Заноза для драконьего военачальника (СИ) - Маш Диана

Не знаю, чего я ожидала. Шика, блеска и золотых простыней? Ничего подобного тут не наблюдалось. Деревянный стол, стул, небольшая тумба и кровать. Казалось, в воинской казарме и то поуютнее.

Удовлетворив любопытство, я собралась уходить, но за дверью послышались шаги. Сердце тут же прыгнуло в пятки, а глаза стали размером с блюдца.

Что делать? Куда бежать?

Страх быть застигнутой в чужой спальне оказался сильнее здравого смысла. Решив, что под кроватью всяко больше места, чем под столом, я опустилась на четвереньки, протиснулась под нее и потянула к полу свисавшую простыню.

Как раз вовремя. Раздался скрип открываемой двери, а затем голоса.

— Ваше высочество, не уделите мне минутку? — создатель, неужели это принцесса Петра? О чем она только думала, заявляясь в одиночестве, в комнату неженатого мужчины?

Мысли о том, что я сама тут делаю, я решила оставить на потом.

— Конечно, — в голосе генерала мне послышалась усталость. Затем раздался громкий кашель. За ним последовал скрип отодвигаемого стула, и в поле моего зрения появились женские туфельки и мужские сапоги, — чем могу быть вам полезен?

Моих волос что-то коснулось, но прежде, чем я успела запищать, на плечо взобрался мой фамильяр. Сверкнув глазами и приложив палец к губам, я призвала Мауса к тишине и приготовилась… подслушивать.

— Вы знаете, я прибыла в Виверн с определенной целью… — кто бы сомневался! — надеялась, что вопрос нашего бракосочетания решится еще на балу, но его величество посвятил меня в ваши дела, попросив подождать. Я ждала. Целый день. И, раз уж вы закончили свою работу, может обсудим детали свадьбы?

Я так сильно скрипнула зубами, что Маус перевел на меня осуждающий взгляд.

— Петра… простите, что заставил вас ждать. Сожалею, что не предупредил заранее о своих планах и намерениях… — последние слова Вермакс произнес практически шепотом.

Внезапно дно кровати прогнулось, чуть не приплюснув меня к полу. Застучали каблучки, и раздался взволнованный голос принцессы:

— Ваше высочество? Что с вами? — пауза в два сердечных стука и, последовавший за ней громкий визг, — на помощь!

Страх быть пойманной с поличным схлынул как не бывало. На его место пришла тревога за мужчину, чувства к которому были сильнее всего на свете. Не задумываясь о последствиях, я ранула из-под кровати.

Увидев меня, Петра запрыгнула на стул и разразилась еще большим криком.

— Помогите, убивают!

— Помолчите, пожалуйста, — шикнула я на нее, и бросилась к постели, на которой без сознания лежал генерал шан Ро.

Парочка простых манипуляций, которым нас обучали на занятиях по целительству, выявила поверхностное дыхание, не реагирующие на свет зрачки, и мелкую красную сыпь на лбу и шее.

Матильда Одноглазая, проклятая хворь проникла в замок!

Глава 53. В ожидании чуда

Неделю спустя

Очень хотелось спать.

Я уже час клевала носом, то проваливаясь в дрему, то выныривая из нее, и непонятно что было тому причиной. То ли ритмичное поскрипывание кресла-качалки, то ли занудный текст лежавшего у меня на коленях манускрипта, то ли витавший в воздухе запах лекарств. А может все дело в том, что я не помню, когда в последний раз смыкала глаза?

Да какая, в общем-то, разница?

Поправив сползшую к подбородку повязку, я перевела взгляд на лежавшего на кровати мужчину.

Вроде бы, прошла неделя, и мне пора привыкнуть, а я не могла. По-прежнему хотелось плакать, трясти его за плечо, умоляя открыть глаза, вынырнуть из мертвецкого сна, в котором он пребывал, казалось, целую вечность.

И не важно, что я уже пробовала, и это не помогает. Видеть Вермакса таким, как сейчас, было больнее всего на свете. Красивое лицо осунулось, щеки покрылись жесткой щетиной. Тело сотрясала мелкая дрожь, изо рта вырывалось хриплое дыхание, а ладони, что я часто сжимала в своих, были мертвенно-холодны.

Его жизнь поддерживало только одно известное нам лекарство — эликсир Леты, вливающий дополнительную энергию в организм. Он, вкупе с силой и молодостью пациента, должен был помочь дракону выкарабкаться из лап смерти. А пока мы могли только ждать и молить создателя о милости.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ждать. Как я ненавижу это слово.

— Круги под твоими глазами размером с луну, — заворчал сидевший на прикроватном столике мышонок, — и запах не лучше. Прими душ, поешь и выспись уже. От твоих тяжелых вздохов лучше ему не станет.

Поешь, выспись. Но как, если кусок в горло не лезет, и сон не идет?

— Я слежу за его состоянием. Вдруг ему станет хуже?

— И что ты сделаешь? Станцуешь чечетку? У нас нет лекарств от этой заразы, а ты, находясь здесь, подвергаешь себя ненужному риску.

Самое обидное, что Маус был прав. Его слова изо дня в день повторяли все — и король, что навещал своего отпрыска каждый час, и Лета, которой, помимо генерала, приходилось лечить двух его заболевших воинов и половину Арентала в придачу.

От невеселых мыслей меня отвлек скрип двери.

А вот и она! Легка на помине.

— Так и знала, что увижу тебя здесь, — подойдя к постели шан Ро, ведьма коснулась его лба, — никаких изменений.

— А что с Витто и Пипином?

— То же самое. За ними сейчас ухаживает Кьяри. Отличный целитель, за исключением того факта, что он ходячее бедствие.

Я не сдержалась и прыснула в кулак.

— Что он опять натворил?

— Попал пальцем в глаз.

— Создатель! Кому? — мой смех тут же сошел на нет.

— Сам себе. Я же говорю — ходячее бедствие! Я нанесла живительную мазь, так что все с ним будет в порядке. Тебе, кстати, поспать не мешает. Иди, я тебя сменю. Не хочу ставить рядом еще одну кровать и бороться уже за твое здоровье.

— Но я не больна, — возразила я.

— Пока не больна. Истощишь организм и сляжешь.

— Я ей то же самое талдычу, — поддакнул ей Маус, — но она как будто не слышит.

— Ну, хорошо, хорошо, — я подняла руки, прерывая их ворчание, — я сделаю перерыв на час и посплю. Но сначала мне нужно задать вам вопрос по поводу дознавателей, что служили в Виверне до меня.

Лета пододвинула к себе свободный стул и села рядом.

— Не знаю, смогу ли помочь. Я была знакома только с Роберром, а он уже лет пять как отдал создателю душу.

— Но что именно с ним произошло? Я не нашла упоминания ни в одной книге. Все только говорят о его кончине, но, если верить библиотечным данным, мужчина был не стар.

— Да, Роберру было около тридцати. Да и умер он при очень странных обстоятельствах.

— Это каких же?

— Упал с крыши замка, — ответила Лета, а я, не сдержав удивления, прикрыла ладошкой рот, — его нашли утром. Вернее то, что от него осталось. Следов преступления не было, и все списали на несчастный случай. Правда, поговаривали, что за день до смерти, он бегал по замку, как сумасшедший, и кричал о какой-то катастрофе. Многие до сих пор уверены, что он сошел с ума и сам свел счеты с жизнью.

— Хм, это сосем не вяжется с моей теорией, — задумалась я, — значит, должен быть кто-то еще. Но откуда в Виверне столько магов с даром некромантии?

Я говорила про себя, но и Маус, и Лета прислушивались к моим словам, хоть и не понимали ничего из сказанного.

— Мне кажется, — покачала головой Лета, — что ты ошибаешься. Дар этот очень редкий, и дается не всякому. В любом случае, я советую тебе поспать, и уже со свежей головой щелкать свои задачки.

Устало выдохнув, я кивнула. Поднявшись с кресла, я склонилась над Вермаксом и коснулась ладонью его волос. Будто поправляя, а на самом деле мысленно просила его открыть глаза.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Никакой реакции.

Только я собралась уйти, как запястье сдавило словно тисками. Меня рванули вперед, и я распласталась на обнаженной мужской груди.

Громко ахнув, я резко подняла голову, и утонула в омуте желтых, змеиных глаз. Хриплый бас разорвал напряженную тишину.

— Тебе мало моих снов? Даже после смерти преследуешь?