Затерянное небо, книга 1 - Александр Баренберг

Начав сжатый рассказ о своей военной карьере, Павел незаметно для себя увлекся и, отхлебывая вина, поведал в подробностях несколько захватывающих историй из славного боевого прошлого. Я с интересом узнал о опаснейших рейдах по нахождению уничтожению гнездовищ гигантских птеродактилей и других хищных рептилий в окрестностях поселений, представлявших смертельную угрозу для их населения. Именно это и составляло основную работу разведгрупп, а вовсе не схватки с дикими и немцами. А я-то еще недоумевал — как обитатели коммуны умудряются спокойно заниматься сельским хозяйством, при такой-то насыщенности воздушного пространства летучими гадами? Оказывается, у птеродактилей, ввиду хреновой аэродинамики перепончатого крыла, довольно ограниченный "боевой радиус". И достаточно уничтожить их гнезда на расстоянии двух десятков километров от поселения, чтобы обезопасить работающих на полях крестьян от атаки сверху.

Правда, рептилии регулярно пытаются вернуться на "освобожденную" территорию. А в их отсутствие начинают активно плодиться ранее истребляемые крылатыми наземные хищники. Так что работы у спецназа Коммуны всегда в избытке. Даже без немцев. Ведь Древние, например, и с уничтожением гнезд справиться не смогли, поэтому и занимаются, в основном, охотой, а не земледелием. Гнездовища расположены в труднодоступных местах, к тому же хорошо просматриваемых с воздуха. А птеродактили живут небольшими стаями и в районе "базирования" всегда есть кто-нибудь из "взрослых". Яйца их чрезвычайно прочны, просто так, с ходу, не разобьешь. А если надо уничтожить сразу несколько десятков за считанные минуты? Задача не простая и решается обычно применением взрывчатки. Только ее еще в гнездо затащить надо...

Впечатленный занимательным рассказом, я долго расспрашивал отставного разведчика о подробностях боевых операций в джунглях, о применяемом разведчиками оружии и тактике. Услышанное настолько заинтриговало, что захотелось самому поучаствовать в таком рейде. Тем более что я уже самонадеянно считал себя опытным "джунглепроходцем" и "ящероубивцем". Таким образом, разговор от воспоминаний ветерана войны с лесными чудищами вернулся к текущим делам. И мы сразу вспомнили, что имеется куда более страшный враг, чем зубастые, но тупые, как пробка, рептилии.

Выяснилось, что если обнаруженные поселения Древних вражеские дирижабли обычно просто забрасывали бомбами, спуская затем штурмовые группы для окончательной зачистки, то жителей коммуны немцы предпочитали захватывать в плен. Видимо, в Империи катастрофически не хватало рабочих рук. Очень немногочисленные счастливцы из захваченных пленных, которым удалось бежать и добраться домой невредимыми, рассказывали страшные вещи. Рабы, содержавшиеся в типичных концлагерях, использовались нацистами в основном для расчистки джунглей, добычи сырья и на прочих черных работах. В лагерях находились пленники с разных концов суши, до которых дотягивались дирижабли противника, в том числе и из неизвестных русским народностей, из полудиких поселений, а также из многочисленного северного пещерного народа, ошибочно принятого мной за гномов. Но эти, обычно, трудились на более привилегированных работах, а нередко вообще являлись бригадирами и надсмотрщиками над группами "нормальных" пленников. Отношение к рабам было крайне жестким, убивали за малейшую провинность. Учитывая и так не слабые опасности, грозившие работавшим в диких джунглях людям, смертность среди рабов превосходила самые страшные предположения. Но, судя по царившим там порядкам, хозяев лагерей это волновало мало. Образовывать семьи и размножаться рабам также было строжайше запрещено, их явно рассматривали как вынужденный компромисс между желанием очистить планету от низших рас и потребностью Империи в рабочих руках.

Я попросил рассказать подробнее о тактике захвата пленных и вооружении отрядов противника. Выяснилось, что немецкие солдаты поголовно вооружены огнестрельным оружием, причем большая его часть — еще из привезенных с собой запасов. По некоторым признакам можно было предположить наличие в точке Переброса большого склада вооружений и боеприпасов. Повезло фашистам, короче. Хотя, конечно, только изначального запаса хватить до сегодняшнего дня никак не могло, но пришельцы сумели организовать производство какого-то вида бездымного пороха и боеприпасов для своих штурмовых винтовок и пистолетов-пулеметов, а также для снаряжения сбрасываемых с дирижаблей бомб. Ручные гранаты тоже изготовлялись здесь. В общем, насколько удалось понять, штурмовые группы противника были снаряжены примерно как среднее пехотное подразделение Вермахта году так в сорок четвертом. То есть, у вооруженных луками и копьями союзников при встрече с имперской штурмовой группой шансов - ни малейших. Даже при многократном численном превосходстве. Разве что при действиях из засады...

Павел, в основном, подтвердил мои выводы. Хотя и у русских бойцов порох имелся. Правда, только черный, но для изготовления ручных гранат и разрывных головок для стрел вполне подходивший. Также применялось и минирование. А вот даже простенький миномет у умельцев Коммуны пока не выходил. Впрочем, в условиях боев в густых джунглях его полезность виделась крайне сомнительной. По крайней мере, противник ничего подобного не применял, тоже, видимо, считая излишеством. Стрелковое оружие у русских подразделений включало в себя луки и арбалеты. Последние применялись в основном из засад. Пытались построить и большие стрелометы для стрельбы по дирижаблям, но безуспешно. Так что зенитных средств в распоряжении союзников не имелось. Большое упущение! Ведь дирижабли - основное средство, позволяющее противнику распространять свою экспансию на все три местных континента. Пожалуй, придется взяться за создание союзнических ВВС. Других-то специалистов, кроме меня, для этого в округе не просматривается. Среди русских "переселенцев" (я специально поинтересовался у Павла) людей, связанных с авиацией, не оказалось, да и ресурсы явно на первых порах не позволяли замутить что-либо подобное. А следующие поколения вообще с трудом представляли себе, что такое самолет.

Вот что такое дирижабль — вполне представляли, благо регулярно наведывающихся из-за горизонта "наглядных пособий" хватало. Но его построить тоже затруднялись, хотя и было пару попыток. Основная проблема, конечно, двигатели. Товарищ посол был человеком явно гуманитарной направленности, поэтому не смог обрисовать мне достижения промышленности Коммуны более-менее внятно. Я только понял, что несколько примитивных паровых турбин им удалось собрать. Короче, надо смотреть на месте.

Об этом я и сказал Павлу. Тот, конечно, радостно согласился и сообщил, что уже завтра можно будет отправиться в главный поселок Коммуны, носивший пахнувшее на меня ностальгией по детству название Ленинск. Логично, чего уж там... Добираться, правда, придется около десяти дней, ну да ладно. Хотя мне лететь, несмотря на все еще ноющие мышцы, понравилось больше, чем топать ножками. На этом, совершенно измученные, мы и завершили беседу.