верить мадам Лилит. Я постаралась успокоить себя тем, что найду способ передать ему письмо, в котором опишу, как избавиться от Заклятия Сердцевырывания. Конечно, при условии, что Кроверус сдержит слово и расскажет о нём. Если же нет… Лучше дракону это сделать.