Клетчатая зебра - Дарья Донцова

Овсянкин встал и со словами: «Ускоряюсь!» – быстро вышел.

– Пожалуйста, счет, – пропела официантка, выкладывая на столик чек, – с вас двести рублей. Чайник цейлонского, и молодой человек съел чизкейк.

Я полезла за кошельком, невольно вспомнив слова вдовы следователя Филиппова о «современных мужиках, которые совсем и на мужчин-то не похожи». Конечно, я не разделяю потребительской позиции Людмилы Николаевны, мне никогда не приходило в голову выдавать ни одному из своих супругов точно отсчитанные шестьдесят восемь копеек. Но, согласитесь, Овсянкин мог хотя бы предложить оплатить выпитый нами чай. Сумма в двести рублей никого не разорит. Хотя у него же родились тройняшки, небось любая мелочь у Валеры на счету…

Вознаградив официантку, я порылась в записной книжке, нашла адрес старика Бусыгина, поняла, что он живет совсем рядом, и пошла к машине.

– Дама! – закричала мне вслед официантка. – Мобильный забыли, слышите, звонит!

Я побежала назад к столику и схватила свой негодующий сотовый.

– Фирсов! – заорал из трубки мужчина.

– Вы ошиблись, – ответила я, сунула аппарат в карман, сделала шаг и была остановлена новым вызовом.

– Фирсов! – гаркнул тот же человек.

– Здесь такого нет, – терпеливо пояснила я.

– Фирсов! – не успокаивался дядька. – Фирсов!

Сообразив, что легко от него избавиться не удастся, я попыталась еще раз объяснить ему:

– Вы перепутали номер.

– Нет! Фирсов!!!

– Пожалуйста, назовите набранные вами цифры.

– Фирсов!!!

– Это фамилия, – пропела я, – и она мне не нужна.

– Фирсов! – стандартно отозвался незнакомец.

Я покосилась на трубку. Может, на связи находится попугай? Птичка случайно нажала лапой на кнопки, а мне, как всегда, повезло, выпал мой номер.

– Фирсов, – потребовал попугай, – Фирсов! Пожалуйста, ответьте.

Значит, со мной общается человек, и надо попытаться договориться.

– Назовите набранный вами номер, – терпеливо повторила я.

– Как? – неожиданно спросил мужчина.

– Цифры скажите!

– Зачем? – не успокаивался звонивший.

– Вероятно, вы ошиблись, записывая телефон, – вежливо пояснила я.

– И как их говорить? – заинтересовался собеседник.

Я удивилась вопросу:

– Просто.

– Как? – настаивал незнакомец.

– Ну… раз, два, три, четыре, – пояснила я.

– Ладно, раз, два, три, четыре, – эхом повторила трубка.

В первую секунду я решила, что мужик издевается. Но потом в голову пришло воспоминание. Недавно я заехала в сберкассу, чтобы оплатить счет за электричество. Передо мной стояла симпатичная блондинка, которой тоже требовалось внести некий платеж.

– Не умею заполнять квитанцию, – нервничала она. – Что и куда писать?

– На столе лежит образец, – посоветовала я.

Блондинка кинулась в указанном направлении, живо оформила квиток и сунула его в окошко. Кассирша изучила бумажку, потом заявила:

– Не могу принять платеж.

– Почему? – возмутилась красавица.

Сотрудница сберкассы поправила очки.

– Тут указано: данные плательщика – Иванов Иван Иванович, адрес по прописке Красная площадь, дом один, а подпись внизу – Анна Титова.

– Верно, – пожала плечами девушка, – я и есть Анна Титова.

– Но почему вы назвались Ивановым Иваном Ивановичем? – нахмурилась кассирша.

– У вас так в бумажке на столе указано, – возмутилась блондинка.

Я не сдержалась и захохотала. Девушка просто перекатала образец, занесла в свою квитанцию мифического Ивана Ивановича, проживающего в доме номер один на Красной площади. Уж и не знаю, что на самом деле расположено по данному адресу – Мавзолей, ГУМ или собор Василия Блаженного? Может, и не все анекдоты про блондинок выдумка? Но сейчас-то со мной говорит мужчина. Хотя, вероятно, он тоже блондин.

– Раз, два, три, четыре, пять, – с хорошо слышимым раздражением в голосе повторил незнакомец. – Ну? Сколько еще талдычить? Раз, два, три, четыре, пять! И что дальше?

– Вышел зайчик погулять, – помимо воли продолжила я и быстро выключила телефон.

Некоторое время придется пожить отрезанной от мира. Сделав несколько бесплодных попыток дозвониться до таинственного Фирсова, незнакомец устанет и сообразит: что-то тут не так, надо уточнить номер.

Ну почему сильный пол не любит признавать свои ошибки? Каждый человек способен оплошать, записывая телефон. Так скажи спокойно: «Похоже, я перепутал цифры». Но нет, девяносто девять процентов парней будут отрицать очевидное и бубнить: «Я никогда не ошибаюсь!»

Ни один из моих мужей, оказавшись в незнакомом месте, не соглашался спрашивать дорогу. Как-то мы с Максом заблудились в квартале блочных домов-близнецов. Больше часа Полянский таскал меня по дворам, пытаясь отыскать здание с таинственным номером 19/а10. Сначала я покорно плелась за супругом, потом устала и решила спросить дорогу у женщины с детской коляской, явной аборигенки, которая могла бы нам помочь. Но едва сделала шаг в ее сторону, как Макс зашипел:

– Ты куда?

– Думаю, вон та девушка подскажет, где находится здание, – пояснила я.

– Еще чего! – взвился Полянский. – Разве я похож на идиота? Сам найду. Я никогда не путаюсь на местности!

Следующие полчаса мы бесцельно тыкались в разные стороны, потом Макс обозлился и сердито рявкнул:

– Значит, по-твоему, нужно бежать с вопросами к первым встречным?

– Ага, – кивнула я. – И лучше всего к мамашам, чьи дети вон там копошатся в песочнице.

– Обращаться к этим дурам? – снова взвился супруг. – Да они двух слов не свяжут! С бабами лучше не иметь дела! Ладно, поступлю по-твоему…

Макс ринулся вперед и остановил мужика, который нетвердым шагом брел по тротуару.

– Как пройти к дому девятнадцать дробь а десять?

– «В доме восемь дробь один на проспекте Ильича жил высокий гражданин по прозванью Каланча», – не моргнув глазом, прохожий процитировал бессмертное стихотворение «Дядя Степа» и удалился.

Красный от злости Макс повернулся ко мне.

– Ну? Довольна? Прав был Ходжа Насреддин, утверждавший: «Послушай, что скажет баба, и сделай наоборот».

Тогда я уже знала, что у моего супруга во всех мелких и крупных неприятностях всегда виновата жена, поэтому не стала обижаться и напоминать Максу, что я предлагала пообщаться не с полупьяным дядькой, а с молодыми мамашами, быстро сбегала на детскую площадку, выяснила дорогу и довела Полянского до подъезда. Если хотите попасть в гости, не стоит спорить со спутником, признайте себя глупой блондинкой и молча доставьте супруга в квартиру приятелей. В большинстве случаев лучше действовать решительно. Сейчас, например, требовалось отключить телефон.

Глава 25

Ким Ефимович Бусыгин не спешил открывать. Предположив, что у человека, который вот-вот справит столетний юбилей, плохо со слухом, я начала интенсивно стучать левой рукой в створку, а правой упорно нажимать на звонок. В конце концов открылась дверь соседней квартиры, из нее высунулась старушка в голубой косыночке, прикрывающей крупные бигуди, и ласково сказала:

– Милая, этак ты пальцы отобьешь. И дверь Киму Ефимовичу разломаешь.

Мне стало неудобно.

– Простите, бога ради, но Бусыгин не реагирует.

– А нет его, – охотно вступила в беседу бабуся, – квартира заперта. Слава богу, ее не сдают. А то на третий этаж басурманы въехали, теперь шум и днем, и ночью стоит, газеты пропадают, почтовые ящики жгут, в лифте безобразничают.

– А где Ким Ефимович? – спросила я.

Старушка сообщила.

– Его внук устроил в пансион. Только не подумайте, что Аник старика бросил, хотя имел на то полное право.

– Аник? – поразилась я. – В смысле Анна? Но вы только что сказали, что у Кима Ефимовича внук!

Бабушка округлила глаза, потом заговорщицки мне подмигнула, вышла на лестничную площадку, вынула из кармана упаковку ментоловых сигарет и вкрадчиво сообщила:

– Меня зовут Ляля. Ненавижу отчество, лучше обойтись без него.

– Даша, – представилась и я.

– Покурю потихоньку, пока моих нет, – усмехнулась Ляля. – Дома нельзя дымить, невестка учует и предаст свекровь анафеме. Татьяна у нас за здоровый образ жизни ратует. Хотите за компанию?

Я почувствовала в старушке родственную душу и угостилась из ее пачки, по ходу заметив:

– Аналогичная ситуация сложилась и в нашей семье, я прячусь с сигаретой на балконе. А кто такой Аник?

– Внук Кима Ефимовича. Он по паспорту Анкибу Николаевич.

Я чуть не проглотила сигарету.

– Как зовут молодого человека?

– Анкибу, – вздохнула Ляля. – У Бусыгиных в семье дед командовал. Всех генерал за пояс заткнул, и внука, и дочь, хоть она ему не родная: Нина – ребенок жены Кима от первого брака.

Я попыталась разобраться в сложных семейных связях Бусыгина.

– Ким Ефимович был несколько раз женат?

– Нет, – помотала головой Ляля, – пошел в загс лишь с Анной Марковной. Вот у той от прежнего брака имелась дочь Нина.