«Крестники» Андреевского флага - Александр Александрович Смирнов

усмиряли бунты не только русских солдат «белой» армии, но и своих соотечественников. Начальник училища капитан 1 ранга М.А.Китицын настолько проникся к ним доверием, что разрешил носить русскую морскую форму – тельняшки, форменки, бескозырки, бушлаты.

Летом и осенью 1919 года чешские гардемарины ушли в учебное плавание на судне «Якут» в северные широты Тихого океана. Стояли свои первые вахты, вычерчивали первые прокладки на штурманской карте, драили медяшки и лопатили палубу чехи под Андреевским флагом, что развевался на мачте «Якута». Зубрили, кстати, «Корабельный Устав» русского императорского флота.

В январе 1920 года учебный отряд Владивостокского Морского училища на вспомогательном крейсере «Орел» и учебном судне «Якут» покинул город и ушел морем в Севастополь. Чешские гардемарины дошли морем до Японии, а потом через Индийский океан до Сингапура.

В начале апреля 1920 года на борт крейсера «Орел», стоявшего на рейде Сингапура, доставили телеграмму. Главнокомандующий чешскими войсками в России «генерал-фельдшер» Гайда отзывал своих подчиненных на родину. Посчитал, что хватит им уже учиться. Командир учебного отряда капитан 1 ранга Китицын был, в принципе, с ним согласен. Гардемарины-чехи получили такую морскую практику, пройдя воды Тихого и Индийского океанов, что не у каждого адмирала имелась. Дипломы штурманов дальнего плавания 25 чешских парней заслужили по праву.

8 апреля 1920 года чешские моряки попрощались с русскими кораблями и сошли на берег. Сев на английский пароход пассажирами, через Суэцкий канал и Средиземное море добрались до Черного. А потом вверх по Дунаю, откуда уже не далеко было до тихой Влтавы, до «Златой Праги».

Чешским морякам, естественно, не присваивали чинов офицеров русского флота. Но нет сомнений в том, что среди офицеров речной флотилии Чехословакии и капитанов чешских морских судов было немало выпускников Владивостокского Морского училища. Крестников Андреевского флага.

Великобритания

Кичливые джентльмены из Адмиралтейства «владычицы морей» никого и никогда не считали равными себе. Лорды британского флота охотно пользовались русским флотом во время войны с Германией, но едва она завершилась – превратились в злейших врагов русского флота. Впрочем, еще до ее окончания они продемонстрировали свой снобизм. В 1917 году в английский флот попросился не только верный союзник, но и адмирал, чей профессионализм был признан Турцией, США, Германией – Колчак. Но британцы даже его не пустили под военно-морской флаг Англии. Уступишь русскому, сделаешь исключение, не приведи Бог, попросятся в английский флот адмиралами индусы, шотландцы, ирландцы… А Великобритания – это же «оплот демократии во все мире», и «национальная чистота» флотских кадров должна соблюдаться, как стерильность хирургических инструментов. Поэтому, даже адмирала Колчака отправили в сухопутные войска.

Вступив в Россию то ли интервентами, то ли союзниками «белого» движения, англичане при любой возможности уничтожали или уводили русские боевые корабли и транспортные суда. Морская мощь России для них была неприемлема вне зависимости от того, какая это будет Россия «красная» или «белая». Прямо или косвенно, они способствовали затоплению русских кораблей в Черном море, в Каспийском, на Балтике, на севере. Из Мурманска в 1919 году англичане увели русские эскадренные миноносцы «Бесстрашный», «Бесшумный», «Лейтенант Сергеев», «Капитан Юрасовский» и транспорт «Ксения» (их дальнейшая судьба неизвестна). Там же, в Мурманске, утопили русские подлодки «Сом» и «Щука».

Трудно было предположить, чтобы офицеры русского флота, оказавшись в эмиграции на британских островах, могли продолжить военную карьеру. Но такие исключения все же были. Два офицера русского флота достигли высокого положения: один – в английской армии, второй – на флоте.

Лейтенант английского флота Борис Германович Брандт капитан 1 ранга русского флота

В списке личного состава вооруженных сил Великобритании известны два «крестника Андреевского флага» и лишь один из них служил непосредственно во флоте Ее Королевского Величества. Это инженер- механик, капитан 2 ранга русского флота.

Сын коллежского советника, уроженец С-Петербурга, Борис Брандт хотя и был крещен по православному обряду, но, судя по фамилии, был потомком англичан-переселенцев, приехавших в Россию из Англии при Петре I. Так что судьба русского кавторанга была скорее «реэмиграцией» дальнего потомка на историческую родину предков. И для чопорных джентльменов Брандт был все же этнически своим. Но, хотя британское Адмиралтейство и присвоило Брандту чин офицера флота, все же на корабли его не пустили, оставив при военно-морском кораблестроении. Тем более, что опыт, приобретенный им в России на этом поприще, впечатлял.

Брандт окончил Морское Инженерное училище в 1900 году и вскоре был отправлен в Данциг, где на германских верфях достраивался крейсер «Новик», вписавший свое имя в историю русско-японской войны. Инженер- механик Брандт был, используя современное определение, военпредом на строящихся кораблях по части главных и вспомогательных механизмов. Под его наблюдением устанавливали и испытывали машины на эскадренном броненосце «Наварин», крейсере «Адмирал Нахимов» и даже на императорской яхте «Штандарт».

Борис Германович, казалось, просто жил среди этих переплетений кабелей, проводов, нагромождений механизмов, дышал в атмосфере запахов машинного масла, мазута и сам себе уже казался каким-то разговаривающим «механизмом». Его круг был кругом все тех же инженер-механиков, «черной кости» офицерского состава, на которую свысока посматривала «белая кость» – строевые офицеры флота. Не имея никакого наследственного имущества, он и женился на дочери старшего коллеги, флагманского инженер-механика – Екатерине Федоровне Тюлевой.

Свой первый орден Российской Империи – Святого Станислава 3 степени – Брандт заслужил за снаряжение и подготовку машин кораблей 2-й Тихоокеанской эскадры адмирала Рожественского. Хотя ее критиковали и современники, и потомки, но почти все корабли и суда эскадры своим ходом благополучно совершили переход из Балтики до Тихого океана.

Впрочем, орденами Брандта не баловали. Второго Станислава, уже 3 степени, он был удостоен только в 1915 году.

Высокопрофессиональный инженер-механик Брандт никогда не интересовался социальными вопросами. И революцию 1917 года воспринял как факт массового умопомешательства целого народа. Жить в стране сумасшедших, как беснующихся под красным флагом, так и мистифицирующих под знаменем Белого Дела, здравомыслящий кавторанг не стал. А с женой и двумя сыновьями просто перебрался на родину предков. В Англии, где он был востребован как специалист, он и нашел свой вечный покой, скончавшись в старости, окруженный близкими.

Полковник английской армии Георгий Ермолаевич Чаплин, капитан 1 ранга русского флота

Этого человека в годы гражданской войны называли «Северным Колчаком», сравнивая военные перевороты, душой которых он был, с переворотом в Омске, в результате которого военным диктатором стал адмирал Колчак. Схожи эти моряки были и чертами характера. Обоим была присуща цельность натуры, решительность, целеустремленность, личная храбрость, безусловный патриотизм. А главное – оба не только стойко принимали сложившиеся обстоятельства, но и сами умели их создавать в своей судьбе. И еще: оба