Мистицизм - Мастер_Угвей

меня всё равно останется много прочих интересных предложений. Кто ещё способен в мгновение ока предоставить самые редкие и труднодобываемые ингредиенты и материалы?

— Раз это ваша воля, то так тому и быть. Безусловно, то будет ограничением для меня, однако кто я такой, чтобы пойти против вашего слова? Пусть я ещё только ученик мага, но мнение Верховного всё равно невероятно важно для меня.

Шурукках улыбнулся, после чего сложил руки на груди и посмотрел на меня, явно расслабившись.

— Благодарю тебя. Это уже не первый раз, когда ты помогаешь гильдии, и, учитывая вес твоих свершений, ты заслуживаешь награды. Мы не смогли в первый раз осознать весь масштаб происходящих событий, но благодаря тебе и подобным тебе достойным личностям мы сможем поразить врагов. И потому ты можешь попросить меня о чём угодно и я попытаюсь выполнить это, если смогу, конечно, — несколько торжественно произнёс Верховный.

Как и догадывался, я не был единственным магом, кто заметил приближение большой войны и предупредил гильдию. Однако сомневаюсь, что подобные вести принесли другие ученики. А потому и награда столь стоящая.

Ведь было мало вещей, на которые не способен сильнейший чародей Шумера, руководящий всеми остальными магами Империи. Можно попросить о наставлении и частных уроках, или редких артефактах с книгами, которые не достать простыми средствами. Однако это всё было хоть и очень привлекательно, но не решало одну проблему.

Знания и новые способности дадут мне силы, но не столько, чтобы справится с целой армией нечисти. Грядёт большая война и важнее всего сейчас выжить. Да и если поступить несколько хитро, то вообще можно будет заполучить совершенно всё…

— Я не хочу утруждать вас в час, когда нашей родине как никогда раньше нужно ваше внимание. Пока враг не побеждён будет глупо отвлекать вас моими желаниями, и потому попрошу только об одном — позвольте мне во время войны находиться в Вавилоне, чтобы использовать силы на благо всего Шумера. Я смогу в мгновение ока собирать сообщения со всего Шумера и даже перемещать раненых или пропавших магов прямо с поля боя. Так я принесу куда больше пользы, чем в той же магармии.

Шурукках явно не ожидал такого предложения, но судя по тому, как вспыхнули его глаза, оно ему сильно понравилось.

Глава 16

Часто бывает полезнее знать многих, чем многое

— … Пустите меня, черти! Дерьмо Нергала! Я же почти всех их к Шамашу на разогрев отправил! Ещё совсем немного!..

Стоило мне только призвать одного обожжённого лысого старичка, как все целители и медики мигом рванули вперёд, чтобы помочь ему. Вот только этот дедушка не особо способствовал этому и практически плевался от желчи, пытаясь вырваться.

— Привязанный к вам артефакт показал, что у вас были практически смертельные раны с очень низким уровнем праны и маны. Вы остановили движение армии куклусов, сильно проредив её, но вы нам ещё будете нужны. Кто-то должен добить самого архипредателя, — спокойно произнёс Шурукках, следивший за состоянием мечущегося сильнейшего боевого чародея, которому сейчас не давали помереть аж целых десять лекарей.

— Да я и так почти добил этого ублюдка! — заорал во всю свою грудь великий архимаг. — Ку-клус сбежал как последняя крыса! Бросил на меня адских духов! Но я и их разорвал на кусочки! И почти так красиво сдох! А вы весь момент испоганили!

Я же хоть и поглядывал на старика третьим глазом, разглядывая его невероятно мощную ауру, но больше занимался призывом других вещей. В основном это были сводки из войск, но также имелись и простые сообщения от генералов и других магов, которые сразу же отдавал Шуруккаху. С ним мы в последние месяцы встречались довольно часто.

— Призываю донесение из Лимруда, номер пятьдесят шесть… Доклад от беженцев и Кальху… Хмм, эту бумажку явно кто-то пытался разорвать. Подозреваю, что беглецов после кровавого дождя Ку-клуса осталось куда меньше, чем нам хотелось, — проговоривал я, осматривая свитки с посланиями, после чего сразу же передавал их Верховному.

Вообще, обмениваться информацией с помощью магии не так уж сложно, так как имелось немало заклинаний дальнего видения и даже специальных артефактов, вроде всевидящих зеркал, однако у них всех были свои ограничения и они не особо эффективны на магической войне. Слишком много имелось умников, способных закрываться от них.

Но блокировать пространства на такой огромной территории куда сложнее и потому мои услуги были всегда востребованы. Несмотря на все особенности моей естественной магии, с ней трудно соперничать.

В гильдии также имелись и настоящие маги пространства, которые, чисто теоретически, могли меня подменить, но так уж вышло, что не было ни никого выше мастера. Слишком уж специфическое и сложное направление. Из-за этого никто не мог телепортировать вещи с такой же простотой как я, не говорю уже про полноценные мои путешествия и призывы посреди боя.

За прошедший год, как я устроился в Вавилоне, уже спас больше трёх десятков чародеев, призвав их к целителям в самый последний момент. Всего в гильдии было больше пяти сотен волшебников, отчего такой мой подвиг действительно имел вес.

Конечно, в основном это благодаря простенькому артефакту, придуманного Шуруккахом. Небольшой браслет, следящий за показаниями чародея и, если показатели его жизненных и магических сил становились слишком малы, то в клетке Верховного умирал голубь. Зачем нужна последняя часть я так и не понял, но всё равно было полезно.

В гильдии уже заметили мои необычные возможности, но лишних вопросов не задавали. Сын архимага, ученик архимага и верный подручный другого самого Верховного— такой защитой мало кто в Шумере обладает. Местные чародеи и так уважал право каждого сохранять детали своих сил в тайне, поэтому не приставали.

Ну а я не собирался ими делится, сохраняя полный спектр своих возможностей в секрете. Ведь именно благодаря им практически всю разрушительную войну мне удалось отсидеться в Вавилоне, до которого армии нечисти было ещё далеко.

Я всё равно не рвался рисковать своей жизнью, сражаясь с целыми армиями или пытаясь уничтожить сильнейших демонов. Моя работа была в том, чтобы помогать им, спасать их, и становиться лучше. И последнему я уделял большую часть свободного времени.

Учителя я хоть и видел раз в пару недель, так как он был занят военными действиями, но уроки с ним у нас тоже не