Не герой ее романа - Элиза Барра

хотела заняться сексом прямо на заднем сиденье «Соляриса». Однако Митю удалось удержать свою темпераментную подружку в относительных рамках приличия, пока они не добрались до ее однокомнатной квартиры в одном из спальных районов, переступив порог которой, сразу оказались в постели. Барышня оказалась охоча до секса, и они славно потрахались, каждый заботясь исключительно о собственном удовольствии.

Митяй тогда так ничего и не сказал Карине про свой приезд, поэтому та пребывала в полной уверенности, что он занят на службе. Когда спустя пару недель он все же поехал к Карине, то уже знал, что они расстанутся. Правда, он планировал «прощальный» секс, спокойный разговор о том, что она – замечательная девушка (и это, в общем-то, было чистой правдой), что скоро она обязательно встретит не менее замечательного парня, и все в таком духе, но разве с Кариной хоть когда-то что-то могло идти по плану? Нет, конечно, и этот раз не стал исключением. Митяй и так в последнее время напоминал оголенный нерв, неудивительно, что он вспылил даже от малейшего намека на то, что девушка покушается на его свободу. Он не собирался отчитываться перед ней, тем более, что Карину интересовала именно та ночь, которую он провел с другой. Просто закон подлости, не иначе, ругался про себя Митяй, когда в сильнейшем раздражении уходил из квартиры Карины, ни секунды не сомневаясь в том, что делает это навсегда.

Митяй понимал, что ему потребуется время, пока его чувства к Карине окончательно остынут. Подобное излечивается подобным. Это Митяй знал наверняка, поэтому его телефонная книжка, оскудев на один номер, быстро стала пополняться новыми. Он целенаправленно возводил внутри себя барьеры, отсекая ненужные душевные треволнения. За годы сценарий был отработан до автоматизма: флирт с приглянувшейся феминой, необременительная беседа с юмором и комплиментами, а затем секс. Если всех все устроило, то при желании и наличии свободного времени можно было повторить. И так по новой.

Расставшись с Кариной, он вернулся к привычной для себя схеме, вот только что-то шло не так. Митяй запрещал себе думать о бывшей девушке, стремительно пресекая даже мимолетную мысль или воспоминание о ней, но контролируя свое сознание, он ничего не мог поделать с бессознательным, которое то и дело выдавало ему неприятные сюрпризы. Именно вследствие одного из них Митяй забил самую настоящую тревогу, когда окончательно утратил контроль над ситуацией.

Начиналось все довольно безобидно. Полумрак бара с приятной прохладой от кондиционеров, симпатичная высокая девушка с длинными стройными ногами, сексуально потягивающая через трубочку алкогольный коктейль, которым ее угостил Митяй. Сам он предпочел ви́ски. Давно Митяй не ощущал такого душевного подъема, вызванного новым приятным знакомством. Все будто бы вернулось вспять, и он снова чувствовал искреннее влечение к понравившейся девушке. Митяй использовал все свое обаяние, чтобы вызвать взаимность, и неплохо преуспел на этой почве. Вот только он слишком поздно осознал, кого эта девушка ему напоминает своей комплекцией и прической.

Митяй несколько раз любовно дотронулся до темных окрашенных волос своей новой знакомой, наслаждаясь их мягкостью. Барные стулья под парочкой уже стояли чуть ли не впритык друг к другу, позволяя мужскому колену прижиматься к женскому бедру. Митяй накрывал ладонью тонкую руку и ласково поглаживал ее, но волосы девушки притягивали его взгляд, как магнитом. Когда алкоголь в крови превысил допустимую норму, Митяй стал утрачивать связь с реальностью. Придвинувшись вплотную к сидевшей рядом девушке, Митяй зарылся лицом в ее темные волосы и сделал глубокий вдох. «Не то», - разочаровано пронеслось у него в голове, когда он неосознанно попытался почувствовать сладковатый запах духов, которыми обычно пользовалась Карина, смешанного с ароматом ее кожи, описать который он не смог бы, даже если бы попытался, но безошибочно узнал бы из тысячи других.

Это была не Карина, он ведь это знал, но как же сильно ему хотелось обмануться. Все, что он с таким неумолимым упрямством подавлял в себе, в один момент вспыхнуло и буйным цветом разрослось внутри организма, хорошенько сдобренного алкоголем. Рассчитавшись за выпивку, он, как сомнамбула, пошел к выходу, не обращая внимания на окрики донельзя удивленной его поведением девушки. Ноги сами понесли его к метро, на котором он за полчаса добрался до нужной станции. Митяй шел к дому Карины, не имея ни малейшего представления о том, чем будет оправдывать свое появление. Все, о чем Митяй, мог в этот момент думать, так это о том, что просто хочет ее видеть. Он хотел обнять Карину, прижать к себе, как можно ближе, и вволю надышаться запахом ее тела, напитаться теплом ее кожи, и попытаться разобраться, что в ней было такого, чего он никак не может найти в других женщинах.

Прогулка несколько остудила его запал, а от свежего воздуха в голове немного прояснилось. Позвонив несколько раз в домофон, Митяй оставил попытки проникнуть в подъезд и направился к ближайшей пустой лавочке во дворе. Сев в тени на жесткую скамью, он стал собирать разрозненные мысли в кучу. Карина могла отключить домофон, могла уехать или даже переехать. Он собственной рукой перечеркнул все, что их связывало, так зачем же сидит под ее окнами, непонятно на что надеясь? На это он не мог ответить ничего внятного, поэтому сконфуженно молчал.

Вероятней всего, он бы еще немного посидел, отдохнул, а затем отправился восвояси, но именно в этот момент Карина так не вовремя возникла в его поле зрения. Да не одна, а с тем прыщавым юнцом, который бегал за ней с щенячьей влюбленностью в глазах. Это открытие ударило Митяя под дых, всколыхнув в нем жгучую ревность, смешанную с обидой. Мужчина был до глубины души уязвлен тем, что пока он, как последний дурак, мучается фантомными болями по ней, не может толком потрахаться в свое удовольствие, она в это время под ручку разгуливает с другим, вся такая нежная и воздушная в своем легком платьице. У Митяя упало забрало и, не заботясь о последствиях, он двинулся прямо к сладкой парочке, беззаботное времяпровождение которой намеривался безвозвратно испортить. Кстати, с последним он справился просто на отлично, кто бы сомневался, ведь, как говориться, ломать – не строить, а в этом Митяй был мастак.

Ему даже стало чуточку жаль, что не удалось почесать кулаки об угрюмую физиономию паренька, вытаращенные глаза которого выражали забавную смесь из ненависти и страха. Но в Карине, как всегда, взыграл комплекс спасительницы, и она заслонила своим телом незадачливого ухажера, не позволив Митяю причинить тому хоть какой-то мало-мальски возможный урон. Да и шут