Академия наездников. Адептка (СИ) - Анишкина Зоя

Все-таки на моем лице наверняка еще не прошли ссадины, да и на Мике были видны следы побоев. Опасливо покосилась на них. А можно повременить? Хотя Шелвуда я бы расколдовала. Нервно поинтересовалась:

— А вы не хотите узнать подробности того, что случилось?

На меня резко обернулись решительно все. Несколько пар глаз удивленно посмотрели, а декан Ремолиус коротко ответил:

— Мы уже знаем. В Академии есть свои способы выяснять, что и где произошло.

Почувствовала себя цирковым персонажем. Повернула голову в сторону Тима. Внутри мужчины бурлило что-то темное, запретное. По остальным смело можно было утверждать, что произошедшее не вызывало в них никаких эмоций. Только дедуля немного нахмурился.

Внутри закипало. Если они все знают, в мелочах, то не считают чем-то необычным? Действительно. Что тут такого: захотели убить девушку и свести с ума парочку собственных же друзей. Ничего предосудительного!

— И вы ничего не предпримете?

В моем голосе слышались угрожающие нотки. К удивлению, воздух вокруг словно загустел. Внимание тут же вернулось обратно от ящика. И именно в тот момент, когда Радео занес руку с ключиком над замочной скважиной.

— Адептка Сицил, прекратите истерику.

Слова ректора Академии лишь подлили масла в огонь. Я стояла посреди комнаты и сжимала руки в кулаки. Еще пару минут назад казалось, что сила не слушается, что понятия не имею, как ею управлять.

Но как это далеко от истины! Минутная слабость, и вот я уже снова на коне. В голове всплыли слова Ксандра. Он что-то рассказывал про то, что даже преподаватели могут быть подвержены нападению. Главное, чтобы это не мешало учебному процессу.

Вздернула бровь и прошла дальше. Самый сильный Дар, говорите? «Самый» означает, что непобедимый? С которым никакой другой не может сравниться?

Щелкнула пальцами, и по бокам от меня словно взорвались мешки с черным порошком. Пятеро на полу зашевелились. Застывшая возле них женщина попятилась.

Интересно, а что они будут помнить? Я отключила им все органы чувств. Погрузила в непроглядную тьму, где даже собственных мыслей не слышно. Судя по их лицам и реакции на пробуждение, занятное приключение.

Мика подскочил первым, тут же потеряв равновесие. Пошатнувшись, Шелвуд изумленно шарахнулся, сбив стул. Взгляд его был ошалевшим, странным и потерянным.

За ним по очереди поднялись два неизвестных мне парня, а вот Бур и Ксандр едва шевелились и часто-часто дышали. Их немного колотило, и о причине этого я могла лишь догадываться. Наверняка дело в том, что прямо перед тем, как вырубила их, они несколько минут подвергались мучениям в исполнении однокурсника.

И все-таки Мика отошел первым. Посмотрел прямо на меня и одними губами прошептал: «Спасибо».

Даже не улыбнулась, хотя прекрасно понимала, о чем он. О том, что не дала убить. Не дала сделать то, о чем бы он жалел всю жизнь. В принципе, мы квиты. Он спас мою жизнь, а я спасла его душу.

— Ах ты… Да только дай добраться до твоих сестер! Считай, они уже лежат под жирными уродами и стонут от боли и удовольствия! Ты…

— Адепт Норберн, считаю своим долгом напомнить, что за пределами Академии существуют другие законы. А вы уже попали в их поле зрения. Как быстро забыли, что вас ждет отходник за надругательство над вашей помощницей.

Голос Тима чеканил каждое слово. Он разрезал густой воздух, успокаивая и без того натянутые нервы. Так вот как он оказался здесь! Совершил преступление и выкупил себе свободу на три года?

Как он вообще нашел Зои? Как так получилось, что тихая девочка оказалась невестой этой гелиды? Наверняка же здесь тоже непростая история. Он ясно дал мне понять, что собирался с ее помощью пробраться куда-то наверх. В правящие? Но в Нортдаре это не работает… В Ихтрамаре дедушка Марк тоже не даст такому просочиться во власть.

Ксандр привстал, шатаясь, как и Мика. Окинул мутным взглядом окружающих. Все молчали, а белесые глаза медленно фокусировались на происходящем. Какой же он все-таки… Мерзкий!

Когда Норберн понял, где он находится, то с лица слетела вся шелуха. Стало понятно, что он не сразу оценил состав присутствующих. Его глаза бегали от одного преподавателя к другому, в конце задержавшись на коробочке.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Бур тем временем даже и не думал вставать. Он присел и отполз подальше от действующих лиц, недоверчиво косясь по сторонам. Насколько я поняла, неделя пролетела для этих парней как одно мгновение. И те не сразу оценили, где именно находятся.

— Прежде чем я выйду отсюда, никто не имеет права судить меня, кроме устава, а он подобное поведение не запрещает.

Глаза Ксандра загорелись. Я же перевела взгляд на ящик. Внешне он совершенно не был похож на пресловутый устав. Что же там такое внутри?

По тишине вокруг стало очевидно, что блондин прав. Все напряглись, а Тим скомандовал веру Радео:

— Открывайте.

Тот вставил ключ и повернул его в замке. Что-то щелкнуло, и крышка, скрипя, приоткрылась. Комнату тут же залил холодный мерцающий цвет. Жидкий хрусталь?

Часто заморгала, но глаза очень быстро привыкли к обновившейся обстановке. Остальные же щурились, прикрывая лица рукавами. Ксандр и вовсе практически ослеп.

Он завопил и упал на пол, закрываясь всеми доступными способами. Бур и Мика свалились рядом, только без столь ярких проявлений боли и дискомфорта.

Я же всего за минуту адаптации смогла смотреть спокойно, не испытывая дискомфорта. Интересно, почему? Таких счастливчиков оказалась немного. Точнее, двое: я и Тим.

Его золотистые глаза изучали содержимое коробки. Он принял ее из рук зажмурившегося Радео и открыл. С удивлением заглянула внутрь. Там лежал хрустальный куб.

Тим достал его и бросил в центр комнаты. Грозно и торжественно пробасил:

— Хранитель души взывает к уставу. Было совершено деяние, накладывающее тень на эти стены. Нам нужен справедливый и великий суд.

Серьезно?! Меня сейчас будет судить кусок хрусталя? С каких пор неодушевленные предметы стали принимать решения? И что за хранитель души, дракон меня дери?!

Но не успела возмутиться, как куб мягко завис в центре комнаты. Он парил без видимых усилий или поддержки, заливая странным светом все вокруг. Этот самый свет был совершенно другим, чем я раньше видела. А видела я много, так как успела побывать в хрустальном дворце, созданном Мойрой Хортон. Том месте, где она и свихнулась, а потом умерла, не выдержав разлуку с самым прекрасным и самым опасным в мире ископаемым.

Затем куб завертелся. Из него выстрелили хрустальные тросы, поразившие меня и других участников событий недельной давности. Едва не задохнулась от возмущения, но… Ничегошеньки не почувствовала.

Куб же вертелся и закручивался, пока не превратился в цилиндр. Завораживающее и немного странное зрелище. Но оторваться просто невозможно!

Когда показалось, что все, вот сейчас глаза не выдержат и вывалятся из орбит, он резко остановился. Из него вверх, к самому потолку выстрелил столб света, высвечивающий буквы:

— Судьбу адептов решит игра. Чья команда победит, те и продолжат обучение, а чья проиграет — навсегда покинет замок.

Глава 41

— И что? Прямо так и сказал? Игра решит? Вам что, надо будет на стадионе биться?

Просто кивнула. Зои откинулась на подушки и задумалась. Странно было видеть ее такой оживленной и интересующейся. А вот на меня, напротив, накатила удушающая апатия.

Прошли всего сутки с разговора, но он все никак не укладывался в голове. Меня поставили на одну ступень с убийцами и подонками. Теми, кто насилует и измывается над людьми.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

И самое главное: кто поставил! Кусок полупрозрачного хрусталя без души и тела по факту. Лишь странная оболочка, внутри которой нет ни-че-го. Даже пересказывая историю Зои, не чувствовала отклика, внутри все просто проморозило.

— И когда игра?

— Через месяц после ваших экзаменов.

Подарочек к праздникам, драконово дерьмо. Три недели на то, чтобы слетаться и уделать одну из звезд шести полисов. Смешно! В этой ситуации радовало одно: могу вылететь из Академии, а то что-то обучение здесь начинает напрягать.