Когда ты села мне на шею - Анна Каржина

Предательски не твердым голосом ответила ему. Нет, так не пойдёт. Нас снова прервали. На этот раз источник злости моего брата.

— Бренда. — Джеймс кивнул мне. — Достойное мероприятие. Еда на высшем уровне. Картины ничего.

— Спасибо. — Улыбку приходилось натягивать. Всё же он мне с детства не нравился. — Я бы на твоём месте сильно не светилась, Брендан не в духе.

— Какой же у тебя злопамятный брат. — Он усмехнулся. — Я тут из профессионального интереса. Ты знаешь, что я продолжаю дело родителей, и мы с тобой коллеги.

Итан не отходил, хотя это уже странно выглядело. На его подносе стоял одинокий бокал шампанского.

— Знаю, Джеймс. Но я тебя предупредила.

Я слышала о нём немного, но достаточно. В частности то, что у него есть жена и две дочери близняшки.

— А он действительно неприятный тип.

Итан подошёл ближе, когда Джеймса позвала супруга.

— Согласна. Заберу последний бокал?

— Конечно, я здесь для этого.

Я успела сделать несколько глотков для смелости до того, как мама маякнула мне, что пора на сцену.

— Прости, нужно официально открыть этот вечер.

Сделав глубокий вдох, я сделала шаг, но сегодня я побила все свои рекорды грациозности. Запнувшись о неровности паркета, я едва не уехала в травматологию, но Итан успел сориентироваться так быстро, что никто не заметил этой оплошности.

Держа меня за руку, он с присущей ему искренностью сказал:

— Ты умопомрачительно выглядишь. Я бы душу продал.

Что же ты делаешь… У меня ведь сердце остановится прямо там на сцене от переизбытка эмоций. Но я справилась. Речь, которую я долго готовила, зашла на ура. А известием о лотерее среди участников благотворительного мероприятия я сорвала овации.

Во время выступления я ловила его взгляд, он придавал мне уверенности.

Оставив на сцене лишь музыкантов, спустилась к гостям. У меня было чувство, словно 5 лет я прожила без кислорода, а сегодня мне наконец дали к нему доступ. И каждая беседа, ради которой я останавливалась, снова пробираясь в его сторону, сводила меня с ума.

— Итан, как всё-таки ты тут оказался?

Впилась в него вопросом, когда наконец нашла в этой толпе. Историю про помощь Джорджии я выдумала для Брендана. И мне очень хотелось узнать правду.

— Ты всё правильно сказала. Мама попросила, слёзно умоляла помочь с важным заказом, потому что один из официантов заболел. Я понятия не имел, Бренни.

— Твою маму наняла моя.

Растерянно ответила, совершенно не понимая, что здесь заваривалось.

— Бренда. — За моей спиной послышался голос Рассела. — Можно тебя пригласить?

Как специально играла медленная музыка, и у меня не было повода отказаться. Мы работаем с Расселом, он давно проявляет знаки внимания, а я аккуратно прокатываю его, потому что не могу открыто портить наши отношения.

Он протянул руку и, не обращая внимания на Итана, стянул с его подноса бокал. Сделал глоток и небрежно поставил обратно. Меня это покоробило. Но я приняла протянутую руку, виновато посмотрев на Фокса.

Надо признать, официант из него так себе, потому что весь мой танец он не сводил взгляда, стоя на одном месте. И в нём столько всего было: от ревности до желания совершить убийство. Главное, чтобы Рассел не принял мои непокорные мурашки на свой счёт.

— Так что скажешь? Ты слушаешь?

Нет, конечно, я тебя не слушала. А теперь совсем не знаю, что отвечать.

— Прости, я задумалась и не слышала, что ты говорил.

Он проследил за моим взглядом и удивлённо приподнял бровь.

— Так тебе нравятся официанты? Я в молодости им подрабатывал.

В этот момент к Итану подошла Джорджия. Видно тоже заметила его несостоятельность в этой роли.

— Какой рост, Рассел, поздравляю.

Холодно бросила я. На секунду отвлеклась, а обернувшись поняла, что Фокс исчез. Его нигде не было, как бы я ни крутила головой.

Танец закончился в ощутимом напряжении скорее из-за отсутствия Итана в моём поле зрения. Неужели Джорджия его отослала, увидев, что мы общаемся? Хотелось подойти к ней и спросить, но это бы уже выглядело странно. По крайней мне, мне так казалось.

Ещё час я болталась по выставке, так и не решившись подойти к этой чудесной женщине. Хотя я могла выдумать миллион причин. Кроме того, рядом с Джорджией постоянно находилась моя мать. «Надо было спросить его номер» — в голове пронеслась эта странная мысль.

— Скоро я объявлю результаты. Как ты? Выглядишь растерянной. — Мама дотронулась до моей щеки. — И бледная.

— Устала, просто устала.

Вот только усталость эта исключительно эмоциональная. Я раздражена тем, что он исчез не попрощавшись. Я своими глазами видела, как он ревновал к Расселу. Неужели обиделся и сбежал?

— Скоро всё закончится. Стой тут и никуда не уходи.

Я осталась на месте, смотря в одну точку на паркете, а мама пошла в сторону сцены.

— Ты ни с кем не танцуешь, как же это замечательно.

Знакомый бархатный голос коснулся моих ушей.

— Итан! — Слишком восторженно получилось. — Где ты был?

Он улыбался мне.

— Приятно, что ты об этом волновалась. — Его взгляд блуждал по моему лицу. — Мама отпустила из этого официантского рабства. Я сразу же пошёл переодеваться. — Только сейчас я обратила внимание, что он в костюме. — Мне было смертельно неудобно и неловко в том жилете.

— Так лучше.

Организм мне сегодня устраивал какую-то гормональную пляску. Я краснела, бледнела и дрожала с пугающей периодичностью.

Вокруг все засуетились, поэтому мы одновременно обернулись к сцене, где уже стояла Джина, настраивая под себя микрофон.

— Дамы и господа, мы готовы объявить результаты розыгрыша и наконец порадовать счастливчика, кому достанется возможность сходить в изумительный ресторан Магнолия с потрясающей владелицей этой галереи Брендой Блэк.

— Ничего себе. Если бы я знал, обязательно бы принял участие.

Брендан наклонился ближе ко мне, чтобы никто больше не услышал.

— Это мамина гениальная идея, не моя.

— Не сомневаюсь. Ты такое не любишь.

— Помнишь ещё.

Когда аплодисменты утихли, Джина продолжила, разворачивая бумагу в своих руках.

— И счастливчиком сегодня становится… — Она выдержала паузу, в которую я успела помолиться, чтобы это был кто-нибудь наименее противный. — …им становится Итан Фокс! Поздравляю!

Я повернулась к нему, чтобы понять, не послышалось ли мне. А вдруг я с катушек сегодня окончательно съехала? Но на его лице было точно такое же удивление, как на моём.

— Я не знал.

— Ты слишком многого сегодня не знал.

— Как и ты. Но, кажется, теперь я понимаю, почему мама так рано меня освободила и настаивала, чтобы я вернулся строго к определённому часу.

Стоило лишь взглянуть на этих двоих, чтобы понять — нас