Закон подлости - Кира Оллис

А я-то думаю, почему отец перестал гнуть свою линию.

Л: «И как же ты его убедил?»

М: «Дал слово, что со мной ты в безопасности».

Не отвечаю. Просто смотрю на его сообщение и улыбаюсь, как умственно отсталая.

М: «Ещё одна подобная выходка и ты вылетаешь из университета».

М был в сети секунду назад.

Я буквально вижу, как он в бешенстве отключает экран телефона. Дурачок мой. Проверяю этот идиотский чат, и мои догадки подтверждаются: «Сообщество заблокировано по требованию правоохранительных органов».

Спешу на лекцию, резво перескакивая через ступеньки. Благо, что сегодня из-за непогоды я в удобных слипонах и джинсах. В коридорах почти никого не осталось. Бросаю взгляд на настенные часы. Две минуты до лекции. Плохо, Лили, очень плохо. Перехожу на быстрый бег, но не достигаю цели, потому что за поворотом впечатываюсь лицом в чью-то массивную грудь. Всё происходит так неожиданно, что я не успеваю рефлекторно подставить руки. В смятении отстраняюсь, приглаживая волосы, и застываю, когда поднимаю голову:

— Ой, извините, мистер Хантер.

— Лилиан, похвально, что ты так торопишься на мою лекцию, но рекомендую заводить будильник пораньше, — невозмутимо поправляет свой пиджак, чтобы скрыть след от моей помады на рубашке.

Вот же засада!

— Да, разумеется. Ещё раз прошу извинить, — только хочу направиться в аудиторию, как он меня останавливает, хватая за запястье. Этот контакт был секундным, но всё равно несказанно удивил меня.

— Стой. Как раз хотел попросить тебя сходить в библиотеку.

Достаёт из нагрудного кармана сложенный клочок бумаги, по-видимому, со списком учебников, грубо вкладывает его в мою протянутую ладонь, разворачивается и уходит к студентам. Ещё какое-то время смотрю ему вслед, наблюдая за ровной уверенной походкой. Ни малейшего признака нервозности и никаких навязчивых движений, свойственных психопатам. Статный мужчина, знающий себе цену. Бессонными ночами я снова и снова изучала досье на Хантера, каким-то внутренним чутьём понимая, что дело тут нечистое. Уж больно идеальный образ получился: выходец из интеллигентной семьи, два высших образования, опыт работы в Департаменте внутренних дел США. К своим сорока пяти годам за его плечами успешная защита диссертации. Репутация Крейга Хантера до тошноты безупречна, за исключением маленького «но»: он отец-одиночка. О матери ничего неизвестно. Ребёнок из пробирки, не иначе. Как такое возможно, что даже всемогущему хакеру Стивену не удалось нарыть информацию о происхождении девочки? И ещё. Профессор каждую субботу посещает церковь. Разве сатанисты ходят в церковь? Те, с которыми мне довелось пообщаться — нет.

Библиотека встречает меня тишиной и покоем. Ни разу здесь не была, а стоило. Здесь царит неповторимый запах древесины и типографской краски. Этот аромат мне напоминает детство. Всякий раз, когда я гостила у бабушки по материнской линии, она водила меня в городскую библиотеку, где я часами могла читать любимые сказки. Особенно нравились, конечно, те, в которых принц спасал принцессу от злого дракона, и они жили долго и счастливо.

— Мисс, вам помочь? — из-за стойки на меня поглядывает хмурая женщина в огромных очках и с аккуратным пучком на голове.

Подозреваю, что где-то существует кодекс библиотекарей, в котором прописывается их внешний вид.

— Да. Мне нужны вот эти учебники, — разворачиваю листок и едва его не роняю.

Лицо и, похоже, даже уши и шея мгновенно вспыхивают, потому что никакого списка здесь нет. Это наша с Викторией переписка, где я называла Хантера латентным маньяком. Боже, какой стыд. Как это попало ему в руки? Почему он решил проучить меня только сейчас? Пытаюсь судорожно вспомнить тот день и понимаю, что не видела точно, как Вики прятала её. Обычно на лекциях Терминатора в нас открываются сверхспособности, и мы становимся чревовещателями, а ещё научились переглядываться боковым зрением, не поворачивая головы. Тот раз не был исключением.

— Мисс, долго ждать? — нетерпеливая мадам испепеляет меня своими глазищами, кажущимися огромными из-за толстых линз.

— Я сама выберу, пожалуй, — убираю эту злосчастную записку в сумку и направляюсь к стеллажам с юридической литературой.

***

— Ох***ть! Теперь я точно завалю экзамен! — Виктория в отчаянии несколько раз бьётся лбом об стол.

Мои брови взлетают вверх, так как я впервые слышу, как она сквернословит. Вот что значит поближе узнать человека. С виду казалась такой холёной и культурной, а на деле пускала пыль в глаза. Судя по повисшему молчанию за столом, остальные тоже в ауте от моего рассказа. Что до меня, то я уже спокойна, как пациент психбольницы, напичканный транквилизаторами.

Ступая мимо книжных полок, я размышляла о своём поведении, и не придумала ничего лучше, чем извиниться понятным верующему человеку способом. Я притащила Хантеру стопку учебников, положив на самый верх Библию с закладкой. Кажется, я впервые видела его изумление при виде моего выбора. Со своего места наблюдала, как он промокнул лоб носовым платком, а потом всё же открыл страницу, где я выделила послание апостола Павла: «Как Христос простил вас, так прощайте и вы». Никогда не забуду, как профессор поднял на меня свой острый взгляд и едва заметно улыбнулся. Улыбнулся! Мне! Он дал понять, что извинения приняты, так что можно с лёгкостью перевернуть очередную страницу моей персональной книги казусов.

— И что теперь делать? — не унимается Виктория. — Меня родители убьют!

— Вики, он не знает, что второй человек в переписке — ты. Да он и не спрашивал, — успокаиваю её, уминая запечённый картофель. Жара спала и во мне проснулся отменный аппетит.

— Лили уже всё разрулила, Вики, не дрейфь! — вставляет Глория, которая в тот день удачно прогуляла лекцию, а сейчас забавляется над всей этой ситуацией.

— Да… Так сыграть на чувствах человека, Лили! Ты коварная! — подшучивает надо мной Рейв, имея в виду Библию.

Хочется верить, что Хантер верно расценил мой поступок и не принял его за издёвку.

***

— Итак! Сегодня отрабатываем взлёты19, — оповещает деловым тоном наш тренер Кроу, который, к слову, остался при своей фамилии.

Цитирую: «Когда твой друг — хакер мирового уровня, он без труда сделает так, чтобы ни у кого не возникло вопросов».

Он вошёл во вкус: на нем чёрная волейбольная форма с белыми вставками на плечах, запястники, наколенники и даже свисток. В очередной раз поражаюсь тому, как он умеет вживаться в нужную ему роль. Хотя верховодить он любит, этого не отнять. Заливаюсь румянцем при воспоминаниях о его командном тоне совсем в другой обстановке.

Наша женская сборная выстроилась в две шеренги в ожидании дальнейших инструкций. Я трусливо прячусь за спиной дылды Аманды, чтобы