Парадокс пениса. Уроки жизни из мира животных - Эмили Уиллингем

новое). И посыл был ясен: для получения удовольствия имеет значение не размер игрушки, а ее способность правильно стимулировать правильные места.

Удивительные блохи

Философ Роберт Бойль (1627–1691), живописавший деяния природы (а для него они были деяниями Бога), говорил, что предпочитает смотреть на «препарированного крота», чем на слона. Хотя кто-то и считает кротов «презренными» из-за их малого размера, писал Бойль, но «истинные чудеса Природы — в ее наручных часах, а не на часах ее башен».

Крошечные часовые механизмы гениталий насекомых и пауков, улиток, слизней и мелких млекопитающих чудесны. Будь эти гениталии сопоставимы по размеру с человеческими[148], они точно сбили бы со многих из нас спесь.

Возьмем, например, блоху. Известный энтомолог Мириам Ротшильд (1908–2005), описывая коллекцию блох, которую ее семья передала Британскому музею, предположила: «Любой инженер, взглянувший на такое фантастически непрактичное устройство, как интромиттум блохи, сделал бы ставку на то, что оно не заработает. Удивительно, но это не так». Посмотрите сами.

Гениталии блох вызывают такой ажиотаж, что колумбийско-австралийская художница Мария Фернанда Кардосо (1963 г. р.) даже основала настоящий блошиный цирк, который дебютировал в 1995 г. в Exploratorium в Сан-Франциско. В 2012 г. она же создала инсталляцию «Музей копулятивных органов», состоящую из больших трехмерных изображений интромиттумов и сперматофоров различных насекомых. Среди них был невероятный пенис сенокосца, интромиттум зерновки[149], крючковатые гениталии различных стрекоз и медузоподобный половой орган местной улитки, который ранее, кстати, никем не изучался[150]. Это инсталляция невероятной красоты и выразительности, и, когда смотришь на нее, становится понятно, почему мы тратим так много лет, так много слов и так много денег на изучение гениталий насекомых.

Блоха и ее длинный, закрученный, свернутый пенис внутри прозрачной задней части. Рисунок выполнен В. Г. Кунце по T. B. Cheetham, PhD, 1987, Iowa State University/Entomology Commons

Эти гениталии удивительны и с точки зрения своего строения, и с точки зрения эстетики. Они очаровывают нас независимо от того, измеряем ли мы их (пенис блохи может быть более чем в 2,5 раза длиннее ее тела. Для мужчины среднего роста это означало бы член почти пятиметровой длины), описываем ли их устройство или просто наблюдаем спаривание зерновок на видео. Насекомые заставляют обычно рациональных ученых, отбрасывая объективность, например, утверждать, что «у блох самый сложный копулятивный аппарат среди всех насекомых»{89}. Вы уже многое знаете о копулятивных органах, так что можете понять, насколько это смелое заявление.

Оно такое смелое именно потому, что головокружительное разнообразие окружающего мира часто скрыто от человека. В ходе работы над своей диссертацией Мария Фернанда Кардосо наткнулась на живущих в болотистой местности вокруг гавани Сиднея морских улиток размером с желудь. Такие водятся в Австралии буквально повсюду, и Кардосо, конечно же, встречалась с ними не один раз.

Пенис Phallomedusa solida. Рисунок выполнен В. Г. Кунце по рисунку 112 из The Aesthetics of Reproductive Morphologies, Maria Fernanda Cardoso, 2012

Но только в отделе микроскопии Австралийского музея она увидела пенис этого существа, этой обыкновенной маленькой улитки, которая сейчас называется Phallomedusa solida, а ранее называлась Salinator solida{90}. Пенис был настолько странным, что таксономист Розмари Голдинг, впоследствии и предложившая переименовать улитку, приняла его за какого-то паразита[151]. Почему она так ошиблась? Просто посмотрите на иллюстрацию.

Кардосо была так поражена увиденным, что сразу же решила изобразить пенис Phallomedusa solida в большем масштабе. «Я почувствовала, что миру необходимо знать, как выглядит пенис этого существа», — написала она. И теперь, когда вы тоже это знаете, вы, несомненно, с ней согласитесь.

Лазерные мечи

Кардосо не единственный художник, вдохновляющийся гениталиями насекомых[152], и не все насекомые, которые становятся объектами внимания творцов, так же плохо изучены, как Phallomedusa solida. Британская художница Джоуи Холдер (1979 г. р.), например, по впечатлениям от знакомства с интромиттумами жуков, в том числе зерновок, создала коллекцию дилдо[153]. Также она является автором инсталляции «Эволюция спермалега» (спермалег — это общее название различных структур для получения спермы, которые в ходе эволюции развиваются в брюшке насекомых, практикующих травматическое осеменение). В онлайн-версии инсталляции[154] напечатанные на 3D-принтере модели интромиттумов выставлены на фоне их огромных увеличенных 2D-версий. Стены зала полностью покрывают изображения гениталий, они нависают со всех сторон, и ты чувствуешь себя как истребитель X-wing, к которому приближается звездный разрушитель. Еще одно творение Джоуи Холдер — это довольно натуралистично изображенный гигантский золотой интромиттум жука-зерновки: с двойными «щетками» на конце, парамерами и крючком.

К сожалению, энтомологи, которые работают с жуками в лаборатории, не могут увеличивать их до размеров, превышающих натуральную величину. Поэтому, когда исследователи разгадывали загадку напоминающих челюсти структур на интромиттуме зерновки, им пришлось пойти по совсем другому пути{91}. Они обратились к лазерной хирургии. Голландские энтомологи, изучающие Callosobruchus subinnotatus, отправили своих жуков в путешествие мечты в Париж. Там жукам предстояла операция по удалению нескольких шипов на интромиттуме.

Звучит так, как будто для такой операции нужны твердые, но очень маленькие руки хирурга. Но нет, нужен только крошечный жук с полностью вывернутым интромиттумом.

Жуков подвергли действию наркоза, а для выворачивания интромиттумов ученые использовали специальный насос, сделанный из вакуумной трубки и крошечного наконечника пипетки (прямая противоположность той пивной кеге). Как только несчастный жук застывал в наркотическом сне, а его интромиттум был полностью вывернут, за дело брались компьютерные технологии. Используя компьютерную программу, исследователи многократно увеличивали изображение области гениталий насекомого, указателем мыши обозначали место разреза, наводили на него лазерный луч и щелк — вот и шип. Чисто и быстро.

В главе 5 мы уже говорили о том, что потеря генитального крючка самцом Callosobruchus maculatus делает копуляцию практически невозможной. Но удаление шипов, по-видимому, никак не мешает самцу Callosobruchus subinnotatus. Впрочем, выяснилось, что самки, которые спариваются с партнерами без шипов, откладывают меньше яиц. Вот еще один пример приспособления, которое причиняет самке вред (шипы значительно травмируют ее тело в ходе спаривания), но, похоже, увеличивает репродуктивный «выигрыш».

Нацелен налево

У людей, как известно, есть правая и левая стороны, и они не полностью симметричны. Одна грудь часто больше другой, то же самое справедливо и относительно яичек. Гениталии членистоногих тоже могут быть асимметричны. Такое редко встречается у пауков{92}, которым нужны обе способные проникнуть в самку педипальпы, потому что, как мы уже знаем, паучихи предпочитают спариваться дважды, а не