Группа особого назначения - Михаил Нестеров

Для Аксенова такая вещь была очевидной. Он неоднократно видел, как приветствуют мэра начальник новоградской милиции и его зам.

– Естественно, – продолжал Баженов, – у этой организации был руководитель. Когда неожиданно выяснилось, что «Щит» не имеет к МВД никакого отношения (за исключением указа министра), а является чисто криминальной структурой, – полковник натянуто улыбнулся, – со всеми вытекающими отсюда полномочиями, глава «Щита» также неожиданно распрощался с жизнью. Причем так профессионально, что не вызывало никакого сомнения, что к этому приложил руку кто-то из самого «Щита». Есть веские причины утверждать, что это работа отряда особого резерва, имя командира которого до сей поры остается неизвестно.

Еще одна безрадостная история, подумал Аксенов. Везет как утопленнику.

В кабинете снова раздался телефонный звонок. Следователь поднял и положил трубку. Потом потянулся к вилке и отсоединил аппарат. За это время Баженов успел прикурить очередную сигарету. «Палит как на улице», – заметил хозяин кабинета.

– Теперь несколько слов о структуре этого подразделения, – после непродолжительной паузы сказал Баженов. – Там было все как полагается: разведка, контрразведка, отдел планирования, группа дискредитации и вербовки сотрудников правоохранительных органов, группа особого резерва, о которой я упомянул. Последняя осуществляла силовые акты, но исчезла из поля нашего зрения. Глава «Группы «Щит», распрощавшийся с жизнью, с самого начала поставил все на свои места. С «внешним» миром его связывали два человека. Как выяснилось впоследствии, одним из них оказался полковник милиции. И этот также отдал богу душу. Как таковая организация перестала существовать, но все же можно предположить, что через определенных лиц руководитель группы особого резерва продолжал оказывать давление на тех, кто поначалу оказывал организации финансовую поддержку. По сути, он внушал им страх. Однако это только предположение, точных данных по этому вопросу у следствия нет.

– А другой человек? – спросил Аксенов. – Мне показалось, что вы упомянули о двух людях, с которыми имел связь руководитель «Щита».

– Со вторым все оказалось труднее. Но он есть, его вычислили чисто теоретически. Потом он обрел вполне реальный образ. Только вот не знаю, рискнет ли генеральная прокуратура выдать санкцию на его арест. Слишком высокий пост он занимает. Однако я продолжу. Было много версий, особо тщательно шло следствие – опираясь собственно на неординарное название: «Группа «Щит», три первые буквы которого красовались на удостоверениях агентов, – по выявлению главаря в самом ГРУ. Выявлялись связи покойных и тех, кто попал под следствие. Но последние указывали на мертвых. Кто-то из подследственных довольно уверенно показал, что название этого преступного синдиката пошло собственно от имени его боевой единицы, то бишь от группы особого резерва. Ее руководитель очень опасный и ловкий преступник. Сейчас все силы брошены на его поимку.

Баженов выдержал паузу, глаза его вопрошали: «Вы поняли?»

– Да, – кивнул Аксенов, – я внимательно слушаю. – И подумал: «Что именно хотело руководство «Щита»? Создания криминальной империи или чего-то схожего? Вряд ли на этот вопрос удастся найти ответ».

Насколько правильно он понял Баженова, эта преступная организация не имела, к примеру, националистических идей. Она походила на криминальную группировку, возглавляемую прокурором одного сибирского города, в задачи которой входило очищение сибирской земли от кавказской мафии и «черни» как таковой. И все там было: группа планирования, дискредитации, даже отряд особого резерва. «Группа «Щит» же создавалась, по-видимому, без каких-либо идейных соображений. Но это только с виду, однако, как правильно заметил следователь, вряд ли вскроются факты, указующие собственно на ту или иную идеологию. Зачем, коли лидер ее мертв, куратора по некоторым причинам нельзя сажать за решетку, а организованная группа особого резерва занималась исключительно убийствами. В случае ее обнаружения она подлежит ликвидации. Так же, как поступили с группой Усманова. Так должно быть по справедливости.

Аксенов снова был вынужден подтвердить, что внимательно слушает Баженова.

– Да, с Усмановым они обошлись круто.

Баженов продолжил:

– С другой стороны, если разыскиваемый нами человек действительно имел прямое отношение к разведке, то поступил опрометчиво, вначале подкинув идею своему начальнику, а затем и написав на удостоверении если не свой адрес, то село, в котором он обитает. Но эта сторона многогранна. Руководитель боевиков «Щита» профессионал высокого класса. На его след нам пока выйти не удалось. Вернусь к покойному главе «Группы «Щит». Ясно одно, он смог подчинить себе человека в аппарате президента – факсимиле на указе о создании секретной федеральной структуры подлинное. Что это – шантаж, те же родственные связи – остается только гадать. Хотя главное, на мой взгляд, и это довольно широко практикуется спецслужбами, – работа с обширным компроматом. Под руководителя «Щита» попали высокопоставленные чиновники, фиктивные документы обрастали подлинными, так что со временем трудно было отличить настоящее от ложного. Но, во всяком случае, доподлинно установлено, что огнестрельное оружие агентами «Щита» ввозилось на территорию России легально. Вполне понятно, что у каждого агента имелось разрешение на хранение огнестрельного оружия и его применение.

Одно такое разрешение Аксенов видел своими глазами, когда в свое время знакомился с удостоверением агента «Группы «Щит».

– В списках жертв «Щита» есть журналист одной из московских газет. И вот что удивительно. Репортера убили несколько иным способом, нежели Елену Окладникову, но вот способ «заметания следов» совпадает во всех деталях: пропитанное горючей смесью полотенце, обмотанное вокруг лампочки. Совпадение? – спросил он у Аксенова.

Следователь покачал головой: вряд ли.

– Я тоже так думаю, – сказал Баженов. – Мы искали аналогичные примеры, нашли только один. Знаменитый самарский убийца Серябряков действовал подобным же образом: убивал свои жертвы, обливал полотенце одеколоном, наматывал на лампочку, включал свет. Но с той поры прошло четверть века, нет и Серябрякова, надеюсь, не будет и его последователей.

Да, о совпадениях говорить не приходилось. Значит, все-таки следы особого резерва «Щита» ведут сюда, в Новоград. О чем, словно размышляя вслух, и сообщил Баженову следователь прокуратуры.

Тот согласился с ним.

– В начале своего становления боевики «Щита» красиво и профессионально разобрались с несколькими криминальными авторитетами, ликвидировали пару влиятельных людей столицы, следы их преступной деятельности ведут и в другие крупные города России. На них висят не только убийства, но и похищения людей с целью выкупа. Поэтому очень важно, чтобы не просочилось ни капли информации. И я несколько обеспокоен, что материалы следствия стали известны постороннему лицу. Вдвойне – но не потому, что этот посторонний ваш родственник, а то, что он профи. Опять же нельзя не вспомнить про группу дискредитации и вербовки среди правоохранительных органов. Нет никаких гарантий, что боевики «Щита» до сих пор не пользуются услугами дискредитированных «коллег», закрученных ими в бараний рог. Я даже не исключаю и того, что разыскиваемый нами человек знает о моем приезде. Сотрудники «Щита» пользовались авторитетом и в подразделениях УВД: агенты спецслужб, собранные в одну группу.

На самом деле так оно и было. Группа особого резерва «Щита» состояла из профессионалов, почти все, как правильно заметил Баженов, агенты или бойцы спецслужб. Но и они допустили ошибку, когда дважды использовали один и тот же метод «заметания следов». И это не мелочь. Первое, что делает следователь, когда расследует убийство, ищет аналогичные случаи. И это подробно описано в учебниках следственных школ.

– Расскажите мне еще раз, – попросил полковник, – желательно, не упуская мелочей, об этом мальчике, Саше. Все, что вы знаете.

Аксенов пожал плечами и начал все с самого начала.

Баженов всерьез заинтересовался Николаем Кавлисом. Только что полковник РУОПа говорил о совпадениях с Аксеновым. А последний уверяет, что его брат обнаружил трупы совершенно случайно. Правда, определенную роль тут играет эта история с мальчиком, но как знать?..

Слушая, Баженов хмурился все больше. Агенты «Щита» очень изобретательные люди; вдруг история с беспризорником часть их игры? И кто эта женщина – Татьяна? Почему так внезапно совпали ее чувства и Николая? И именно Кавлис (и никто другой) обратил внимание на удостоверение на снимке. Он же обнаружил трупы, довольно легко определив место обитания беспризорника. Он же приютил его. Он же предложил идею о двойнике, чтобы показать фотографию в программе новостей. И еще – он бывший боец спецназа.