Ее грешные избранники - Кассия Брайер

Зейн провел большим пальцем по нижней губе. — Ты думаешь, этот преследователь — один из охотников?

— Я не знаю. Зачем предупреждать меня о приближении охотников, если он сам охотник?

— Ты права, в этом нет никакого смысла. — Зейн провел рукой по своим дредам. — Но у твоего преследователя есть внутренняя информация о тех, кто хочет твоей смерти.

— Сторонний шпион или убийца, который проявил доброту к Эмме? — спросил Лукас.

Я покачала головой. — Зачем убивать мою мать, признаваться в этом, а потом тратить следующие почти восемь лет, защищая меня? Я не понимаю. Я даже не знаю, почему эти люди охотятся за нами.

— Ты пыталась связаться с ними? — Спросил Кейд.

— Да. Один или два раза. — Я невесело рассмеялся. — В первый раз я получила пулю в плечо. Во второй мне вскрыли живот, и я чуть не умерла. — Я провела ладонью по животу. — После этого я сдалась. Они появляются, и я убегаю. Конец истории.

Хотя у меня было еще несколько шрамов, свидетельствующих о том, что временами я убегала слишком медленно.

— Расскажи нам о них, — попросил Зейн. — Все детали, которые сможешь вспомнить.

— Они носят черную кожу. — Я вздрогнула, вспомнив прошлую ночь. — Я знаю, что они ведьмаки, потому что у всех у них есть волшебные палочки, а также другое оружие. Я никогда не видела ни одного из их лиц. Они всегда скрыты магией или, как прошлой ночью, в шлемах. Всегда появляется больше одного человека, чтобы убить нас.

— Что-нибудь еще? — Зейн наклонился вперед, поставив локти на стол. — Важна каждая мелочь.

Я порылась в памяти. — Я больше ничего не знаю. Я даже не уверена, как они нас выслеживают. Все, в чем я уверена, — они убьют вас, чтобы добраться до меня. Они делали это раньше и сделают снова.

Лукас фыркнул. — Нас не так-то просто убить.

— Я думал, ты ненавидишь нас, — сказал Кейд, улыбаясь. — Почему тебя это волнует?

— Я… Я не хочу, чтобы на моих руках было больше крови. — Я посмотрела в его яростные глаза. — Люди погибли, пытаясь защитить меня. Я не позволю этому случиться снова. Вот почему мне нужно уехать. Сейчас.

— Ты хочешь уйти, чтобы наши смерти не были на твоей совести. — Черты лица Кейда ожесточились. — Хорошо. Уходи. Я знал, что ты принесешь нам только еще больше неприятностей.

Я открыла рот, чтобы ответить, но то, что он сказал, было справедливо. Неприятности — вот что я им принесла.

Заговорил Зейн, вновь привлекая мое внимание. — Ты не уйдешь, и это окончательно.

— Почему? Почему вы не отпускаете меня? — Я стиснула зубы.

— Потому что ты принадлежишь нам. — Взгляд Зейна вспыхнул. — Мы защищаем то, что принадлежит нам. Ты наша, и этого не изменишь.

— Ты готов умереть, чтобы удержать меня? — Я нахмурилась в замешательстве. — Почему? Гарантирую, от меня больше проблем, чем я того стою.

Лукас поймал мой взгляд, в его взгляде была напряженность. — Ты понятия не имеешь, чего ты стоишь.

Я взглянула на них троих. Почему я была призом, ради которого стоило рисковать их жизнями? И снова возникло ощущение, что здесь кроется большая тайна. Была ли я ключом к чему-то, в чем они нуждались? Конечно, нет. Я была никем.

Моя челюсть задвигалась. Я так устала быть пешкой в собственной жизни, которую держали в неведении обо всем. Охотники хотели моей смерти, и я не знала почему. Мой преследователь, казалось, был одержим желанием предупредить меня, и я не знала почему. Эти люди хотели удержать меня здесь любой ценой, и я не знала, почему. Это было так чертовски неприятно!

— Мне нужны ответы, — сказала я, и три пары челюстей сомкнулись. — Отлично. Тогда идите на хрен. — Я встала и направилась к двери. Я дала им шанс. Если их сейчас убьют, это будет их собственная чертова вина.

Я потянулась к дверной ручке и замерла, уставившись на свою руку. Татуировка. Я обернулась. Если они настаивали на том, чтобы попытаться защитить меня, им понадобилась бы вся помощь, которую они могли бы получить.

Подняв руку, я указала на место между большим и указательным пальцами. — У парня прошлой ночью была татуировка прямо здесь. Она была сделана черными чернилами. Стилизованная буква V с уроборосом вокруг нее. Я никогда не видела такого раньше. Я не уверена…

Зейн напрягся, Лукас зарычал, а Кейд нахмурился еще сильнее.

— Вы знаете что она значит, — заявила я, оценивая их реакцию. Волна предвкушения прокатилась по моему нутру. Я, наконец, собиралась получить еще один кусочек головоломки. — Кто они? Скажите мне.

Ответил Кейд ровным тоном. — «5-тый Круг». Я был прав. С таким же успехом ты могла обрушить на нас Ад.

«5-й круг»… Они упоминали о них раньше. Брайон Векс был их лидером. — Почему темные ведьмы хотели моей смерти?

Лукас и Зейн обменялись обеспокоенными взглядами.

— Скажите мне! Черт возьми, мне нужно знать. — Они хотели, чтобы я умоляла? Я бы умоляла за эту информацию. Вся моя жизнь, каждое решение находилось под влиянием этих людей из «5-того Круга». Они отняли у меня все и разрушили детство Ориона. Я хотела их смерти. Но с начала, мне нужно было знать, кто они такие.

Зейн встал, положив руки на стол. «5-тый Круг» — подпольная организация темных ведьм. Их миссия состоит в сохранении чистоты пяти сверхъестественных видов — ведьм, оборотней, фейри, вампиров и универсальной категории различных типов животных-перевертышей. Хотя я считаю, что они существуют уже несколько столетий, их активность резко возросла после гибели «Тромары».

Невольная дрожь пробежала по мне при слове «Тромара». Десятилетия назад «Тромара» правили сверхъестественными существами на этом континенте. Они пировали за счет магии и душ других, чтобы стать невероятно могущественными и почти бессмертными.

Все сверхъестественные существа узнавали о нашей истории с «Тромарой» в академии. Не дай бог нам когда-нибудь забыть их тиранию.

— Ладно… — Сказала я, возвращаясь к настоящему. Я не понимала, к чему клонит Зейн. Все «Тромары» были мертвы.

— Они охотятся и убивают мерзостей, — сказал он. Когда я нахмурилась, он уточнил: — Гибридов.

Я в замешательстве хмурю брови. — Гибридов не существует. Я имею в виду, «Тромара» раньше брали разные сверхъестественные виды и смешивали их вместе, но…

— Я говорю не о них. Настоящие гибриды существуют, Эмма. Прирожденные. — Зейн склонил голову набок. — Давай возьмем пример, когда у ведьмы и вампира рождается ребенок. Обычно доминирующая ДНК определяет, что ребенок будет либо ведьмой, либо вампиром, но не обоими сразу. Я бы сказал, что в девяноста девяти и девяти десятых процентах таких пар дело обстоит именно так.