Пособие по выживанию - Элен Уайт

— Нет. Атмосфера в замке немного… — Альф задумался, подбирая слово.

— Угнетает? — подсказала я.

— Именно. Да простит меня его величество. Ваше величество, вы не против того, чтобы провести завтра еще один урок? Есть у меня еще одна идея, ведь, насколько я понимаю, камин вы зажгли не случайно, а подобные выбросы могут быть опасными, — я поморщилась, — не буду читать лекцию. Обещаю. — Голос помощника Алекса стал насмешливым.

— Ладно, давайте, — согласилась, встав. Быстро попрощавшись, пошла к себе. Вампир оказался довольно дружелюбным.

Надеюсь, он не сдаст меня Алексу, поведав, что я уснула на его тренировке…

День прошел на диво скучно. Я читала, спала, разговаривала с котом и все это время ловила себя на мысли, что мне чего-то не хватает. Точнее, кого-то. Одного наглого, властного и мнительного мужчины. Даже по его подколкам соскучилась, хотя такое в принципе невозможно.

Может, он в обед вернется? Но Алекс не вернулся ни в обед, ни вечером. Ужинать тоже пришлось в одиночестве.

— Александр не вернулся еще? — безразличным тоном спросила у слуги, подавшего на ужин овсянку.

— Нет, ваше величество, его величество не говорил, когда вернется. — Мужчина поклонился и убрался восвояси.

В эту ночь я долго не могла уснуть, ворочалась в постели. Кузя, которому надоели мои терзания, смылся, предпочтя спать где-то в кресле. Из разговора Альфа с дворецким я поняла, что муж действительно отбыл по делу, а не для того, чтобы согреть кровать какой-то красотки, что меня немного успокоило. Я думала о нем и ничего не могла с собой поделать.

Супруг словно давал мне время обдумать вчерашнее, но мне не хотелось вспоминать об этом. Но не потому, что я боялась. Скорее из-за того, чтопочувствовала в тот момент. Ну почему все так сложно? Почему нельзя просто сказать: вот тебе мужчина, люби его, а он будет любить тебя. Он для тебя, а ты для него.

«А мужа ты за мужчину не считаешь?» — мысленно дала себе подзатыльник. Попала. Однозначно. Наверное, именно это люди называют любовью…

А ведь я действительно его люблю. Когда это случилось? Да, наверное, это любовь с первого взгляда. Нет, это случилось не на балу. В тот момент, когда я увидела его портрет в книге, сжавшись под презрительным взглядом серых глаз. Вот только я помнила, что его взгляд может быть и другим. Он может сжигать, опаляя страстью, может быть насмешливым и теплым. Но, наверное, не со мной. Со мной он только колкий и презрительный. Как жаль…

Перевернулась, ударив со злости подушку. Ну почему все так?

Уснула я лишь под утро, измученная терзаниями, но даже во сне Алекс не покидал меня. В этот раз он смотрел на меня с нежностью и заботой, целовал в губы, а я таяла от блаженства. Утром же была готова расплакаться, когда поняла, что это всего лишь сон и ничего такого мне не светит.

ГЛАВА 15

Элли

После полубессонной ночи мое тело отказывалось просыпаться, даже холодный душ не помог, лишь немного успокоил ноющие мышцы, на боль в которых я перестала обращать внимание. Его величество не ночевали дома, и это мне определенно не нравилось… Очень не нравилось! Хотя кому понравится отсутствие мужа дома по ночам? И пусть спим мы с ним отдельно, вести разгульную жизнь он тоже не имеет права.

Обо всем этом я думала за завтраком, меланхолично пережевывая овсянку, уговаривая себя, что это очень полезно для фигуры. Да с такими тренировками, как у меня, скоро придется весь гардероб обновлять! И платья ушивать!

Кстати, про платья! Я еще раз оглядела прислуживающих женщину и лакея, что стояли у двери. Мрачно…

Сегодня же напишу Радику, вместе мы что-то придумаем!

— Мясо жестковато, — изрек Кузя, сидевший на соседнем стуле. Пока Алекса не было, пушистик позволял себе сидеть за столом. Ел он, правда, со специального подноса, что был расположен на подлокотниках стула, но по самодовольному выражению мордочки нетрудно было понять: кот безмерно рад такому отношению к своей персоне.

— Так переходи на хлеб и воду, — раздраженно отозвалась я. Еще утром слуга передал послание от Альфа, который приносил извинения и говорил, что урок переносится на три часа дня. Нужно было занять чем-то утро, чтобы не думать об отсутствии Алекса.

— Вот еще, нужно просто сказать кухарке, чтобы тщательнее перетирала мясо, — фыркнул кот.

— А еще нужно сказать садовнику, чтобы он полил тебя из шланга, дабы ты не зажирался!

— Что? — Кот подавился и закашлялся. — Эль, если тебе не с кем погрызться, то…

— С чего ты взял?! — Раздражение не проходило. Причем раздражало меня все — начиная от Кузи и кончая слишком горячей кашей и слишком холодным чаем.

— Нервная, — меланхолично заметил Кузя, ничуть не обидевшись на мой выпад. — У тебя эти дни?

— Какие дни?

— Ну, эти. — Кузя начал гримасничать, делая какие-то намеки.

— Кузь, если ты не прекратишь нести ерунду, то эти дни начнутся у тебя, — пригрозила я, — давно хотела испробовать заклинание по изменению пола.

— Нет такого заклинания, — опасливо протянул Кузя, но уверенность в его голосе пропала.

— Ты во мне сомневаешься? — картинно подняла я бровь: научилась этому у Алекса. Тьфу, опять этот Алекс!

— Молчу-молчу. Слова не дадут сказать, — проворчал кот, стащил со стола куриное бедрышко и ушел, виляя толстым задом.

Как только Кузя скрылся, меня начали мучить муки совести. Ладно, он у меня отходчивый.

Поблагодарив слуг за завтрак, я под их ошарашенными взглядами пошла в библиотеку, приказав принести мне несколько конвертов и бумагу. Все доставили, едва я села за стол. Удобно. Мягкое кресло позволяет спине расслабиться, но удерживает ее в нужном положении, чтобы была возможность писать и читать. Даже спать в нем удобно, есть подушечка для головы, и, если на нее положить затылок, кресло немного откидывается назад, позволяя дремать. Надо признать, супруг знает толк в вещах. При мысли о нем на душе опять поднялась злость. Уже второй день шляется непонятно где, а я тут переживать должна?!

«Соберись, тряпка!» — мысленно я дала себе подзатыльник. Не стоит лить слезы, если он обо мне даже не думает!

Нужно отвлечься, а в этом мне всегда помогало любимое занятие. Только с письмом закончу.

Писать особо некому, дома остались товарищи, которые через два года моей учебы в другом городе перестали со мной здороваться, а в академии я дружила только с Сарой, остается отец. Вот кто будет рад выслушать все о моих бедах и попытается помочь, только выдержит ли его сердце. Нет, папу расстраивать, перекладывая на него груз проблем, что появились вместе с замужеством, не буду.