История древнего мира. Восток, Греция, Рим - Владимир Никишин

В XVIII–XVII вв. до н. э., как показывают данные раскопок, происходит массовое смещение племен через Кавказ на юг, по маршруту Предкавказье – Северный Иран – далее на восток вплоть до Инда. Решающую роль в этом переселении сыграли, по-видимому, протоиндоарии Предкавказья; на своем пути они разоряли аборигенов Ирана и гнали их перед собой; те, смещаясь на восток, теснили друг друга и вызывали новые цепные переселения. В итоге возникла полоса индоарийского расселения, простиравшаяся от Кавказа через северо-центральный Иран и Афганистан до рубежей Индии, которых достигли передовые отряды индоарийской миграции.

По дороге некоторые группы индоариев отстали от основного потока; в частности, одна из них попала на Армянское нагорье и поселилась на Верхнем Евфрате, у рубежей Верхней Месопотамии, где ее и фиксируют под названием «воины манда» переднеазиатские источники XVIII–XVII вв. до н. э. (в науке они известны как переднеазиатские арии). Отсюда арии-манда, вступая в симбиоз с хурритами, глубоко проникают в Переднюю Азию. За верхнеевфратской областью ариев сохранилось название Манда, и правивший ею много веков спустя армянский княжеский род назывался по ней Мандакуни. Другая часть индоариев так и осталась в Предкавказье и существовала там еще в античную эпоху (как показали исследования О. П. Трубачева, реликтовыми индоариями были хорошо известные по античным источникам синды и меоты).

В результате во второй четверти – середине II тыс. до н. э. зона протоиндоарийского расселения лежит в основном к югу от линии Кавказ – Каспий, а протоиранская – к северу от этой линии. В это время их языки и разошлись окончательно. Для степи это время существования двух главных археологических культур – многоваликовой в степях к западу от Урала – Волги и андроновской на территории Казахстана; последнюю надо приписывать общеиранскому этнокультурному единству.

В XVI/XV–XIV вв. до н. э. происходит второе крупное переселение древних ариев примерно по тому же циркумкаспийскому маршруту, что и первое: андроновские племена продвигаются из-за Волги на запад и, смешиваясь с местными племенами, образуют здесь особую срубную культуру (в то время как к востоку от Волги продолжается собственно андроновская традиция). Одновременно ираноязычные племена распространяются из-за Кавказа в северо-западный и северный Иран (принося с собой начало железного века в Иране и характерную серую керамику), а оттуда – на восток вплоть до позднейшей Бактрии (само название которой означает по-ирански «восточная страна», так что сюда иранцы пришли с запада) и долины Амударьи. Вероятно, именно под их постепенно усиливающимся давлением индоарии и смещаются в Северную Индию в XIV–XIII вв. до н. э. В Иране индоарии были в основном вытеснены или ассимилированы своими пришлыми ираноязычными родственниками, хотя на стыке их ареалов сохранялась широкая полоса чересполосного иранско-индоарийского существования и симбиоза.

В итоге этого второго цикла арийских миграций расселение ираноязычных племен приняло следующий вид, сохранявшийся в общих чертах в конце II – начале I тыс. до н. э. К востоку от Урала и Волги обитали носители андроновской культуры – предки скифо-сакских племен, известных прежде всего по античным данным, и племен «тура», о которых повествует «Авеста». К западу от Урала и Волги обитали носители срубной культуры, которых греки обобщенно именовали киммерийцами. Большая часть западно-центрального и северного Ирана была занята общностью, из которой позднее вышли мидийские и персидские (западноиранские) племена.

В регионе Амударьи – Хильменда обособилась группа племен, известная в науке под названием авестийских ариев (сами себя они называли «арья», свою территорию – Арйанам-Вайджа, т. е. «Простор Ариев», и Арйошайана, т. е. «Страна Ариев»). Именно с ними происходили события, отраженные в «Авесте», ядро которой формировалось в их же среде. Авестийские арии были потомками передовой части того же миграционного потока, основная часть которого, оставшаяся в центральном Иране, была представлена мидо-персидскими племенами. Однако авестийские арии, продвигаясь на восток, оторвались от своих западноиранских родственников и оказались отделены от них областями юго-восточного Прикаспия с аборигенным неиранским населением и соляной пустыней Дешт-и-Кевир. Это не позволяло авестийским ариям поддерживать контакт с ираноязычными племенами плато, и в следующие века их история развивалась двумя независимыми потоками.

В результате постепенной ассимиляции аборигенного населения Ирана ираноязычными племенами все пространство между Тигром, Индом и Амударьей около середины I тыс. до н. э. стало именоваться Арйана. Поздней формой этого слова и является современное Иран.

Для ранних иранских обществ характерно одно и то же, восходящее к общеиндоиранской практике деление на три наследственных сословия – жрецов, воинов и рядовых общинников – скотоводов и земледельцев. В племенных союзах подобные роли часто играли целые племена: так, в союзе мидян жреческие функции были монополизированы племенем магов (откуда пошло европейское значение этого слова).

Согласно религиозным представлениям индоиранцев боги четко делились на два класса – дайвы и ахуры (индийск. асуры), в какой-то мере противопоставленные друг другу (такое деление известно во многих мифологиях, в том числе шумеро-аккадской). К концу II тыс. до н. э. у индоариев, а независимо от них и у иранцев это деление было осмыслено как ценностное: боги одного из классов стали рассматриваться как «добрые» (распространяющие радость, жизнь, созидание), а другого – как «злые» (насаждающие смерть, страдания и разрушения). При этом иранцы расценили ахур как добрых богов, а дайвов – как злых, а индоарии – наоборот. Соответственно, наиболее могущественные и однозначно благодетельные боги зачислялись разными народами в разные категории (например, Митра, бог Солнца, у иранцев относился к ахурам, у индоариев – к дайвам).

Иран в первой половине I тыс. до н. э. Мидийская держава

Первая половина I тыс. до н. э. была временем нарастающей иранизации аборигенного населения и на западе, и на востоке. На основе взаимодействия пришлых иранцев с местными кутийско-каспийскими племенами к началу IX в. до н. э. в долине р. Кызыл-Узен и сопредельных областях сложился мидийский союз племен, занимавший центр ареала ираноязычных племен нагорья. Области прочих этих племен, живших к западу, югу и востоку от мидян, получали поэтому названия от иранского корня «парс» (досл. «бок»), т. е. «окраинная земля»: Парсуа в долине р. Дияла, Парса-Персия, лежавшая при Загросе, между Мидией и Эламом (именно ее население вошло в историю под именем персов), и Парта-Парфия в предгорьях Копетдага.

История мидян и всего Западного Ирана в течение нескольких веков сводилась в основном к обороне от ассирийских нашествий. В 834–788 гг. до н. э. ассирийские войска систематически вторгались на территорию мидян; к концу этого периода, при Семирамиде (Шаммурамат) и Ададнерари III (810–783 гг. до н. э.) Ассирии покорялись все земли региона вплоть до Каспия и Дешт-и-Кевира. Лишь резкое ослабление Ассирии под ударами Урарту привело к быстрому освобождению мидян. Новая череда ассирийских походов (744–713 гг. до н. э.) привела к вторичному включению Мидийского союза и соседних областей в Ассирийскую державу, причем на это раз уже в виде провинций.

На востоке, при Амударье – Хильменде, в начале I тыс. до н. э. сложилась ранняя держава авестийских ариев. Ее цари носили титул «кави» (первоначально – верховный жрец, руководитель общинного культа и тем самым всей общины). Оседлые авестийские арии принуждены были вести постоянные войны против совершавших на них набеги с севера кочевников тура, потомков андроновских племен. Воспоминания о царях авестийских ариев (т. н. «кейанидах») и их борьбе с тура образуют один из важнейших содержательных пластов «Авесты». «Линия фронта» этой борьбы, пролегавшая между Амударьей и Сырдарьей, известна археологически как граница между южным и северным вариантами раннежелезного века Средней Азии. Авестийские арии направляли свои походы и на запад, против неиндоевропейских аборигенов юго-восточного Прикаспия, но не добились здесь успеха; в конце концов эти области были иранизированы со стороны нагорья.

Резкую грань в истории и запада, и востока Ирана образовало цепное переселение степных кочевых иранцев, начавшееся около третьей четверти VIII в. до н. э. Эпицентром его стали районы Алтая и Тянь-Шаня. В ходе этих миграций кочевники-тура разгромили державу авестийских ариев, распавшуюся на несколько осколков (крупнейшим из них было Бактрийское царство, считавшееся в VI в. до н. э. одной из великих держав Азии). Но и сами тура навсегда исчезли из истории, смененные новой, скифо-сакской волной ираноязычных кочевников.