Лорд блуждающих земель - Дмитрий Дубов

широко раскрыл глаза, так что я понял, он совершенно искренен. — Пойдёмте, посмотрим, если можно, — он снова говорил быстро, но теперь эффект журчащего ручейка пропал, и слова падали отрывисто и рублено.

— Пойдём, — ответил я, вставая. — Более того, скажу, что один в своей агрессии на меня с топором кидался…

— Да вы что⁈ — изумился маг.

— И на свою жену с малолетней дочерью, — добавил я, изучая реакцию спутника. — А затем выбрался из острога, захватил их в заложники и попытался скрыться в лесу.

— Ужас какой, — Горитрубов покачал головой. — Но это же может быть единичным случаем. В голове у мужика перещёлкнуло, и всё. Бывает такое. Перещёлкнуло же, правда?

— Боюсь, что нет, — совершенно искренне ответил я, подходя к самому первому костру, вокруг которого выпивали люди. — Мне и самому довелось попробовать эту гадость. Моментально наваливается апатия с одной стороны, и не хочется ничего делать, и гипертрофированная эмоциональность с другой. Хочется кому-нибудь хорошенько навешать тумаков.

— Феноменально, — проговорил маг огненной воды. — Я даже не предполагал…

— Да ты сам попробуй, Пал Матвеич, — предложил я, усмехаясь. — Сразу всё поймёшь.

— Мне нельзя, — зачастил маг. — Мне вот совсем нельзя. Даже пробовать. У меня организм не приспособлен. Я вот понюхаю, и мне нормально.

— Тимофей! — громко позвал я, даже не надеясь, что помощник меня услышит, но, возможно, ему кто-нибудь передаст.

У меня всё-таки зародилось сомнение в том, что маг огненной воды не специально сделал дурманящую отраву. Сам Горитрубов тем временем склонился над одним из тех, кто вповалку лежал у костра. Он открыл веко лежащего и посветил в глаз маленьким карманным фонариком.

— Да я тебя сейчас! — лежащий вдруг начал подниматься, а его руки уже сжались в кулаки.

— Не надо, не надо, — пробормотал Пал Матвеич, — лежите. Я уже всё понял.

И он поднял на меня глаза. Там была искренняя скорбь, что снова поколебало меня во мнении, что он подстроил всё специально.

— Что скажете? — поинтересовался я, прищурившись.

— Моя ошибка, видимо, — ответил он, заламывая руки. — Судя по всему, генетическая мутация местных деревьев оказалась гораздо серьёзнее, чем я предполагал. Но я же не могу попробовать…

— А почему? — спросил я, решив выяснить всё, связанное с этим человеком, до конца. — Что мешает? И вообще, как ты гонишь?

— Приспособлен к самогонной магии, — он развёл руками. — А к питию совсем не приспособлен. Если начну, то уже не остановлюсь. Могу год пить, два. Ничего тогда делать не могу. Только для себя. А народ без алкоголя взбунтуется. Вот завтра не дайте им похмелиться, или вечером оставьте без спиртного, всё! Вас свяжут и выкинут в лес к монстрам.

— Да ладно? — я отказывался верить в то, что он говорил.

— Ну, может быть, не так грубо, — сказал подошедший в этот момент Тимофей. — Но да, бунт обеспечен.

— Кстати, ты мне и нужен, — я повернулся к помощнику и указал на Горитрубова. — Он действительно не может пить?

— Последний раз еле вытащили его из бутылки, — пожал плечами Тимофей, глядя на Пал Матвеича. — Но тогда мы были ещё в империи, и был доступ к другому алкоголю. А тут…

— Я понял, — сказал я и огляделся по сторонам. — А вот, что с этим делать — пока нет.

— А что можно сделать? — спросил меня маг огненной воды. — Останавливать куб нельзя, будет очень плохо. Сухой закон в условиях, в которых оказались люди, только добавит им агрессии.

Я посмотрел на Тимофея. А затем принюхался. От помощника запаха не было.

— А от тебя почему не пахнет? — спросил я, подозрительно вглядываясь в его лицо, что в условиях темноты и пляшущего пламени от костра было не очень легко. — Знал, какое действие оказывает?

Мне пришло на ум, что я начал всех и каждого подозревать в сговоре против себя и народа, который за мной пошёл. Надо было с этим заканчивать. Впрочем, как говорится, если вы параноик, это совсем не значит, что за вами не следят.

— Да я как-то никогда, — проговорил пожилой мужчина, не понимая, с чего я вдруг на него так смотрю. — Мне не нравится.

— Хорошо, — я перевёл взгляд на Горитрубова. — Пал Матвеич, а вы что скажете? Как можно это всё прекратить?

— В ближайшее время — никак, — он покачал головой, сжав губы до того плотно, что они побелели. — Мне нужны исследования, чтобы понять, какой именно элемент подействовал таким образом.

— Целитель… Сергей Васильевич, — сказал я, вспоминая слова, сказанные мне в медицинском шатре, — сказал, что виной всему один… алкалоид… — я с трудом вспомнил незнакомое слово и замолчал, не зная, к чему привести фразу.

— Знаю, — махнул рукой маг огненной воды. — Он немного не прав. Частичное воздействие было и раньше. Но вот такого эффекта не было. Поэтому выход… Я, правда, не знаю. Только если полностью менять ингредиенты.

— На что можно поменять? — у меня в мозгу сразу щёлкнуло, что если можно изменить на что-то, то уже хорошо.

— Сахарная свёкла, тростник, — начал перечислять Горитрубов, — в конце концов, простые отходы от фруктов и овощей, которые можно сбраживать, но тогда нам потребуется сахар.

— Сахара нет, — категорически отрезал Тимофей, и я перевёл взгляд на него. — Тех нескольких килограммов, что остались, не хватит и на пару раз. А вот для сладостей пригодится. Так что это точно не выход.

— А семян сахарной свёклы случайно нет? — спросил я, полагая, что мы можем организовать урожай этого овоща, хотя, конечно, всё это будет небыстро. — Давайте сразу придумаем, что делать.

— Семян нет, да и выращивать долго, — Тимофей тоже, казалось, потерял оптимизм и поник. — Но эта отрава точно быстро уничтожит лагерь.

— Впрочем… — Пал Матвеич вдруг поднял указательный палец вверх, задумался и зачем-то облизал его. — Да! — добавил он через несколько секунд. — Мне кажется, я видел в лесу неподалёку от вала растение, похожее на тростник. Надо будет проверить его на сахар, и тогда, возможно, получится добыть замену жомалистовому дереву.

— А давно видел? — спросил