Хозяйка Четырех Стихий - Мария Гинзбург

– Теперь ты меня убьешь… Теперь ты меня убьешь…

«Что ты сделал?», мучительно думал Искандер. – «Что? Проворовался, спустил все деньги своего управления на карты и водку? Но ты же не пьешь и не играешь…ЧТО?»

Искандер положил меч на кровать. Лезвие тускло сверкнуло в лунном свете. Император разжег светильник, стоявший на столике рядом с постелью, и повернулся к своему магу. Крон перестал раскачиваться и смотрел на Искандера пустым взглядом.

– Нет, – осторожно обнимая мага, сказал император. – Никогда. Тебе придется сделать это самому, если приспичит. Но до тех пор, пока чудовище будет во мне, я не позволю тебе оставить меня.

Глаза Крона приобрели осмысленное выражение.

– Искандер, она в Рабине! – воскликнул маг. – Она только что призвала все четыре стихии! Ты понимаешь?

– Да, – выдохнул император, тяжело наваливаясь на мага. Глаза его стали мертвыми. Затем в них мелькнула искры разума. Разума нечеловеческого, далекого. Искандер стал призмой, сквозь которую смотрело огромное око. И оно горело чувствами, для которых нет слов в человеческом языке. Крон зябко передернул плечами.

То самое чудовище, которое император так ненавидел, услышало слова Крона.

И проснулось.

– Свяжись с Рабином, – сказало оно.

Крон поспешно отвернулся. Сумка с магическими принадлежностями стояла у кровати. Имперский маг извлек черную, с зелеными зигзагами нефритовую тарелку, такой же шар-яблоко и замызганный справочник телепатических кодов. Положив книгу на колени, он раскрыл ее на руне «рихт», с которой начиналось имя бывшей столицы Мандры. Первым стояли позывные главы местного подразделения Чистильщиков. Крон прищурился, выходя на связь, но шарик на тарелке даже не дрогнул. Он попробовал вызывать замок князя, но результат был точно таким же.

– Не отвечают, – сказал имперский маг. – Что там такое происходит, хотел бы я знать… А ну-ка…

Он вызвал замок дракона. Код был устаревшим, в замке давно никто не жил, но эффект превзошел все ожидания. Нефритовое яблоко не успело обежать и полкруга, как на тарелке появилось изображение. Крон невольно отшатнулся, когда перед его носом вспыхнули призрачные языки пламени. Стационарный телепатический порт сработал, хотя рядом с ним никого не было. Его активировала магия замка, а эти чары, как знал Крон, приводила в действие только пролитая кровь.

– Так! – сказал маг и скосился в справочник. – Я думаю, имеет смысл связаться с моргом. Все равно больше стационарных точек приема в Рабине нет.

– Связывайся с кем хочешь, – ответило чудовище. – Но найди ее!

Крон разорвал контакт и пробормотал под нос нужную формулу. Яблоко закрутилось, описав положенные при ближней связи три круга по тарелке. Имперский маг увидел седого старика с густыми бровями.

– Дренадан, первый главный волхв Ящера, – представился тот.

Крон понял, что напал на верный след. Главному волхву Ящера нечего было делать в Рабине, только если… Имперский маг назвал себя и спросил:

– Что у вас происходит?

– Какая-то банда вместе с боевыми ведьмами проникла в замок дракона и подожгла его, – ответил Дренадан. – Мне уже доставили два трупа, а больше я ничего сказать не могу.

При словах «боевые ведьмы» Искандер вздрогнул и подался вперед, но Крон сильно сжал его руку.

– Назовите имена убитых и особые приметы, – сказал маг.

Волхв на миг исчез из поля зрения, было слышно, как он шуршит бумагами.

– Валет, это экен, особых примет никаких, потому что он полностью обуглен. А разве что вот, татуировка на внутренней стороне кисти, цветок с четырьмя лепестками, – сообщил он. Крон прикусил губу, чтобы не выдать радости. – Второй, тоже экен, но записан как Иннокентий. И девочка, Наталия, дочь Радагастова.

– Мы забираем первое тело, я сейчас прибуду, – сказал имперский маг. – Этого Валета не обмывайте и к похоронам не готовьте.

Дренадан усмехнулся.

– Как прикажете. Но я должен напомнить, что за некромантия сурово карается, вплоть до исключения из Круга Волшебников Мандры.

Крон промолчал, но тут неожиданно вмешался император.

– Делай, что велено, и не рассуждай! – рявкнул он, наклонившись к тарелке. – Тебе удалось от меня улизнуть, но ей от меня не уйти!

Оскорбленный волхв разорвал контакт. Крон задумчиво посмотрел на императора, убрал тарелку с яблоком в сумку и начал одеваться.

– Постарайся уснуть, завтра тебе понадобится свежая голова, – сказал маг, делая сложные пассы руками. Настройка столь удаленного телепорта требовала подготовки. – Я вряд ли вернусь до утра.

Император недовольно заворчал.

– Мы это все уже обсуждали, – не повышая голоса, сказал Крон. – Тебе нельзя идти. Да, и кстати, ты что, знаком с этим волхвом? Кто он такой?

– Раньше я был им, – сказало чудовище неохотно. – Но он предал меня, отдал себя Ящеру…

– Тогда тебе тем более нельзя там появляться, – сказал Крон. – Значит, этот волхв уже обо всем догадался.

Император вздохнул и лег. Крон сделал сложный жест, и исчез с таким грохотом, что в спальню заглянул телохранитель Анджей.

– Все в порядке? – спросил он.

– Да, вечно Крон со своими магическими штучками, – сказал Искандер. – Иди.

Анджей вернулся к себе. Но вместо того, чтобы продолжить чтение «Комментариев к Уставу гарнизонной службы», он наспех набросал небольшую записку. Затем потряс магический колокольчик, и явилась заспанная ведьма.

– Чего надо? – спросила она угрюмо.

– Доставьте в Нижний Город, адрес там указан, – сказал Анджей. – Да побыстрее.

Хотя телохранитель оглядел спальню лишь мельком, он успел заметить, что Крона там нет.

Марфор надавил на головку ключа. Судя по всему, хозяин дома давно не выходил в море. Замок успел заржаветь. Раздался хруст, и верхняя часть ключа осталась в руке эльфа. Ульрик толкнул дверь ногой. Она оказалась ничуть не крепче, чем дверь дома, и с треском сорвалась с петель. Эльфы затащили лодку на крышу дома, как им и посоветовал мальчик.

– Окажи мне одну услугу, – сказал Ульрик.

– Какую?

– Спустимся в дом. Я тебе кое-что покажу.

– Нет, – сказал Марфор.

Ульрик ударил кулаком по печке так, что посыпалась известка. Магический шар, висевший над головой Марфора и освещавший убогую обстановку дома, заплясал в воздухе.

– Он не проснулся, когда кричал его сын, – сказал эльф. – Мальчик даже не звал его на помощь! И ребенок сам просил тебя об этом!

Марфор, уловив слабое мерцание, стремительно нагнулся. Когда он поднялся, в руке его оказался нож.

– Он сам пытался убить его, – сказал эльф. – Вот паршивец, хотел свалить на нас!

– Почему же у него не получилось?