Неотразимая - Конни Брокуэй

Кто-то из матросов последовал примеру Томаса и тоже спрыгнул в воду. Вскоре Фиа увидела, что делают они это не из озорства. Они схватились за концы длинных веревок, прикрепленных к обеим сторонам шлюпки, и поплыли к берегу. Проделав почти половину пути, они встали на ноги и начали подтаскивать шлюпку к суше. Те же, кто был еще в шлюпке, помогали им веслами, чтобы преодолеть течение. Когда до земли оставались считанные ярды, все матросы выпрыгнули из шлюпки и за веревки подтащили ее к самому берегу.

Неожиданно из-за валунов вышел настоящий гигант и по-шотландски приветствовал высадившихся на берег. Клетчатая накидка, национальное шотландское одеяние, была наброшена у него на плечи.

За великаном появилась кляча, впряженная в большую повозку.

Фиа осмотрелась. Они находились на узкой песчаной полосе у основания высокого утеса. В этом месте берег был усеян огромными валунами, которые скрывали полоску песка, так что увидеть ее с моря было невозможно. Отличное место для контрабандистов. И сам громила, неожиданно появившийся здесь, удивительно вписывался в пейзаж. В нем было что-то смутно знакомое.

– Джейми, – позвал Томас. В голосе его послышалась неподдельная радость, а лицо озарила искренняя улыбка.

Громила подошел к Томасу и опустился на колено. В его рыжих волосах пробивалась седина. Он поднес руку Томаса ко лбу. Даже с расстояния десяти шагов, которое их разделяло, Фиа почувствовала тяжелый запах, исходивший от этого громилы.

– Милорд, – пробормотал гигант, – вас не было так долго. Мы рады, что вы вернулись домой.

Томас рассмеялся. Смеялся он сердечно и заразительно.

– Ну, если мое отсутствие научило таких язычников, как ты, послушанию, мне, наверное, надо отправиться в плавание вокруг Африки, чтобы окончательно приручить остальных.

Фиа в изумлении уставилась на Томаса. Его шотландский акцент звучал совершенно естественно, казалось, он всю жизнь только так и говорил. Фиа знала, что он наполовину шотландец, но никогда раньше не слышала, чтобы он говорил на этом языке. Слова слетали с его уст легко и свободно.

– Да какой же вы хозяин, сэр, – заговорил Джейми, – в отличие от меня вы ведь свое звание нисколько не почитаете. Вам не удастся помешать мне выразить свое почтение...

Неизвестно, что собирался он сказать дальше, но в это мгновение Томас с размаху ударил его ногой в плечо, и громила, потеряв равновесие, растянулся на песке. Для него удар оказался полнейшей неожиданностью. Однако он мгновенно вскочил и горой навис над Томасом.

– Ну, Томми, держись, я научу тебя уважать старших!

– Попробуй, ты, вонючий козел, – улыбнулся Томас в ответ.

Матросы, стоявшие неподалеку, оживились в предвкушении драки и окружили Томаса и Джейми полукругом. Сердитое выражение, которое за мгновение до этого появилось на лице Джейми, теперь исчезло, и он уже улыбался в предвкушении борьбы. Судя по лицу Томаса, он испытывал те же эмоции.

– Два падения из трех? Оба плеча на земле? – спросил Томас.

Фиа взглянула на огромную фигуру Джейми, на мощные руки, толстые ноги. Да он же убьет Томаса!

– Отлично.

– А, по-моему, нет! – Боже милостивый, неужели это произнесла она?

Томас и Джейми одновременно посмотрели на нее. У них на лицах было написано одинаковое изумление, не меньшее, чем если бы заговорила сама шлюпка.

– А это еще кто? – удивился Джейми. – Матерь Божья, ты же не сказал мне, что приехал с невестой. Господь знает, как долго мы ждали этого дня...

– Нет, – ответил Томас, – она не моя невеста. Она...

–...его пленница, – закончила Фиа. Она судорожно обдумывала, как использовать сложившуюся ситуацию себе на пользу и во вред Томасу. Похоже, что этот нечесаный и немытый верзила относится к Томасу с уважением. Какое-то время Джейми пристально рассматривал ее, а затем повернулся к Томасу:

– Так скажи мне, кто это? Ока англичанка?

Томас кивнул, лицо его было непроницаемо. Джейми с облегчением вздохнул.

– А-а! Так, значит, ты привез эту сучку из Англии, отнял ее у английских кобелей? Молодец, Томми! Ты как, уже спал с ней? – Фиа едва не пропустила ответ Томаса, так она была увлечена изучением Джейми. – Что ж, может быть, оно и к лучшему, – продолжил тот. – Ишь какая штучка! От таких можно подцепить все, что угодно. Уж поверь мне.

– Как вы смеете! – возмущенно воскликнула Фиа.

– Джейми, помолчи. – Томас был чернее тучи. Он подошел к шлюпке. – Это... леди Макфарлен.

– Макфарлен? Имя-то не английское...

– До замужества я была... – Фиа вскинула подбородок.

– Здесь никому не интересно, кем вы были до замужества, – резко прервал ее Томас, бросая предупредительный взгляд.

– А мне интересно, – возразил Джейми. – Если ее будет разыскивать муж-шотландец, то мне об этом лучше знать заранее.

– Никто не будет ее разыскивать, – заявил Томас. Он не хотел, но его слова, подобно острой стреле, невольно укололи Фиа. – Она вдова. Муж ее был шотландцем. – Томас повернулся к Фиа, все еще стоявшей в шлюпке, и приподнял ее. – Мы остановимся в доме.

Фиа удивило, что он выделил слово «дом». Удивило так, что протесты замерли у нее на устах. Томас поудобнее обнял ее, и Фиа невольно ухватилась за него. Ей показалось, что он сейчас ее бросит.

– В доме? – повторил Джейми, переводя взгляд то на Томаса, то на Фиа.

– Да. И передай миссис Макнаб, чтобы она во всем помогала леди Макфарлен.

– Мне не нужно помощи ваших слуг, – огрызнулась Фиа.

Томас усмехнулся:

– Ах да! Конечно! Вы ведь во всем полагаетесь только на себя, я и забыл. И обед вы выплевывали только для того, чтобы я был рядом с вами.

– Неправда! – вырвалось у Фиа. Кровь прилила ей к лицу. Джейми от души рассмеялся. Фиа попыталась выйти победительницей из создавшегося положения единственным известным ей способом. Голос ее опустился октавой ниже, теперь он звучал как мурлыканье. – Возможно, я действительно хотела, чтобы вы были рядом со мной. – Она провела пальцем по его груди, прежде чем закончить свою мысль. – Разве мои усилия оказались тщетны и ни к чему не привели?

– Да она храбрая, твоя англичанка, – проговорил сквозь смех Джейми, его огромное тело сотрясалось от хохота. Томас невольно улыбнулся.

Все же она тоже шотландка. Она родилась и выросла здесь, поэтому ей хотелось сейчас возразить Джейми, хотя для самой Фиа оставалось загадкой, почему она так жаждет этого. Сама она никогда в жизни ни в мыслях, ни на словах не отождествляла себя ни с кем: ни с англичанами, ни с шотландцами. Она всегда думала о себе как о дочери Карра. Но здесь, сейчас... Она обвела взглядом утесы вдали. Там когда-то высился замок Уонтон-Блаш. Она хотела увидеть то место, где он когда-то стоял.