Экспедиция в Лунные Горы - Марк Ходдер

— Я так и делал, — ответил Уэнэм.

— Поправку? — спросил Бёртон.

— На ветер, сэр, — ответил Плейфэр.

Бёртон вернулся к окну. Потом повернулся и жестом попросил Оскара Уайльда подойти к нему.

— Да, сэр? — спросил мальчик.

— Можешь найти мне полевой бинокль?

— Сейчас, сэр, — ответил Уайльд, подошел к стенному шкафу и вернулся с мощным медным биноклем. Бёртон поднял его к лицу и надел держатель на голову. Потом повернулся к окну и, покрутив колесики по обе стороны прибора, отфокусировал его.

Земля под ними была погружена в темноту, в слабом свете аль-фаджр аль-каадиб виднелись только вершины дюн. Через полевой бинокль он видел их острые очертания.

— Капитан Лоулесс, — прошептал Бёртон, — я совершенно отчетливо вижу под нами песчаные дюны.

— И что с того, сэр Ричард?

— Они совершенно неподвижны. На их склонах не рябит никакой песок, ничто не колышет их верхушки. Иначе говоря, сильный ветер, который упомянул мистер Плейфэр, вообще не существует, по меньшей мере на уровне земли, и так как мы летим низко...

— Поскольку я принял во внимание ветер, которого нет, это безусловно объясняет наше положение, — вмешался Плейфэр.

— Мистер Бингхэм! — рявкнул Лоулесс, повернувшись к тому месту, где должен был быть метеоролог, но его не было. — Где он, черт его побери? — спросил он.

— Мистер Бингхэм только что ушел с мостика, сэр, — сказал Оскар Уайльд.

— Плейфэр, Уэнэм, возвращайтесь на курс! Сэр Ричард, вы идете со мной. Мы должны найти моего метеоролога. И он нам все объяснит!

Спустя несколько минут они нашли Артура Бингхэма в инженерной, стоящим вместе с Дэниелом Гучем, Шамчи Бхатти и Винфордом Дэу у одной из открытых дверей корпуса. Дэу расстегивал свою упряжь.

— Привет, капитал Бёртон. Капитан Лоулесс, — поздоровался Бхатти, когда они подошли поближе.

Гуч повернулся и сказал:

— Почти закончили, капитан. Как раз сейчас мистер Чемпион завинчивает последние гайки на последнем из наших капризных моторов.

Лоулесс, не обращая внимания на главного инженера, поглядел в упор на невысокого толстого метеоролога.

— Вы оставили ваш пост без разрешения, Бингхэм.

— Я... я только спустился вниз, чтобы посмотреть... на работу мистера Гуча, сэр, — ответил Бингхэм.

— Беспокоились, что сильный ветер сдует его с пилона, да?

Бингхэм сделал пару шагов назад.

— Неприятность? — спросил Гуч.

Глаза Лоулесса вспыхнули.

— И еще какая!

Бингхэм вытащил из кармана пистолет и направил его на них.

— Назад, все!

— Чертов предатель! — рявкнул Лоулесс.

— Эй! Опусти его! — крикнул Бхатти.

Бингхэм направил пистолет на констебля, потом на Бертона, потом на Лоулесса. Его губы сузились, открыв угрожающе сверкнувшие зубы.

— Почему? — спросил Лоулесс.

— У меня жена и двое детей, — огрызнулся метеоролог. — Так получилось, что у меня опухоль в животе, и мне осталось жить всего несколько месяцев. Некоторые люди согласились заплатить моей семье большую сумму в обмен на жертву, которую я сейчас принесу. — Он направил свой револьвер на Бёртона. — Я делаю это только из-за тебя, Бёртон. Я ездил за тобой в Илфорд и обратно, и стрелял в тебя.

— И испортил замечательную шляпу.

— Ужасно стыдно, что я не сумел размозжить голову, которую она украшала. Если бы ты тогда благопристойно умер, с этим кораблем и его экипажем ничего бы не случилось.

— Ты не единственный человек, которого Цеппелин нанял для того, чтобы убить меня, — сообщил ему Бёртон. — Другому тоже пообещали много денег, а получил он руки графа на шею.

— А, так ты знаешь моего нанимателя! Но что ты имеешь в виду?

— Бингхэм, моего несостоявшего убийцу граф задушил, голыми руками. И я ни секунды не сомневаюсь, что, если бы тебе повезло, и ты всадил бы в меня пулю, один из сообщников графа всадил бы другую в тебя. А что касается денег для твоей семьи, можешь забыть о них. Как только ты умрешь, пруссаки почувствуют себя свободными от любых обязательств.

— Заткни свой поганый рот! — крикнул Бингхэм. Его палец на курке побелел от напряжения, он поочередно направлял револьвер на Бёртона, Лоулесса и Бхатти.

— Сдавайся, парень! — посоветовал последний. — Не оставляй семью с клеймом предателя!

Метеоролог отступил еще на шаг.

— Больше ни единого слова! — плюнул он в Бхатти. — Что касается тебя, Бёртон, они хотят закончить твою маленькую увеселительную поездку в Африку и... — Свободной рукой Бингхэм расстегнул туго застегнутый пиджак и распахнул его. Он вовсе не был таким жирным человеком, каким казался. Этого худого человека делали толстым динамитные шашки, обвешанные вокруг тела. — И они получат то, что хотят!

— Зубы преисподней! — крикнул капитал Лоулесс. — Да ты сошел с ума, парень!

Бингхэм мерзко ухмыльнулся.

— Вини не меня, а твоего друга, капитан. Он не оставил мне выбора — теперь я должен уничтожить вас всех.

— У тебя есть выбор, — сказал Бёртон. — Стреляй в меня и сохрани корабль.

— Нет! Я достаточно много слышал, как ты разговаривал со своими товарищами, и знаю, что даже без тебя они продолжат выполнять свою миссию. Необходимо избавиться от вас всех.

Он коснулся левым указательным пальцем кнопки в середине груди.

— Бингхэм! На борту женщины и дети! — проревел Лоулесс.

— Я должен защитить мою женщину и моих детей, и я сделаю для этого все, даже...

Внезапно Шамчи Бхатти метнулся к метеорологу, врезался в него и, крепко обхватив саботажника обеими руками, разрешил инерции вынести их обоих в открытую дверь. Ослепляющая вспышка и страшный грохот снаружи. Пол изогнулся и ударил Бёртона по голове, оглушив его и отправив в полет по своей металлической поверхности. В ушах зазвенели колокольчики. Через шум исследователь услышал, как кто-то, как будто издали, закричал:

— Мы падаем!

ПЯТАЯ ГЛАВА

ЧЕРЕЗ ПУСТЫНЮ

«Феноменальный Успех»

ЦВЕТОК ДИНДИГУЛА

Индийские Сигары средней крепости

«Мы выдержим любое сравнение со знаменитыми Гаванскими,

а стоим в три раза меньше».

Индийский табак, выращенный и евгенически измененный фирмой Мессеро, Слайти и Ко, отличается изысканным вкусом и тонким ароматом.

ВОСХИТИТЕЛЬНАЯ СИГАРА

Всего 22 фунта за 100 штук во всех хороших табачных лавках.

Сэр Ричард Фрэнсис Бёртон сидел, опираясь спиной о пальму, стоявшую за последним коттеджем Кальтенберга. Рядом с ним, на камне, сидел Берти Уэллс, держа носовой платок у маленькой раны на задней стороне шеи. Только что Бёртон перочинным ножом выковырял из кожи военного корреспондента чигу[10].