Позолота - Мейер Марисса

– Но сегодня я расскажу, что стало с принцем дальше. Возможно, тебе это больше понравится.

Злат вздохнул.

– Мне, конечно, очень интересно, но история не подойдет. Для магии требуется что-то… ценное.

Серильда непонимающе уставилась на него.

– Я ценю твои истории, – поспешно добавил Злат. – Но нет ли у тебя чего-то еще?

Она пожала плечами.

– Возможно, ты мог бы предложить мне помощь бесплатно, просто из благородства?

– Приятно, что ты считаешь меня способным на благородство, но боюсь, что нет, я не смогу. Магия не совершится без платы. Это не мое правило, но оно существует. Тебе придется мне что-нибудь дать.

– Но мне больше нечего предложить.

Злат долго смотрел на нее, словно ожидая, что она наконец скажет правду. Она вздрогнула.

– У меня ничего нет, – повторила она.

Его плечи поникли.

– А мне кажется, у тебя есть кое-что.

И Злат провел большим пальцем по золотой полоске на пальце Серильды.

– Может, это? – спросил он.

От ласкового прикосновения по коже побежали мурашки, в животе будто скрутился тугой узел. Серильда не могла найти точного названия… Хотя, наверное, это было что-то вроде томления.

Однако на смену приятным ощущениям вдруг пришла острая тоска.

– Нет! – ответила Серильда. – Я понимаю, что нравлюсь тебе, но просить моей руки?.. Это очень лестно, но жениться?! Мы едва знакомы…

– Что?.. Жениться? – вырвалось у Злата, и он так отшатнулся от нее, что это было даже оскорбительно.

Серильда, конечно, не собиралась на него обижаться, но все же невольно нахмурилась.

– Я имел в виду кольцо, – сказал он, взмахнув руками.

Серильда хотела притвориться, будто снова не поняла его, но внезапно она почувствовала страшную усталость, а свеча горела так быстро, и еще не было спрядено ни одной золотой нити…

– Ну, конечно, – сухо ответила она. – Но ты его не получишь.

– Почему это? – спросил он с вызовом. – Что-то я сомневаюсь, что тебе его подарила твоя матушка.

Кулаки Серильды сжались сами собой.

– Ты ничего не знаешь о моей матери!

Злат вздрогнул, удивленный внезапной вспышкой.

– Извини… – пробормотал он. – Так оно действительно принадлежало твоей матери?

Серильда посмотрела на кольцо, испытывая большое искушение солгать, лишь бы он больше не спрашивал. Каждый раз, глядя на кольцо, она вспоминала ту ночь – какое воодушевление она тогда испытала, когда спрятала моховиц в погребе и смело врала в лицо самому Эрлкингу. До той ночи Серильда задавалась вопросом, а сможет ли она сравниться храбростью с героями своих историй. Теперь она знала, что может – и кольцо было тому доказательством. Единственным доказательством, которое у нее осталось.

Но пока она смотрела на кольцо, в голову ей пришла другая мысль.

Ее мать.

Она может быть здесь, где-то в этом замке. Вдруг Злат все-таки что-то о ней знает? Однако она не успела додумать эту мысль до конца – Злат снова заговорил.

– Не хочу на тебя давить, но вспомни, что Его Мрачность обещал с тобой сделать, если к утру эта солома не станет золотом.

Серильда насупилась. Затем, скрипнув зубами, сорвала кольцо с пальца и протянула ему. Злат быстро, как сорока, схватил его и сунул в карман.

– Я принимаю твою плату.

– Я даже не сомневалась.

И вокруг них снова запульсировала магия, скрепляя сделку.

Не обращая внимания на ледяной взгляд, которым Серильда смотрела на него, Злат расправил плечи, щелкнул пальцами и сел за прялку. Без лишнего шума он сразу принялся за работу – будто с самого рождения только этим и занимался. Будто для него это было так же легко и естественно, как дышать.

Серильде очень хотелось отвлечься, погрузившись в мысли об отце, матери, медальоне и кольце. Но она не хотела, чтобы Злат упрекнул ее, как в прошлый раз. Поэтому она сняла плащ, аккуратно сложила его в углу, закатала рукава и попыталась быть полезной. Она подносила солому к прялке и собирала ее в аккуратные пучки.

– Король говорил про духа-буяна, – заговорила она некоторое время спустя.

Злат кивнул.

– Да, это обо мне.

– А тогда… в прошлый раз. Это же ты выпустил собаку? Разве не так?

Злат поморщился, промахнулся мимо педали, но тут же исправился. Колесо прялки продолжило жужжать.

– Я ее не выпускал. Только… повредил цепь. Ну, и, может быть, оставил дверь в загон открытой.

– И, может быть, чуть не убил меня.

– Но не убил же.

Серильда уставилась на него.

Злат вздохнул.

– Я хотел извиниться, правда. Но с тобой, кажется, все время что-то такое происходит…

Серильда фыркнула, гадая, не подслушал ли Злат тот ее разговор с Эрлкингом, когда она сказала ему, что люди в их городке считают, что она приносит несчастье.

– Но я же не знал, что у нас в гостях будет кто-то смертный, – всплеснул руками Злат. – Клянусь, я никому не хотел причинить вреда. А уж тем более, тебе. Король просто обожает своих собак, и мне хотелось ему досадить.

– И часто ты так подшучиваешь над королем?

– Нужно же чем-то заниматься! Не сидеть же все время сложа руки.

Серильда хмыкнула, потом спросила:

– Но почему он называет тебя духом-буяном?

– А как еще он должен меня называть?

– Не знаю, но… дух – это же призрак.

Когда Злат снова взглянул на девушку, уголки его рта подергивались.

– Ты разве забыла, где находишься?

– В замке с привидениями?

Юноша смотрел на колесо прялки.

– Да, но ты не похож на других призраков! – Серильда окинула его взглядом. – У них размытые очертания. А у тебя, кажется… все на месте.

– И еще я могу делать то, что им не под силу. Например, проходить сквозь запертые двери.

– И разве на тебе нет благословения Хульды? – добавила Серильда. – Правда, это совсем уж непонятно, ведь ты же сам сказал – мертвые не могут пользоваться дарами богов.

Злат уставился в стену перед собой, не замечая, что колесо крутится все медленнее.

– Об этом я не подумал.

Размышлял он долго, но, наконец, пожал плечами и снова завертел колесо.

– Не знаю, что сказать. Догадываюсь, что благословение Хульды у меня и впрямь было, но наверняка я этого не знаю. Как не знаю и того, почему Хульда решил дать его мне. Знаю одно, на других призраков я не похож. Таких духов, как я, здесь больше нет. Я думал, что я просто… привидение другого вида.

Серильда задумалась.

Взглянув на свечу, Злат расправил плечи и принялся за работу, но гораздо быстрее. Серильда тоже посмотрела на свечу. И сердце у нее упало. Времени оставалось совсем немного.

– Если не возражаешь, – сказал Злат, заменяя полную катушку новой, – сейчас я послушал бы твою историю.

– Я думала, тебе не понравилось, – удивилась Серильда.

– Мне не понравилось то, что я слышал в прошлый раз. Пожалуй, это худшее, что я когда-либо слышал.

– Тогда почему ты хочешь, чтобы я продолжила?

– Подумал, что смогу работать быстрее, если ты не будешь приставать ко мне с вопросами.

Серильде захотелось запустить ему в голову катушкой.

– Кроме того, – добавил Злат со вздохом, – у тебя и правда талант рассказчицы. Концовка получилась кошмарная, но до этого все было… – он помолчал, подыскивая подходящее слово. – До этого мне все нравилось. И мне приятно слушать твой голос.

Это был почти комплимент, и Серильда покраснела.

– Хорошо. На твое счастье, это был еще не конец.

Злат помолчал, потом потянулся, разминая плечи и спину, и улыбнулся ей.

– Тогда я хотел бы услышать продолжение, если вы, сударыня, соблаговолите рассказать.

– Ладно, – сказала Серильда. – Но лишь потому, что ты как следует попросил.

Его глаза озорно сверкнули, но он тут же отвернулся к прялке и взял пучок соломы.

Серильда стала вспоминать историю, которую рассказывала в прошлый раз, и сразу ощутила утешительное притяжение сказки. В сказках хоть и случаются иногда ужасные вещи, но добро всегда побеждает.

Еще не приступив к рассказу, она уже понимала, что это настоящее спасение – именно то, в чем так отчаянно нуждаются сейчас ее разум и сердце. Понимает ли это Злат? Вряд ли, ведь у него не было времени так хорошо узнать ее.