Как я смогу прожить без тебя? - Юлия Михалина

Тщательно изучив напоследок свое отражение в зеркале, Катрин вздохнула. После пары дней хождений в огромных платьях с широкими юбками, коротенькие белые шортики и легкая футболка, казались прямо нижним бельем. Чувствовалась некоторая неловкость, и хотелось надеть на себя еще что-нибудь. Вот так вот – каких-то два дня, а в настоящем даже два часа, а столько перемен. Вроде бы внешне все та же, но внутри что-то изменилось. Да и глаза теперь другие. Они утратили свое былое спокойствие и уравновешенность, вместо чего приобрели какой-то странный нездоровый блеск, от чего стали еще более изумрудными, прямо как бриллиант на обручальном кольце. Вспомнив о кольце, девушка легким движением руки развернула камнем к внутренней стороне руки – так будет гораздо безопаснее, иначе от каждого, кто увидит кольцо, вопросов не оберешься. А с таким большим сверкающим камнем кольцо заметит каждый прохожий. Довольная своим решением, Катрин выскользнула из спальни.

Спустившись в небольшой ресторанчик при постоялом дворе, девушка заметила, что все из их компании уже были здесь, заняв два столика. Один был полностью занят, а за вторым, где сидели Марина, Игорь и Виктор Николаевич, было еще одно свободное место, на которое Катя и приземлилась, поздоровавшись со всеми. К ее удивлению, обстановка была более чем спокойной. Виктор рассказывал о реконструкциях, остальные с интересом слушали, только Марина видно была рассержена, и Игорь почему-то как-то странно посматривал на Катрин.

Закончив свой рассказ, преподаватель вдруг спросил:

- Катрин, кстати как тебе вчерашняя поездка с Питером? Что-нибудь интересное узнали? А то Марина ничего толком не рассказывает.

- Поездка? – не сразу сообразила девушка.

- Виктор Николаевич, - вмешалась Марина, - я же говорила вам, что ничего особенного. Просто Питер показал парочку интересных книг о истории средних веков в этих районах страны, а одну даже дал почитать.

Катя, открыв рот, посмотрела на подругу, не понимая, что та несет, но Марина под столом незаметно толкнула ее ногой и поэтому Катрин, улыбнувшись, закивала в знак согласия.

- Понятно, - похоже, Виктор Николаевич поверил в эту чушь, либо сделал вид, что поверил, - потом дадите посмотреть эту вашу интересную книгу.

- Хорошо, - в один голос воскликнули девушки.

Остаток завтрака прошел без происшествий. Только оказавшись в автобусе, по дороге в Сизерленд, Катрин спросила у подруги:

- И что это ты за лапшу вешала с утра Виктору Николаевичу?

- Интересно, а что я, по-твоему, должна была делать? – воскликнула Марина так, что внимание всех пассажиров переключилось на них. Тогда девушка уже тише добавила – Или я должна была рассказать ему, что ты напялила платье столетней давности и где-то пропала?

- Так Виктор ничего не знает? – переспросила Катя.

- Конечно, нет! – успокоила Марина, - не думаю, что он бы по головке тебя погладил за все случившиеся. Поэтому когда ты исчезла, я позвонила Питеру, и он сразу приехал. А Виктору мы потом сказали, что Питер все-таки решил нас взять с собой под предлогом показать книги, которые тебя заинтересовали и потом сам привезет нас в постоялый двор.

- Ясно, - выдохнула Катрин, - а где платье?

- Опять ты за свое! – разозлилась Марина, - в замке оно, там, где и лежало до твоих помутнений!

- Марин, ты что его отнесла обратно?

- Не я, а Питер. Мы подумали, что пока не обязательно знать кому-то о нем.

- А умнее ничего не могли придумать! - спохватилась Катя, оборачиваясь по сторонам, боясь, чтобы их никто не услышал. К счастью, все были заняты своими делами, только сзади сидевший Игорь, как-то резко отдернулся назад. Наколняясь к подруге, Катрин еще тише спросила - А колье где?

- И колье тоже! – ответила Марина, как само собой разумеющееся.

- Вы с ума сошли! – хватаясь за голову, заключила Катя.

- Катрин, поверь, ничего с ним там не случиться, - заверяла подруга, - столько лет лежали и еще столько пролежат, и платье и колье, - и тут же спохватившись добавила – кстати Катя, если ты думаешь, что если я с тобой разговариваю сейчас, а значит больше на тебя не дуюсь, то ты очень глубоко ошибаешься! Я все еще жду от тебя объяснений и по поводу вчерашнего и по поводу кольца!

- Марин, - протянула Катрин, - ты опять за свое? Прости меня, но сейчас я ничего не могу тебе объяснить! Мне нужно самой для начала кое-что понять!

- Ну и пожалуйста! – отворачиваясь к окну, надула губы Марина. Вздохнув, Катя не стала больше разубеждать подругу и поэтому остаток пути, они провели в глубоком молчании.

Оказавшись в Сизерленде, ребят ждала очередная экскурсия по замку, а точнее по еще не осмотренных помещениях. Знакомство опять проводил Питер, а Виктор Николаевич снова был занят с реконструкторами.

Вопреки ожиданиям Катрин, Питер не задавал девушке никаких вопросов. Хотя, скорее всего он ждал более удобного момента, когда рядом не будет никого. Только вот этот самый момент не наставал, а девушке нужно было поговорить с Питером, который наверняка должен знать хоть что-то о Райане. Да и это бессмысленное хождение по запустевшим помещениям начинало надоедать, навевая все больше и больше тоски и боли. Если еще вчера Кате казалось все прекрасным, интересным, то сейчас она даже смотреть на все это разрушение могла с трудом, особенно после того, как видела все это в изначальном виде. Теперь же на эти комнаты было тяжело смотреть, вспоминая при этом Райана, который даже представить себе не мог бы, до чего доведут его жилище.

Когда группа была занята рассматриванием очередного запущенного помещения, Катрин, пока никто на нее не обратил внимания, проскользнула в соседнюю комнату, которая оказалась одной их гостиных, ведущих анфиладой в портретный зал. Вот оно – самое время хоть что-то узнать. Хотя бы то, есть ли здесь портрет Райана и его жены, вместе с портретами остальных членов их семейства. Оглянувшись, никто ли не следует за ней, Катя быстрым шагом направилась в зал. Молясь, чтобы дверь, которая еще вчера, точнее, в восемнадцатом веке поражала своим величием, а сейчас была серой от пыли и облупившейся краски, не скрипнула, девушка осторожно повернула ручку. К счастью, дверь открылась без малейших звуков, и Катя сделала один несмелый шаг во внутрь. Здесь практически ничего не изменилось за последние триста лет. Только грязь и паутина застилала все вокруг, в том числе и окна, не давая проникнуть солнечному свету во внутрь, а шелк на стенах, вместо алого, выгорел до бледно-розового цвета. Все портреты были на месте.

Переведя дыхание, Катрин повернулась к стене слева, на которых висели женские портреты. Пробежав взглядом по стене, девушка поняла, что там по-прежнему висело только шесть картин. «Не может быть!» - подумала девушка. Неужели Райан так и не женился? Похоже на то. Потому как последним портретом, так и оставался портрет матери Райана – Хелен. К горлу подступил ком, а в сердце закралось какое-то непонятное предчувствие чего-то не очень хорошего. Медленно повернувшись к противоположной стороне, Катрин прикинула, что здесь портретов все-таки семь. Вон там портрет Майкла, вот прямо Говарда – отца Райана, и рядом с Говардом, самый крайний портрет самого Райана. Вздох облегчения вырвался их груди девушки. Вот он – ее Райан! Такой же красивый, с той озорной улыбкой и немного хищным, но нежным взглядом карих глаз. Такой живой, такой настоящий, будто вот-вот сойдет портрета и ласкового обнимет…