Аллоды. Все корабли Астрала - Роман Афанасьев

Чуть приоткрыв рот, Гордей, позабыв все наставления, озирался по сторонам, впитывая новые впечатления, как сухая губка воду. Насладится ими он не успел – отряд с «Бесстрашного» миновал палубу чужого корабля и по мосткам перебрался на соседний корабль. Тут Гордей и вовсе потерял дар речи.

Соседний корабль был больше похож на бревно, в котором кто-то прогрыз ходы и лабиринты. Палубы как таковой не было – гибберлинги шли прямо сквозь постройки, переходя из одной комнаты в другую и петляя в лабиринтах из черных стен. Гордей, крутивший головой, внезапно понял, что если бы явился сюда в одиночку, то непременно заблудился бы в хитросплетении маленьких комнат. Может, так и было задумано? Чтобы чужаки не шлялись?

Разглядывая деревянные двери со странными круглыми узорами, Гордей немного замешкался и очнулся от наваждения только тогда, когда Эрл взял его за руку и потянул за собой. Едва переставляя ноги, молодой охотник последовал за своим новым другом, и они быстро прошли корабль насквозь. А там Гордея поджидал новый удар.

Следующее судно оказалось воздушным, словно игрушечным, сотканным, казалось, из одних прозрачных парусов. Тонкая резьба на бортах, прозрачные крылья, уложенные на палубу, паруса, сделанные словно из прозрачнейших стружек… Над ним, несомненно, трудился целый полк искуснейших резчиков по дереву, не забывая вставлять цветные камни в белое и темное дерево.

Дальнейший путь Гордей проделал в полном ошеломлении, уже плохо понимая, что он видит перед собой. Чудеса гибберлингских кораблей слились для него в один большой поток. Крылья, палубы, мачты, гибберлинги в разноцветных блистающих одеждах – все смешалось в разноцветный ком.

Очнулся молодой охотник только перед последним кораблем, на котором и должен был состояться совет гибберлингов. О том, что это тот самый корабль Гордей догадался без подсказок – лишь только увидел его. Он отличался от других, и не узнать его было невозможно. Он был круглым – по-настоящему круглым, как блюдце. И напоминал настоящий остров, плывущий в астрале и несущий на себе десятки домов и мачт. Он был застроен практически полностью – в центре высокий блестящий купол, а от него кольцами отходят домишки с крохотными окошками. И именно к этому кораблю и причаливали суда гибберлингов, казавшиеся крохотными лодочками по сравнению с этим островом.

Как следует осмотреться Гордею не дали – ступив на борт острова, команда «Бесстрашного» заторопилась, гибберлинги подтянулись: и весьма бодро пошли по широкому коридору, ведущему внутрь корабельных построек. Гордею, легко выдерживающему быстрый шаг гибберлингов, удалось рассмотреть только то, что открывалось прямо перед ним, а именно – прямой большой коридор, больше напоминавший улицу с крышей, да окошки в стенах, подозрительно напоминавшие бойницы. Судя по всему, эта улица внутри корабля-острова была сделана только для одного – для прохода толпы гибберлингов, спешащих на Совет.

Когда впереди забрезжили огни, очнувшийся от грез Винсент неожиданно оказался совсем рядом с другом и шепнул ему прямо на ухо:

– Начинается. Помни об уговоре.

Гордей, помрачнев, кивнул и, выполняя обещание, накинул на голову капюшон, скрывший его лицо. Эльф последовал его примеру, и оба превратились в безымянных дылд с закрытыми лицами.

Капюшоны, оказывается, им заранее сшили гибберлинги, но приторочили их к одежде только перед самым советом. Эрик уверял, что это простая формальность, но ее нужно выполнить – на совете чужаки не должны показывать лицо, делая вид, что их на самом деле тут как бы и нет. И откинуть капюшон можно было только по требованию старейшины. Винсент, наблюдая за тем, как его легкий и сохранивший остатки шика сюртук превращается в нечто неописуемое с капюшоном, чуть не воспламенился от злости. Гордей отнесся к этому спокойнее – его изуродованной куртке уже ничто не могло повредить. Рукавов нет, карманы потерты, полы в дырах, ну пусть еще и капюшон будет.

Он и теперь об этом не жалел. Думал лишь об одном: все это поможет ему увидеть, наверное, самое тайное сборище на свете! Уж самое необычное – это точно. Маленькая пушистая раса собирается на совет на борту рукодельного острова, затерянного в глубинах астрала. Рассказать кому в деревне – так на смех поднимут.

Усмехнувшись, Гордей чуть наклонил голову, протискиваясь в большие – для гибберлингов – двери, которыми заканчивался коридор и вошел в зал Совета.

На этот раз он не застыл на месте. Просто машинально сделал пару шагов в сторону, освобождая проход остальным гибберлингам с Бесстрашного, и лишь тогда замер, пытаясь охватить одним взглядом все великолепие, открывшееся ему в зале Совета.

Тот купол, что он видел снаружи, оказался пустым. Он прикрывал собой огромную площадку, на которой могла уместиться целиком главная площадь Новограда. А в ее центре росло дерево – настоящее живое дерево, неизвестно как обходившееся без солнечного света. Именно оно поразило Гордея до глубины души. Он, с детства ходивший по всем окрестным лесам, прекрасно понимал, как сложно в таких условиях вырастить и сохранить настоящее дерево. Большое, размером с вековой дуб – но не дуб, это точно, – живое, с золотистой тонкой корой, густой кроной зеленых листьев, казавшихся в полутьме черными. В конце концов Гордей решил, что здесь не обошлось без колдовства, и отвел взгляд, рассматривая зал.

Света тут было маловато – большие желтые кристаллы, прикрепленные к куполу, светили довольно тускло, и в зале царила полутьма. Хорошо освещена была только площадка вокруг дерева, а окраины утопали в темноте. Именно поэтому молодой охотник прежде всего заметил круг больших деревянных кресел, установленных вокруг дерева, а потом уже заметил гибберлингов, толпящихся за спинками. Площадь была забита гибберлингами, возившимися и громко перешептывающимися в полутьме. Никаких скамеек или кресел тут не было, и всем приходилось стоять. Команда «Бесстрашного», прибывшая в числе последних, разумеется, осталась на краю, почти у самого выхода. Лишь семейка Сига Быстрых и Эрик пошли вперед, к кругу из деревянных кресел.

Едва команда разместилась в полутьме, у стен, Гордей и Винсент, как и было условленно, тут же уселись на пол, чтобы не торчать из моря гибберлингов подобно жердям. Видно стало хуже, и Гордей поднялся на колени, став лишь чуточку выше обычного гибберлинга. Винсент последовал его примеру, и друзья замерли, напряженно всматриваясь в толпу, над которой висел протяжный гул от сотен голосов.

Светильники над креслами вспыхнули ярче, и Гордей затаил дыхание – как и сотни собравшихся в зале гибберлингов. В зале сразу наступила тишина. Было слышно только, как шепчутся старосты, выходя к своим креслам.