Убийца любви (СИ) - Князева Анастасия

— Недолго тебе осталось, — процедил он сквозь зубы. — Твоя компания вскоре перейдет ко мне, а ты погрязнешь в долгах. Я уничтожу тебя так же, как ты сделал это со мной...

—

Они отняли у него все. Забрали жизнь, растоптали и сравняли с грязью. Любое наказание для них будет недостаточным. Ничто не сравнится с тем, что эти люди сделали с ним и его семьей.

— Майк, мальчик мой, — в комнату вошла Анжелика, ахнув от одного вида своего крестника. — Что с тобой? Почему ты сидишь в темноте?

Подойдя к нему, она опустилась рядом с мужчиной на колени, притянув его к себе.

— Я так устал от всего этого, — признался он, позволив себе быть слабым и не притворяться. — Каждый раз, когда думаю, что начал разбираться в этой истории, все рушится...

— Это все из-за Мелоди? — вдруг, без всяких предисловий, спросила Анжелика. Поймав на себе удивленный взгляд Майкла, она пояснила. — Миссис Бингли мне все рассказала... Майк, сыночек мой, не нужно сопротивляться своим чувствам. Если эта девушка действительно тебе нравится, не пытайся возненавидеть ее. В том, что сделал Хейз или кто-то другой, нет вины Мелоди. Я встречалась с этой девочкой и пару раз даже разговаривала с ней, — призналась женщина, поймав подходящий момент. — Она не способна причинить кому-либо вред. Ты себе даже представить не можешь, насколько это чистый и искренний человечек... Поверь мне, родной. Я хорошо разбираюсь в людях.

— Но как я могу? Она — жена Хейза, его законная супруга... Как может девушка, которая вышла замуж за жениха своей погибшей сестры, быть такой хорошей?! — вскричал он, уже не в силах слушать все это. — Вы так старательно защищаете ее, пытаясь очернить память Эмили. Но при этом никто не хочет понять того, что эта Мелоди всю жизнь завидовала ей. Я прекрасно знаю, какая она. У нее был шанс изменить мое мнение, доказать, что все эти разговоры и слухи про нее — ложь. Но как поступила Мелоди? Сбежала с Хейзом, даже не посчитав нужным попрощаться... Нет, тетя, она ни чем не отличается от них. Такая же двуличная, лживая актриса. Каждое ее слово, каждый взгляд и жест — это фарс, притворство. Она — истинная жена своего мужа.

«И, черт их дери, я не ревную! — уже в сотый раз за день твердил его внутренний голос, отказываясь признавать столь постыдный факт. — Мелоди не может быть хорошей. Этого просто не может быть! Иначе, весь его план, все усилия окажутся пустой тратой времени. Нет, я не чувствую к ней ничего, кроме ненависти...»

Но, как назло, сердце Майкла не хотело даже допускать подобной мысли. Оно прекрасно помнило, как хорошо и спокойно ему было рядом с ней. В то время как весь остальной мир не мог принести и одного процента этого умиротворения.

Глава 2

— Нет, Виктор, — в очередной раз Мелоди попыталась возразить на нелепое предложение мужа. — В этом нет никакой необходимости. Я не хочу...

Но мужчина был непреклонен. Он ходил за ней по пятам, неся в руках свой рабочий ноутбук. Глаза его сияли незнакомым блеском, а на губах играла озорная улыбка.

— Прекрати сопротивляться, — поймав ее за руку, Виктор потянул Мелоди на себя, из-за чего они вместе повалились на диван. Всего секунда молчания, пока они смотрели друг на друга, не в силах разорвать ту невидимую нить, соединившую их неделю назад. Глаза в глаза, на расстоянии всего нескольких сантиметров. Их дыхания соединились, а сердца бились в удивительной близости друг от друга. Казалось, что даже пульсы стучат в унисон...

Совершенно потерянная, разбитая и сбитая с толку последними переменами, Мелоди, вдруг, перестала контролировать себя и, впервые за долгие годы тишины и одиночества, она засмеялась. Громко, искренне, во весь голос.

Этот прекрасный звук, который Виктор слышал впервые, звучал для него слаще любой музыки. Ни одно произведение великих композиторов не могло сравниться с ее чистым, таким завораживающим и заразительным смехом. Он влюблялся... Сильно, бесповоротно, всем сердцем... Ей удалось за эти несколько дней полностью покорить его черствую душу и заставить его окаменевшее сердце забиться вновь...

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Простота, открытость и детская наивность Мелоди покорили мужчину настолько, что он уже не помнил ничего. Весь мир сузился до размеров этого маленького коттеджа, где не было никого, кроме них двоих. Поначалу, когда сердце еще болело после предательства Эмили, Виктор сопротивлялся. Он понимал, что его притягивает к Мелоди какая-то сила, чувствовал как медленно теряется в плену ее глаз, но продолжал, хоть как-то, контролировать ситуацию.

Глупый... Думал, что если отрицать собственные чувства, то они исчезнут... Боже, как же он ошибался! Из-за своей глупости и слепой гордости, из-за козней Джонатана и его любимой дочери, он потерял столько лет впустую. Совершил такие ошибки, за которые будет расплачиваться до конца своих дней...

— Это не трудно, Мелоди, — заставив грустные мысли отойти на второй план, Виктор продолжил уговаривать девушку.

Вскочив на ноги, протянул руку и помог ей подняться.

— Начнем с самого простого и потихоньку будем совершенствовать твои умения, — воодушевленно начал рассказывать Виктор, когда с ее стороны не последовали очередные возражения. — Я уже нашел хороший центр в Нью-Йорке и говорил с их практикующим специалистом. Как только мы вернемся в Манхэттен, ты начнешь посещать специальные курсы...

— К... какие курсы? З... зачем? — Почувствовав как внутри все, мгновенно, похолодело, с трудом выдавила Мелоди. Прежние страхи снова охватили ее, возвращая воспоминания о пережитых издевательствах и обидных словах, которыми награждали ее родители и Эмили. Нет! Еще раз она не переживет подобное. Слишком больно... Сложно... И страшно...

Ну вот опять. Стоило ему попытаться всё наладить, как Мелоди вмиг закрылась от него в своей скорлупе. Каждый раз, когда Виктор пытался сделать для неё что-то, изменить их жизнь, он, неизменно, наталкивался на этот её взгляд. Маленький, затравленный зверёк, который боится всех и всего на свете. Его нежный, хрупкий цветочек...

— Они помогают людям с дислексией научиться читать и писать, — набрав полную грудь воздуха, объяснил мужчина. Мягко, без приказного тона. — Поверь мне, маленькая, — это ласковое обращение само слетело с языка, он даже не успел понять, как произнес его. — Я хочу помочь тебе... Прошу, Мелоди, соглашайся. Пожалуйста...

«Почему он вдруг стал таким хорошим? Что случилось с тем, прежним, Виктором? Где тот монстр, которого я так боялась и ненавидела? Никого раньше не волновала моя болезнь... Они все просто не обращали не нее внимания, а теперь... Разве я смогу справиться с ней? После всего, что было? У меня не хватит на это сил и смелости. Что, если они снова начнут кричать на меня после каждой ошибки? Я не вынесу эти унижения еще раз...»

Гневные крики матери, вперемешку с ненавидящим взглядом отца снова замаячили у нее перед глазами. Она, словно, вновь оказалась в детстве, когда ее неполноценность только начала проявляться...

«НЕТ! Я не хочу! Не буду!» — кричал внутри неё маленький ребёнок нок, которого когда-то так безжалостно сломали. Липкий пот выступил на спине, холод пронзил сердце. Слишком больно. Воспоминания были ещё очень свежи.

Рука Виктора, вдруг, опустилась ей на плечо, возвращая обратно, в реальность. Вскинув голову, Мелоди встретилась с ним взглядом, от которого хотелось бежать и прятаться. Тёплые карие глаза не выражали ничего, кроме понимая и нежности. Кажется, она начала медленно сходить с ума. Это было единственным объяснением тому, что сейчас происходило в её жизни. Сумасшествие. Полное и неизлечимое.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я верю, что у нас все получится, — мягко произнес мужчина, продолжая сохранять между ними дистанцию, установленную Мелоди. Расстояние, которое обязательно должно быть между ними, стало первым и единственным условием за семь лет. — Обещаю, никто не посмеет обидеть тебя словом или взглядом. Если тебе там не понравится, мы больше никогда туда не вернёмся. Хорошо?