Влечение (СИ) - Вайс Виктория

— Спасибо, Сергей Иванович, — ответил Андрей. — Но зачем вам лететь? Я сам справлюсь…

— Сам ты можешь только дроч…, — Иваныч осекся, и взяв себя в руки, продолжил, — В общем так, никаких возражений. Бери деньги и завтра встречай меня в аэропорту. Рейс тебе сообщат. Возьми на прокат машину… Только хорошую. Всё, иди.

Андрей не стал возражать, он взял, уже приготовленную сумку, поцеловал в щеку ничего не понимающую тещу и пожав руку Иванычу, решительно вышел из квартиры.

— Ты можешь мне объяснить, что происходит? — спросила Светлана Владимировна, присаживаясь рядом. — Ты тоже знаешь, что случилось с Леной?

Сергей Иванович отвел в сторону глаза, сделав вид, что не понял вопроса, после чего долго тер ушибленный затылок, подыскивая нужные слова.

— Чего молчишь? — не выдержала Светлана Владимировна.

— А что говорить? Я знаю не больше твоего, — соврал он, — Андрей рассказал, что ее похитили и вывезли за границу. Попросил помочь деньгами. Я согласился…

— А зачем тебе ехать в Венгрию?

— Мне кажется, что он сам не справится… У меня там связи… Друзья… Так будет лучше… Не плачь, мы найдем Лену. Ты думаешь я смогу сидеть здесь, зная, что моя дочь в беде.

Он говорил это, а внутри все клокотала от ненависти к себе и от предвкушения того, что Светка когда-нибудь все равно узнает о том, что он сделал с ее дочерью… Со своей дочерью… Еще никогда ему не было так гнусно на душе, даже смерть, которая так часто сопровождала его бизнес, не вызывала такую бурю эмоций, как, казалось бы, невинная шалость с молоденькой девчонкой.

— Тебя опять плохо? — услышал он встревоженный голос Светланы и приподняв голову посмотрел сквозь нее.

— А можешь чайку крепкого сделать? — попросил Иваныч и снова погрузился в размышления.

— Тебе черный или зеленый?

— Что?

— Я спрашиваю, тебе черный или зеленый чай заварить?

— Черный, конечно. И покрепче…

Серега залпом выпил стакан водки, кинул в рот квашенной капусты, которую прямо рукой схватил из большой тарелки, стоящей рядом, и решительно встал из-за стола. Светка, сидевшая рядом, на правах официальной девушки будущего солдата, тоже вскочила, решив, что сейчас они пойдет танцевать. Но он крепко схватил ее за руку и потащил за собой. Споткнувшись о порог, они вышли на улицу. Серега остановился, посмотрел по сторонам и не отпуская Светкину руку, достал из кармана помятую пачку «Примы» и ткнув в бок, проходящего мимо мужика, попросил прикурить.

— Погуляем,… что ли? — едва ворочая языком сказал он и пыхнул в лицо Свете вонючим дымом.

— Погуляем, — закашлявшись, ответила она и попыталась высвободить руку, но Сергей еще крепче сжал ее ладонь.

Они прошли через весь двор и свернули возле детской площадки в сторону гаражей. И чем дальше они отходили от дома, тем темнее становилось вокруг. Последняя сохранившаяся лампочка тускло мерцала на столбе, который торчал у самого входа в гаражный кооператив. Сергей поднял с земли камень, размахнулся и с силой швырнул его вверх. На удивление, камень угодил точно в цель, и лампочка ярко вспыхнув, со звоном разлетелась, погрузив всё вокруг в кромешную темень.

— Зачем ты это сделал? — испугалась Света.

— Так надо, — грубо ответил Сергей и толкнул ее вперед, в темное пространство между гаражами.

Света за что-то зацепилась ногой и грохнулась на колени в какую-то вонючую лужу. Она попыталась встать, но не смогла, потому что Сергей крепко прижал ее к земле, и в ту же секунду Света ощутила его руки у себя на спине, они ползли вниз, комкая и задирая платье, пока не нащупали трусики. Резинка больно впилась в поясницу и тонкая ткань треснула под напором сильных рук.

— Дурак! Что ты делаешь?! — закричала Света.

Но она не успела закончить фразу. Сергей больно сжал ее челюсть и в открытый рот затолкал только что сорванные с нее трусики. Света попыталась вытолкнуть их языком, но ничего не получилось, только усилились и без того накатывающие рвотные позывы и из гортани вылетало лишь беспомощное мычание.

— Не трепыхайся, — грубо прошипел Сергей, — ты же хотела быть мой женой… Вот сейчас и будешь…

Света попыталась вырваться, но он схватил ее за косу и намотав на руку, притянул поближе к себе:

— Еще раз дернешься — зарежу! — дыхнул он ей в лицо перегаром. — А если из армии не дождешься — тоже зарежу! Ты меня знаешь…

Он медленно разжал руку и отпустил ее волосы, убедившись, что Светка смирилась, расстегнул ремень, стащил с себя штаны и став на колени, со всей дури всадил ей между ног. Страшная боль сковала ее тело, она инстинктивно прогнулась в спине и попыталась высвободиться, но обессилев, расслабленно упала на живот. Сергей навалился сверху и еще сильнее раздвинув коленями Светкины ноги, продолжил неистово долбиться, разрывая у нее всё внутри. Она захлебывалась слезами и вонючей жижей, в которую уткнулась лицом и беспомощно хваталась руками за грязь, а та, как расплавленный пластилин, выползала между сжатых в кулаки пальцев.

— Ты знаешь, — задумчиво сказала Светлана Владимировна, наливая чай в кружку, — а я тебя простила… Вот Ленку родила и сразу простила… Глупая это штука — любовь… Я вот так и не смогла никого полюбить после тебя… Сломала твою жизнь… И свою прожила впустую…

ГЛАВА 45

— Ну что, попробуешь? — услышала Лена рядом с собой голос Монти. — Смотри как всё красиво. Тебе не стоит ни о чем беспокоиться. Ты будешь лучше всех. Обещаю.

— Я хочу еще посмотреть… Поучиться немного, — соврала она, вспомнив просьбу Терезы не возражать и тянуть время.

— Хорошо. Можешь оставаться здесь, — сказал Монти и нежно провел рукой по ее волосам, потом повернулся к стоящему рядом Атилле и продолжил по венгерски, — Принеси ей кресло и проследи, чтобы всё было в порядке. Я буду в монтажной. Пусть пока смотрит.

Он уселся перед мониторами, открыл последний проект, в котором снималась Юдит и начал методично, один за другим, удалять эпизоды с ее участием, не на секунду не задумываясь и не давая себе возможности вглядываться в некогда обожаемое тело. Нажимая кнопку del на компьютере, Монти навсегда стирал из своего сознания её образ. И не важно, сколько было потрачено на нее времени и денег, и сколько нервов и сил ушло на то, чтобы сделать из простой девчонки, искушенную сексом светскую львицу, объект поклонения и вожделения для миллионов мужчин. Ну и конечно же, он удалял из своего сердца любовь. Скорее всего любовь последнюю. Куда ему, стареющему импотенту, справиться с еще одной подобной интрижкой. Да и стоит ли оно того?

Закончив, Монти подошел к окну, которое вело в студию и приоткрыл жалюзи. Лена сидела в кресле, закинув нугу на ногу и внимательно смотрела на то, как работают его актеры. Теперь нужно придумать этой девчонке новое имя и всё заново переснять, подумал он. Сумеет ли она? Не будет ли сопротивляться? Похоже, что нет. Так заинтересованно смотрит, явно ей это нравится и по всей видимости, увиденное её возбуждает. Лена, словно почувствовав, что на нее кто-то смотрит, повернулась и встретилась взглядом с Монти, он как мальчишка резко отвел глаза в сторону и моментально опустил жалюзи.

Сказать, что Лене не нравилось, то что она видела перед собой, было бы лукавством. Она с интересом наблюдала за всем происходящим на площадке, особенно её интересовали парни, которые не снимались, а только готовились к новой сцене. О красоте и совершенстве их тел вообще лучше не говорить, и с желанием отдаться такому на растерзание Лене было очень сложно справиться. Оно брало верх, даже перед лицом той неприятности, в которой она очутилась. Да и сама атмосфера, царившая вокруг, была какой-то теплой и дружеской. Все улыбались друг другу, шутили и самое главное, сосредоточенно работали, словно не порнуху снимали, а какое-то серьезное кино. Да и выглядела она ни чем не хуже снимающихся девчонок. Ничего эдакого в них не было. Ну, ухоженные тела, красивые, слегка подкачанные силиконом груди, упругие животики и привлекательные попки. Что есть в них такого, чего нет в ней? Чуть больше опыта и смелости, и всё. Из-за этого странные мысли начали вертеться в ее голове. Лена почувствовала, что вполне могла бы сделать то, что от нее требует Монти и вполне возможно, даже получила бы от этого удовольствие. Одно только сдерживало и отталкивало от принятия положительного решения — это насилие. Лена не могла простить того, как с ней поступили, что над ней надругались и ее фактически продали в рабство. Будь всё это по взаимному согласию, то не исключено, что она с легкостью вошла бы в кадр и легла бы под любого из стоящих рядом красавцев. И совсем не важно, что об этом подумал бы Андрей. Пусть это стало бы сладкой местью за его измену.